— Как? — мне передались его эмоции. Разум димортула шокирован и растерян. Его образ становится прозрачным. Видимо слияние, устроенное Дроком, подходит к концу. Сам гоблин уже пропал.

— Танат, она назвала нас наставником Даргулом. Брат, ты понимаешь, что это значит?

Понимаю, напарник, понимаю. И у нас обоих общая реакция на эту новость.

— Ипутся кандибобрики! — говорим мы хором.

Потом я оказываюсь один под куполом. Ощущаю Дима так, как прежде. О, и боль в спине сразу прошла. Жаль, что другие наши проблемы так просто не решить.

Больше нам тут делать было нечего. Глянув ещё раз на светящиюся хрустальную сферу, она же точка фокуса и врата, я развернулся и пошёл вниз, к одноместному кильму, что поднял меня сюда. Перепонки меж рёбер купола закрылись без команды. Не такого результата ожидал, когда поднимался сюда.

Будем искать во всём плюсы. Тшир и его люди, то есть разы, потерпели неудачу. Пусть в Узел они и так бы не смогли попасть, но и возможностей уничтожить Танат у них нет. Но и тут всё не так просто. Если вспомнить, как сектор со шпилем по моей команде перекрыла загородка, то не думаю, что приказ отстыковать купол привёл бы к гибели всего, что внутри. Да и не могут Знающие отдать такую команду.

Так, а вот недооценивать противника нельзя. Я не знаю, что на самом могут сделать Даргул и его сподвижники. На что они на самом деле способны. Так будем считать, что победа в этой схватке не была напрасной. Они не захватили шпиль с его биорезонансной, не получили доступ к тому, что со временем им может, пусть теоретически, уничтожить Танат и всех его обитателей. Это плюс.

Новость, что в Узле, то есть на том острове из воспоминаний Дима, могут быть ещё живые Творцы — не минус. Это просто… Дальше должно следовать неприличное и матерное выражение, которое и так всё понимают. Потому не ругаемся, а помним, что контроль нужен всегда. Обсценная лексика — выпускной клапан при стрессе, а не самоцель. Не надо держать себя в вечном стрессе. Просто зафиксируем мысль, что наличие живых дрегов куда опаснее их запертых на планете душ.

Почему так? Всё просто — живые дреги могут напрямую управлять биоформами Таната. И что-то я не заметил, что кто-то влияет на меня, на других разов, на мобов или Хранителей. Этот мир брошен и умирает. Запасов биомассы в одном Городе Творцов с лихвой хватит на излечение всех встреченных мной строений, которые поражены голодом.

Но никому нет до этого дела. Система явно сломана, а Хранители лишь пытаются замедлить процесс. Вот Узел, как самодостаточная структура, вполне может быть последней крепостью дрегов здесь. Ну и имечко у расы. Язык сломаешь.

План связаться со своими, если мы на Тау, или переселение на поверхность — провал. Путь номер три — скопировать кертул Трагаса в шпиле, а потом заменить всех Хранителей биосистем на них. Перезапустить Танат, так сказать. Дать разам свободу и отдать им Танат. Организм, что копирует кертулы, мне показал Ворчун. Только я ща мучаюсь вручную менять камни душ на носители разума. Да ещё и от последнего Творца. Плюс, если вспомнить раскол среди разов, это ничего особо не изменит. Может сытнее всё станут, но Даргул будет пытаться уничтожить этот мир. Его жажда мести подогрета почти тысячелетием ненависти.

Значит, как верно заметил тот дух-гоблин Дрок, ищем свой путь. Который нарушает существующие правила. Ничего себе задачка. Не говоря уже о том, что в конце меня скорее всего ждёт смерть.

Если что, то наметки такого плана у меня есть. Летим вниз. Надо кое с кем обсудить пару вопросов. Одного из них точно из капсулы уже выпустили. Надеюсь, что они друг друга без меня не поубивают.

Лапы кильма наконец коснулись площадки. Мягкая посадка. Жаль, что не попросил сделать кабину прозрачной, так задумался обо всём. Хоть глянул бы, как путь наверх изнутри выглядит. С другой стороны, а то там интересного?

