Но вот переговоры с орком продлились ещё очень долго. Настолько долго, что он даже выучил все необходимые слова на человеческом наречии. Найлим специально говорил ему, чтобы он постепенно вникал в суть того, что говорят между собой Эвелина, Лаодим и Лагрез, ведь там много чего интересного. Вот он и приложил усилия для того, что научиться говорить по-человечески. Во время перерывов специально подслушивал разговоры и пытался понять, о чём идёт речь. Запоминал слова и пытался искать похожие в других разговорах. Иногда походил к раргаху и спрашивал о том, что он узнал или услышал. И так, прилагая усилия, он сам научился понимать других, так что разговоры с ним теперь проходили быстрее. Эхталиора смекнула, почему это произошло так, ведь, научившись говорить, Шегах ни с того ни с сего стал вдруг любознательным. Теперь все три народа могут более-менее общаться друг с другом. Это особенно пригодится им, когда они спустятся в город хахормес, потому что цель Загриса состояла в том, чтобы подготовить их к этому. Дальше, полагаясь друг на друга, они будут самостоятельно продвигаться к тому, чтобы нанести поражение слугам Хахора и завоевать для себя этот мир. Мы закроем портал по ту сторону зеркала и заберём артефакт. Больше никакая тьма не ступит в пределы этого мира.
193 восходов и закатов Эвелина, Лаодим, Лагрез, Эхталиора и Шегах договаривались о мире между тремя народами. Эльфийка за это время привыкла к людям, да и к урункроку тоже. Вождь, наконец-таки, понял, что такое союз, ведь этот воинственный народ только лишь и знал, что завоевать и отобрать. Эти наставления прошли не зря. Конечно, да, этот процесс был слишком долгим, однако он показал самое главное – что переделать громоздкое существо, живущее под действием ярости крови, всё-таки возможно. После того, как хахормес будут повержены, Шегах-обр-Харкыш вернётся к себе в клан, чтобы ввести среди урункроков новое слово – союз. Размышляя об этом, Эвелина, Лаодим и Лагрез предположили, что воспитание остальных урункроков продлится ещё дольше, сможет ли Шегах всё правильно преподнести, примут ли они это. И тут тихий, но резкий голос орка, что подслушивал их беседы, послышался совсем рядом:
- Я быть очень усердный. Я говорить с избранные война. Они понять меня. Понять.
Эвелина спросила:
- А ты уверен, что у тебя получится? Ты помнишь все доводы, чтобы мы тебе приводили?
- Урункрок совсем не так. Урункрок мало говорить. Урункрок много драться. Шегах-обр-Харкыш бить все урункроки. Урункроки верить Шегах-обр-Харкыш.
- Я не могу сказать, что поддерживаю тебя, но ты лучше знаешь свой народ. Мы надеемся на тебя и на то, что ты поддержишь мирные отношения.
- Шегах-обр-Харкыш обещать.
Эхталиора всё время, пока не участвовала в отстаивании собственных интересов, находилась в обществе Найлима, чтобы спрашивать его, как им лучше всего сражаться с хахормес, ведь было понятно, что этот этап подходил к концу, и вскоре они ринуться в город хахормес, чтобы отыскать там кристалл и уничтожить его. Она хотела как можно лучше подготовиться в этому бою. Загрис поведал ей о том, как хахормес превращают в себе подобных других существ, а потому она решительно настроилась держаться как можно дальше от тех, у кого хотя бы одна часть тела покрыта тёмной сущностью Хахора. Для меткой лучницы это не должно быть проблемой.
После того, как все вопросы были решены, настала пора выбирать, кто выдвинется в поход, чтобы проникнуть в логово фанатиков Хахора. Помимо Лаодима и Лагреза, изъявили своё желание многие другие люди и, конечно же, один хорган, который желал этого больше всех. Эвелина поинтересовалась, чего это её низкорослый друг так рьяно стремится туда. Тот лишь ответил, что в Хрестиоре он чувствует себя бесполезным, и ему хотелось бы поучаствовать в этом деле, так сказать, сделать хоть что-то для виранессы и её народа. Она согласилась, что в отряд войдёт кто-нибудь, сведущий в магическом ремесле. На удивление всех чародейка сказала, что сбор завершён. Тут же к ней подскочил Лагрез с поросом «И кто же по твоему мнению вошёл в отряд?». Сестра дала ответ: Шикигам, Эхталиора, Шегах-обр-Харкыш и Найлим. Когда она остановилась на этих четырёх именах, Лагрез и Лаодим принялись недоумевать, почему это так. Они хотели, чтобы в битве с хахормес участвовали также и они. Эвелина аргументировала свой выбор так: один – чародей, одна – лучница, один – воин и Найлим, как самый сведущий в этом деле. Она была уверена, что этого состава предостаточно, однако всё же на Загриса глянула, как бы спрашивая: «А что скажешь ты?». Бессмертный ответил:
- Так уж сложилось, что команда подобралась сама. И ты права: трое, сведущих в разных областях, сделают всесторонний вклад в завершение этого задания. И всё же пусть в этот отряд войдёт ещё один – Лагрез.
