По смерти мистера Гринау прошло теперь уже полгода, но вдова его дѣлала видъ, что перепутала числа и отодвигала это печальное событіе нѣсколько далѣе.-- Какъ подумаю, проговорила она въ день ихъ переѣзда въ Норвичъ, вынимая изъ чемодана миньятюръ супруга, какъ подумаю, что всего еще девять мѣсяцевъ тому назадъ онъ былъ со мною!

 -- Вы хотите сказать только шесть мѣсяцевъ, тетушка, необдуманно вмѣшалась Кэтъ.

 -- Только девять мѣсяцевъ, повторила мистрисъ Гринау, дѣлая видъ, что не слышала замѣчаніе племянницы.

 Съ этихъ поръ Кэтъ зареклась поправлять тетушкины ошибки въ этомъ родѣ.

 Она обѣщалась прогостить у тетки еще мѣсяцъ, а мистрисъ Гринау съ своей стороны поклялась, что до истеченія этого мѣсяца мистеръ Чизсакеръ сдѣлаетъ формальное предложеніе Кэтъ. Тщетно протестовала Кэтъ противъ навязываемаго ей поклонника и грозила подать ему карету.

 -- Толкуй себѣ, милая, отвѣчала ей обыкновенно тетушка Гринау. Рано или поздно, надо же дѣвушкѣ пристроиться; ты и сама это знаешь. А въ Ойлимидѣ ты будешь поживать себѣ барыней.

 Мистеръ Чизсакеръ безспорно выказывалъ большую внимательность. Онъ хлопоталъ о наймѣ квартиры, прислалъ изъ Ойлимида сливокъ и куръ, и на другой же день по пріѣздѣ дамъ поспѣшилъ явиться къ нимъ съ визитомъ. Но все это вниманіе преимущественно относилось не къ племянницѣ, а къ тетушкѣ.-- По мнѣ, мистеръ Чизсакерѣ куда лучше капитана, миссъ, высказалась однажды Жанета. Тотъ, пожалуй, изъ себя и покрасивѣе будетъ, да что толку въ красотѣ, коли въ карманѣ ничего нѣтъ? Терпѣть не могу эту голь, да и барыня тоже. Изъ этого явствуетъ, что Жанета не относила мистера Чизсакера къ свитѣ поклонниковъ миссъ Вавазоръ.

 Капитанъ Бельфильдъ тоже обрѣтался въ Норвичѣ, куда онъ былъ назначенъ обучать волонтеровъ. Должно полагать, что онъ обладалъ таки кое-какими свѣденіями по этой части и, по выраженію его друга, мистера Чизсакера, ему предстояло хоть разъ въ жизни заработать кусокъ хлѣба честнымъ трудомъ. Капитанъ и мистеръ Чизсакеръ успѣли покончить всѣ распри, какія у нихъ были въ Ярмутѣ, и снова сдѣлались тѣснѣйшими союзниками. По всѣмъ вѣроятіямъ между ними состоялась извѣстнаго рода сдѣлка, потому что капитанъ, благодаря щедрости своего друга, былъ снова при деньгахъ, и о старыхъ счетахъ не было и помину. Сверхъ того, мистеръ Чизсакеръ обѣщался, что, въ случаѣ если дѣла пойдутъ хорошо, въ Ойлимидѣ за всю зиму не будетъ недостатка въ гостепріимствѣ. На это капитанъ Бельфйльдъ кивнулъ головою и объявилъ, чтобы мистеръ Чизсакеръ не безпокоился; все пойдетъ хорошо.

 -- Думаю, что вамъ не часто придется видѣться съ капитаномъ Бельфильдомъ, обратился мистеръ Чизсакеръ къ мистрисъ Гринау, явившись къ ней съ визитомъ на другое утро, послѣ ея водворенія въ Норвичѣ. Онъ предпринялъ эту дальнюю поѣздку въ городъ съ нарочною цѣлью освѣдомиться о ея здоровья, да кстати понавѣдаться и на рынокъ.

 -- Должно полагать, что не часто, отвѣчала вдова. Онъ говорилъ мнѣ, что долженъ быть на службѣ отъ десяти до двѣнадцати часовъ въ сутки. Бѣдняжка!

 -- Для него это чертовски выгодная должность, и онъ еще долженъ сказать мнѣ спасибо, потому что безъ меня ему бы ея не видѣть. Но онъ просилъ меня передать вамъ, чтобы вы не сердились, если онъ не тотчасъ же явится къ вамъ съ визитомъ.

 -- О, нѣтъ, конечно я не буду сердиться, зная въ чемъ дѣло.

 -- Дѣло въ томъ, видите ли, что не поработай онъ теперь, плохо ему будетъ. У него нѣтъ ни одного шиллинга за душой?

 -- Неужто?

 -- Таки ни одного шиллинга, мистрисъ Гринау; и въ добавокъ онъ въ долгу, какъ въ шелку. Малый-то онъ, если хотите, и хорошій, только одна бѣда, что ему ни въ чемъ довѣрять нельзя.-- И послѣ нѣсколькихъ распросовъ, въ которыхъ выражалась почти нѣжная заботливость, мистеръ Чизсакеръ распростился, чуть было совсѣмъ не позабывъ освѣдомиться о миссъ Вавазоръ.

 Но передъ уходомъ изъ дому онъ перекинулся двумя тремя словами съ Жанетою.

 -- Скажи-ка, Жанни, былъ онъ у васъ?