Выпрыгиваю из раскрывшейся кабины, кильм сразу уносится куда-то вверх. Снова осматриваюсь Тоннели в другие сектора и самый главный, в Центр, завалены намертво. Эхолокация даже не видит конца каменной преграде. Дрис и другие копатели, которые могли бы сыграть роль тяжелой техники, сюда и не заберутся, и не справятся. Есть у меня подозрение, что преграда тянется до самого центра этого подземного мира. Потому и мои новые знакомые тут, вероятно, бесполезны. С тем же успехом можно пробить новый тоннель, а я успею добраться до Центра пешком.

Так, с ветерком, за несколько циклов, прокатиться не выйдет. Значит будем топать ножками по лабиринту пещер. И тут у меня вопрос, а чего Даргул туда своим ходом не добрался? Значит и тут все непросто. Вывод тут один — пора действовать.

Из кабины подъемника, которую сразу унесли наверх, выпрыгиваю с клинками наголо еще в воздухе. После того, как Стрелок не пойми как выжил после обезглавливания, я стараюсь быть готовым ко всему. Однако тут все по-прежнему — Тшир и его ящеры валяются и тут и там целыми тушками и отдельными кусками. Придется повозиться…

Со вздохом начинаю осматривать останки разов. Все они по мелочи несли вполне полноценный походный набор: фляги, пластинки рациона, местный боезапас, ульмы с медициной. Немного подумав, нахожу в сторонке нечто вроде походных рюкзаков, но ручной работы, из плоти, а не продукцию тельмахов. К парочке было приторочено что-то вроде скаток из кожи. Вот в них, соединив отрезы в узел, я и сложил останки боевиков Тшира. Его голову я повесил на пояс.

Снова спуск в зал с точкой фокуса или вратами, как я её зову. Мысленно готовлюсь, но ни псионической атаки, ни явления зеленого гоблина не случилось. Да и Макса с химерами нет. Ну и где они?

В тамбуре, гдев оламах плавали сторожевые муты, тоже пусто. В смысле все капсулы раскрыты и пусты. Ни крови, ни тел, ни следов борьбы. Уже интересно. Неужели Макс и их…

— Твой новый приятель больше заслуживает кличку жрун, — слышу я сбоку. Там, за оламом, прятался еще один мут — маленький шпион и любитель печенки.

— Привет, Ури. А ты чего спрятался?

— Да мало ли кто спустится. Ты ведь за Тширом пошел, а он опасный головорез. Был, — замечает разумный монстрик, увидев у меня на поясе голову с приметным шрамом. — Рассказать кому, то не поверят. Нико, кто ты такой?

— Не поверишь, но я в прошлой жизни чужие жизни спасал. Уж извини за такую игру слов.

Да, в языке Таната, что создан для разов, нет такого сложного термина, как тавтология. Тут и эпитета для слова огонь нет. По понятным причинам.

— Так где Макс?

— Где? Этот ненасытный мут убежал вдруг сюда, словно кого-то почуял, и твой приятель меня отпустил. Просил присмотреть. Я подбегаю, а он там снаружи уже четвертую самку вертит…

Так понятно. Мут, которого я пощадил, увидев в его глазах разум, взял на себя всю охрану зала перемещения. И никого не убил, но в каком-то смысле порвал. Вот везучий засранец. И что мне теперь с поручением делать?

Решив, что об этом подумаю потом, подхватываю Ури и мешок с останками. Буду волочить его до ближайшего биореактора. Тяжелый, зараза. А там еще трупы у пролома, да у стойбища кильмов. И всё мне тащить.

Тут я внезапно получаю мысленное сообщение от одного из Хранителей. Шепелявого, как я его назвал. «Угроза шпилю перерождения со стороны диких разов устранена. Вам начислена награда в три тысячи редов. Сумма переведена указанному перерожденному. Оболочка оплачена, готовим извлечение», — гласит сообщение, а потом я получаю еще парочку.

Согласно им, группы мутов подвида химера и шавка были… Чего? Что значит, взяты под контроль? Не за награду спасибо, но понимать бы, а что происходит. Тут я слышу знакомый цокот коготков — шавки. И идут ко мне. Бросаю мешок и принимаю боевую стойку.

Однако вскоре я опускаю руки, наблюдая невероятную картину. Мимо меня идет шеренга шавок, которые чуть не съели меня после второго перерождения. На меня они не отвлекаются. А ведет их уже знакомый мне мут — химера. Тварь с кошачьей мордой имеет взъерошенный вид, защитные пластины дыбом, но рожа… Хочется дать ей что-нибудь кислое. НУ, чтобы невидеть эту довольную донельзя морду.