- Лагрез? – удивилась Эвелина.
- Да. Не смотри пренебрежительно на него, ведь путешествия по мирам, которые он совершил в попытке отыскать меня, изменили его. Он будет весьма пригоден в этом походе.
- Ладно, раз уж ты так говоришь, то пусть с вами пойдёт и пятый – Лагрез.
Лаодим не стал обижаться, что его не взяли, ведь в отряде есть и воин, и маг. Тем более он понимал, что его присутствие будет нужно здесь, в Хрестиоре, если вдруг свершится нападение врагов. Тех же хахормес или чудищ, бесцельно бродящих по округе, ведь Эвелина тоже не пойдёт в город тёмных фанатиков, чтобы остаться в этом поселении. Среди чародеев в таком случае было слишком мало тех, кто полагаются на физическое оружие. Некоторые в Хрестиоре обучены стрелять из лука, некоторые – сражаться на мечах. Но в основном все тут – чародеи и будут пользоваться эфиром. Поэтому нужен был то, кто в случае необходимости достанет меч и будет использовать это холодное оружие, чтобы сражать противников. Лагрез в свою очередь принялся радоваться, что будет участвовать в таком важном деле, как завоевание тёмного оплота.
- Наконец-то, мои силы будут использованы по полной. – говорил он.
Потом были прощания и напутствия. Эвелина желала всем использовать свои особенности, приглядывать друг за другом и всегда приходить на помощь. Лаодим подошёл отдельно к кинжальщику и предложил ему короткий меч, потому что видел, как сражается тот, и понял, что брату чародейки очень подойдёт бой двумя оружиями. Они совсем немного обсудили это, после чего Лагрез всё-таки отказался от подарка, говоря, что в этом деле он не собирается вести открытое сражение, а после добавил:
- И если великому предназначению угодно, в мою руку попадёт второе оружие, а пока пусть левая кисть будет свободна.
- Великое предназначение? Лагрез, ты ли это?
- Я, мой друг, я. Просто путешествие по разным мирам оставляет свой отпечаток.
Так Лагрез и направился в это сражение без второго оружия.
Отряд быстро продвигался на восток, потому что все, кто в нём состояли, не нуждались в том, чтобы подкреплять свои силы пищей, и, как следствие, не нужно было тратить время на привалы. Двигались они очень быстро. Даже Шикигам, несмотря на свой рост, умудрялся при магической поддержке даровать себе необходимое ускорение, чтобы поспевать за остальными. Шегах всё время рассказывал о своих свершениях, и ему было неважно, слушал его кто-нибудь или нет. Шикигам блуждал в собственных мыслях. Лагрез пытался поближе познакомиться с Эхталиорой. Но та всяческими способами показывала ему, что на большее отношение к нему, чем у него от неё есть сейчас, он может не рассчитывать. Да и вообще он отвлекает её от наблюдения за округой. Тот всякий раз оставлял её в покое, но лишь до определённого времени. А Эхталиора и в самом деле старалась хранить бдительность, наблюдая за округой, как множество кровожадных чур то тут, то там пялятся на них. Как бы не получилось так, что они решатся напасть. Эльфийка хотела, чтобы она узнала об этом заблаговременно, ведь для тисров очень важно держать врагов на как можно большем расстоянии от себя.
Не прошло и двух дней, как пятеро путников предстали перед Стижем. Лагрез и Шикигам глядели на этот город и предавались воспоминаниями, каким раньше был этот торговый пункт: врата всегда настежь, много торговых палаток и прилавков, а также люди, огромное количество людей, как местных, так и пришлых. А теперь они лицезрят перед собой чёрную металлическую крепость. Даже нет, у крепости есть главные врата, когда как тут была одно сплошная стена, состоящая из металла, рождающегося при содействии синей энергии, которую хахормес используют как магию. И чёрная туча, нависающая строго над этим местом, не прекращая, поливала эту крепость и небольшую местность вокруг неё обильным дождём. И если бы подножие на подступи к этому тёмному оплоту не было также объято чёрным металлом, то в грязи, образованной от постоянного ливня, можно было легко увязнуть.
