-- Какъ-бы вы думали, кто находится въ эту минуту здѣсь, въ Люцернѣ, въ этой самой гостинницѣ?

 Алиса тотчасъ-же догадалась, кто это такой.-- Но у нея не достало духу произнести имя мистера Грея.-- Кто-же это, Гленкора? спросила она совершенно спокойнымъ голосомъ.

 -- А кого бы всего болѣе вы были рады видѣть въ настоящую минуту? спросила Гленкора.

 -- Конечно, мою кузину Кэтъ, отвѣчала Алиса.

 -- Ну такъ это не ваша кузина Кэтъ. Впрочемъ я не вѣрю вамъ, а то я должна была бы считать васъ просто за съумасшедшую.

 -- Быть можетъ, я и съумасшедшая, проговорила Алиса.

 -- Съумасшедшая-то вы не съумасшедшая, а вотъ что вы не притворщица, такъ за это я не поручусь. Особа, про которую я говорю, конечно, мужчина. Что-же вы и теперь не обнаружите никакихъ признаковъ волненія? Когда Плантагенетъ разсказалъ мнѣ объ этомъ передъ обѣдомъ, я чуть не вспрыгнула до потолка. Онъ было порывался самъ извѣстить васъ объ этомъ за десертомъ. Только я пожалѣла васъ и недопустила до этого, а знай я, что вы такъ спокойно примете эту новость, я не подумала-бы ограждать васъ. Такъ какъ-бы вы думали, кто пріѣхалъ?

 -- Конечно, я знаю теперь, проговорила Алиса, очень ровнымъ голосомъ, что пріѣхалъ мистеръ Джонъ Грей.

 -- Да, мистеръ Джонъ Грей пріѣхалъ. Онъ въ настоящую минуту здѣсь, въ этомъ домѣ или, что еще вѣроятнѣе, гуляетъ по берегу озера и ждетъ, чтобы свѣча мелькнула въ окнѣ нашей спальни. Тутъ лэди Гленкора замолчала, выжидая, что скажетъ Алиса. Но Алиса не говорила ни слова... Ну, что вы притихли? продолжала лэди Гленкора, вставая съ своего мѣста.

 -- А что? спросила Алиса.

 -- Такъ вамъ нечего сказать? вамъ, стало быть, рѣшительно все равно, что онъ, что какой нибудь мистеръ Смитъ пріѣхалъ?

 -- Ну, нѣтъ, совсѣмъ не все равно, отвѣчала Алиса. Ужъ если вы непремѣнно желаете знать, что такое для меня пріѣздъ мистера Грея, то я должна утѣшить васъ, что ныньче, вѣроятно, во всю ночь не сомкну глазъ. Но сказать мнѣ по этому поводу рѣшительно нечего.

 -- Дура я, что не дала мистеру Паллизеру объявить вамъ эту новость самымъ будничнымъ тономъ въ присутствіи слуги. Право дура!

 -- Вышло-бы тоже самое что теперь.

 -- Ну да, конечно, васъ ничѣмъ не проймешь. Я, право, не знаю, любили-ли вы хоть кого нибудь въ жизни, кромѣ вашей кузины Кэтъ? Въ тихомъ омутѣ, говорятъ, черти водятся, но ваша душа такой для меня омутъ, что я въ немъ ровно ничего не вижу. Теперь, я полагаю мнѣ можно уйдти, такъ какъ вамъ мнѣ больше нечего сказать?

 -- Ну что-жъ бы вы хотѣли, чтобы я вамъ сказала? Конечно, я знаю зачѣмъ онъ пріѣхалъ. Онъ мнѣ заранѣе сказалъ, что отыщетъ меня.

 -- И вы намъ объ этомъ ни слова не сказали?

 -- Онъ могъ передумать или что нибудь могло помѣшать ему. Я сказала ему, чтобы онъ не пріѣзжалъ. И было-бы гораздо лучше, если-бы онъ остался дома...

 -- Но почему-же лучше? скажите, почему?

 -- Потому что изъ его пріѣзда не выйдетъ ничего хорошаго.

 -- Не выйдетъ ничего хорошаго! а я такъ убѣждена въ противномъ. Слушайте, Алиса, если вы завтра не помиритесь съ нимъ, я подумаю, что у васъ не сердце, а камень. На вашемъ мѣстѣ, я бы давнымъ давно была въ его объятіяхъ. Теперь я уйду и оставлю васъ ворочаться съ боку на бокъ и мечтать о немъ.-- Она вышла изъ комнаты, но черезъ минуту воротилась съ новымъ вопросомъ.

 -- Онъ, конечно, просилъ позволенія явиться къ вамъ; что вы ему велите сказать на это?

 -- Пускай его приходитъ, если хочетъ. Не думаете ли вы, въ самомъ дѣлѣ, что я поссорилась съ нимъ и откажусь принять его?

 -- И мы можемъ пригласить его отобѣдать съ нами?

 -- О, да! конечно.

 -- И пикникъ можно затѣять и другія разныя увеселенія? Нечего и говорить, что онъ будетъ принятъ у насъ на ногѣ короткаго знакомаго. Однако прощайте; хоть убейте, я васъ не понимаю.

 На слѣдующее утро, за завтракомъ, мистеръ Паллизеръ рѣшился обратиться къ Алисѣ съ слