Не потому что вы «лучшие».

А потому что вы — прошли вступительные и умеете держать себя в руках.

Пауза.

— Сегодня: пробежка, физо, стрельба, инженерная теория.

Командиры отделений — в конце дня отчёт.

Будьте точны. И не позорьте форму.

Кардин: мысли на ходу

'Да, это не драка в трущобах.

Здесь нельзя просто вмазать, чтобы завоевать авторитет.

Здесь нужно стать железом, которое сгибается под давлением — но не ломается.

Я не лучший стрелок.

Не стратег.

Но у меня есть то, чего не хватает большинству.

Я не рвусь вперёд. Я остаюсь стоять.'

Галбадия. 06:20. Утренняя пробежка.

«Разминка перед завтраком — десять километров по периметру. Темп — единый. Резерв — в голове колонны.»

Кардин идёт в составе четвёртого отделения.

Маршрут уже отложен в памяти: старт от плаца, потом — через технические ангары, мимо полигонов тяжёлой техники, вдоль стены связи, через лесополосу и обратно к казармам.

Никакого крика.

Никакого «беги, мясо!»

Только ритм шагов, дыхания и земли.

— Отделение четыре — шагом марш!

Сначала трусцой.

Потом в темп.

Кардин чувствует, как ноги переходят на автопилот, плечи расслаблены, дыхание ровное. Он не герой, но подготовлен.

Справа — курсант из Мистраля. Дышит неровно, но не сходит с дистанции.

Слева — хмурый тип, кажется из Среднего Города.

Он шёл с зажатыми кулаками, но теперь сдался на ритм группы.

Инструктор сопровождает сзади на джипе. Медленно, бесшумно.

Иногда перекличка — не на крик, а по инфо-метке через гарнитуру:

— Четвёртое — темп держим. Нет перегонов. Кто устанет — не герой, а обуза.

Через 3 километра на горизонте поднимаются дымы от полигона. В нос ударяет запах масла, влажной земли, раскалённого металла.

Кардин вспоминает, как в юности гонял с друзьями в подпольной спортшколе. Там орали, били, хохотали.

Здесь — тишина. Работа. Армейский мотор.

7:10. Финальный рывок.

Последние 500 метров — подъём в уклон.

Группа не ломается. Никто не кричит. Никто не бросается «спасать отставших».

Те, кто выдыхается — сами включаются, чтобы не отстать.

'Это и есть Галбадия.

Здесь тебя не спасают.

Здесь тебе просто не дают отмазок.' — думает Кардин.

7:20. Возвращение на плац.

Все отделения встают ровными рядами и глубоко дыша.

Пот, пыль, пар от тел, но никто не падает.

Инструктор выходит вперёд:

— Разминка завершена. Среднее время — в пределах нормы.

Слабые узнают об этом на разборе.

А пока — душ, завтрак, построение на стрельбище через 45 минут.

Кардин тихо выдыхает.

Он не первый.

Но он точно в числе тех, кто не выпадет с маршрута.

07:40. Столовая №2. Завтрак

После душа — четырёхминутный проход к столовой по металлической галерее.

Сапоги чуть постукивают по плитке.

Пахнет — не едой, а чистотой, дезинфекцией, и чем-то… стабильным.

Кардин заходит вместе со своим отделением.

Никаких выкриков.

Никаких «стоять по стойке смирно».

Просто вход — в строю.

Раздача работает по автоматизированной системе лотков.

На поднос — по плану рациона на утро:

Гречневая каша с соевым и куриным белком

Овощной микс(пропаренный, нарезанный аккуратно — ни жидкого супа, ни «болота»)

Яйцо варёное

Черный чай

Компот — тёплый, не сладкий

Батончик армейского типа — на случай, если не наешься

Сверху — бумажная карточка с QR-кодом: «утро, 2-й день, рацион С-3».

Всё по табелю. Всё по делу.

Кардин берёт свой лоток.

Ни слов. Ни движений в сторону «выбрать то, что вкуснее».