 -- И глазъ не показывалъ, сэръ, съ той поры, какъ мы здѣсь. Мнѣ даже это немножко странно показалось.

 Мистеръ Чизсакеръ сунулъ горничной полкроны и удалился. Жанета, должно полагать, забыла, что, не далѣе какъ наканунѣ вечеромъ, кипитанъ Бельфильдъ урвался отъ своихъ служебныхъ обязанностей, чтобы заѣхать въ мистрисъ Гринау.

 Десяти-двѣнадцати часовые труды капитана, по видиному, не постоянно отнимали у него одни и тѣ же часы, потому что во всякое время дня его можно было встрѣтить слоняющимся по городу; особенно же часто видали его въ окрестностяхъ вдовушкиной квартиры. Въ Норвичѣ бываетъ два базарныхъ дня въ недѣлю, и должно полагать, что самый разгаръ его служебныхъ занятій какъ разъ совпадалъ съ этими днями, потому что тогда его и видомъ не видать было возлѣ квартиры мистрисъ Гринау. А такъ какъ мистеръ Чизсакеръ пріѣзжалъ въ городъ только къ базарнымъ днямъ, то имъ и не приходилось встрѣчаться. Въ каждый пріѣздъ свой мистеръ Чизсакеръ подъѣзжалъ къ дому мистрисъ Гринау и оставлялъ у входа корзину, наполненную роскошными гостинцами съ его скотнаго двора. Тщетно протестовала мистрисъ Гринау противъ этихъ даровъ, тщетно грозилась, что будетъ отсылать ихъ обратно. Дары продолжали являться, и мистрисъ Гринау становилась въ тупикъ, какъ ей съ ними поступать. Самъ мистеръ Чизсакеръ не заходилъ въ домъ; онъ обыкновенно завозилъ корзину и отправлялся далѣе по своимъ дѣламъ; и только покончивъ ихъ, возвращался провѣдать нашихъ дамъ. Уѣзжая домой, онъ никогда не забывалъ спросить свою корзину у Жанеты и, пользуясь этимъ случаемъ, вступалъ съ всю въ тайные переговоры, и наводилъ справки о капитанѣ.

 -- Ну, что мнѣ дѣлать съ этимъ? воскликнула мистрисъ Гринау, когда Кэтъ, войдя однимъ прекраснымъ утромъ въ гостиную, снова нашла на столѣ небольшую корзину, прикрытую чистою салфеткою.-- Шутка ли? Жанета едва дотащила ее!

 -- Подлинно, что едва дотащила, сударыня; а ужь у меня ли, кажется, нѣтъ силы въ рукахъ.

 -- Какъ же мнѣ быть, Кэтъ? Онъ такой добрякъ!

 -- И такъ такъ съ ума сходитъ по васъ обѣихъ, вмѣшалась Жанета.

 -- Конечно, мнѣ не хотѣлось бы обижать его по многимъ причинамъ, продолжала тетушка, бросая на племянницу многозначительный взглядъ.

 -- Не знаю, какія у васъ могутъ быть причины, тетушка, но я на вашемъ мѣстѣ оставила бы корзину не тронутою до его возвращенія.

 -- Да отчего бы тебѣ самой не переговорить съ нимъ, Кэтъ, и не объяснить ему, что такъ не годится дѣлать? Ну, на это разъ, такъ и быть, прими подарокъ, только возьми съ него слово, что это будетъ послѣдній.

 -- Этого, тетушка, я не могу сдѣлать; подарки эти не мнѣ возятся.

 -- И тебѣ не стыдно, Кэтъ?

 -- Полноте, тетушка, что пустяки говорить? Хоть бы Жанеты посовѣстились.

 -- А мнѣ такъ кажется, сударыня, что онъ вамъ обѣимъ возитъ; право, такъ. А ужь правду сказать, такихъ сливокъ и яицъ въ цѣломъ Норвичѣ не купите за деньги.

 -- Что бы такое могло быть въ этой корзинкѣ? проговорила мистрисъ Гринау, приподнимая край салфетки. Какъ бы вы думали? Индѣйка!

 -- Вотъ тебѣ на! воскликнула Жанета, индѣйка! Да на рынкѣ вы ее дешевле десяти шиллинговъ и шести пенсовъ и въ жизнь не купите.

 -- Нѣтъ ужь, сдѣлайте одолженіе, увольте меня отъ объясненія съ нимъ по этому поводу, проговорила Кэтъ.

 -- Право не понимаю, почему бы не все равно было кому объясниться, тебѣ или мнѣ, замѣтила мистрисъ Гринау.

 -- А вотъ что, сударыня, сказала Жанета; я поспрошаю у него, кому онъ привезъ индѣйку; мнѣ-то онъ скажетъ.

 -- Пожалуйста, не дѣлай такихъ глупостей, Жанета, отвѣчала Кэтъ. Что тутъ спрашивать, тетушка. Конечно подарокъ предназначается вамъ. Кто же станетъ возить сливки и индѣекъ какой нибудь... Да это смысла не имѣетъ.

 -- Не вижу почему бы и сливки, и индѣйка не предназначались для тебя. Да ужь коли хочешь знать, онъ самъ мнѣ разъ въ этомъ сознался.

 -- Въ такомъ случаѣ, я выставлю эту корзину на подъѣздѣ нашего дома, пускай его тамъ ее и найдетъ. И Кэтъ, взяла-было корзину, чтобы унести ее.