Тут выбор — в точности.

В столовой — никакого «общего оркестра из столов».

Каждое отделение — за выделенными рядами.

Столы — чистые, металлические, ровно по 10 мест.

Все садятся одновременно — не по команде, а потому что так надо.

Лишних слов — нет.

Разговоры возможны.

Но только на пониженном голосе, по делу, без «оралки» и «баек».

Кардин ест молча.

Чувствует, как тело берёт то, что нужно.

Без восторга. Без отвращения. Просто питание.

'Всё, как должно быть. Не как в КРОМе, где пища — оружие устрашения.

Не как в Резерв-х, где еда — как часть блогерского шоу.

Здесь — еда как патрон.

Дал — пошёл дальше. Работает — и хватит.

И в этом — суть Галбадии.

Тебя не загружают, но и не ублажают.

Ты — часть машины.

Но не винтик.

Ты — несущий модуль. И ты должен держать.'

Он допивает компот, ставит ложку ровно на край лотка.

Встает.

Вытирает рот.

Ждёт, пока встанет отделение.

Всё — как часы.

08:40. Полигон «Сабля-2». Учебный огневой сектор

Плац заменяется на укрытую стрельбищную галерею, окружённую защитными щитами и бетонными отбойниками.

На скамейках — учебные автоматы в двух стойках: тяжелые, угловатые «Аксели-47» и изящнее, технологичнее «Манлихеры-16».

Кардин стоит в группе.

Инструктор — в старшей армейской броне, со шрамом через висок.

Он держит Аксель-47, легко, как будто это просто продолжение руки.

— Перед вами — два стандартных образца штурмового вооружения Вэйла.

Он кладёт Аксель-47 на платформу.

— 7,62. Тридцать патронов. Вес — три с половиной кило.

Надёжен как топор, но громоздок в помещении,

и, чёрт побери — если выстрелил, значит пробил.

Щелчок. Инструктор переключает режим, демонстрирует предохранитель, затвор.

— Аксель — оружие джунглей и лесных массивов. Против гримм с костяными пластинами.

Он не «красивый». Но он — верный.

Те, кто шли по болотам и вышли обратно — выживали с ним.

Он ставит его назад. Берёт Манлихер-16.

— 5,56. Те же тридцать патронов. Вес — почти на кило меньше.

Отдача — ниже. Точность — выше.

Разрабатывался для городского боя. Улицы. Здания. Кварталы.'

Он поднимает ствол вверх, показывает голографический прицел.

— Не всегда пробивает плотную костяную пластину бронированного гримма.

Но даст вам тактический контроль, темп и мобильность.

— Повторяю: не существует «лучшего автомата».

Существует — задача.

А вы, как будущие офицеры, обязаны понимать: оружие — продолжение обстановки.

Каждому по очереди выдают оба образца — Аксель и Манлихер.

Кардин получает Аксель. Сталь тяжёлая, грубая, но родная. Он проверяет затвор, взвешивает баланс, ставит приклад в плечо.

Первая очередь — по мишени в виде «бронированного» гримма.

— Выстрел. Задержка дыхания. Выстрел. Не суйтесь в автомат, он сам сделает своё.

Три попадания — все в бронепластину.

Инструктор кивает.

— Для открытого пространства — сойдёт.

Кардин переходит на Манлихер.

Проверяет — легче. Реагирует быстрее.

Мишень — уже человекоподобная. Укрытия, окна, щели.

Очередь. Перевод. Очередь. Один выстрел — в бок. Второй — в голову.

Лёгкая отдача. Почти контроль пальцами, не плечом.

— Тактический контроль. Но помни — против брони он слаб. Не лезь с ним на обросшего пластинами гримма.

'Один — чтобы пробить.

Второй — чтобы не пропустить.

Оба — оружие.

Но ты — не оружие.

Ты — мозг.

Галбадия не учит просто стрелять.

Галбадия учит — думать как офицер.'

10:20. Учебная площадка №3 — Физо-блок «Равнина»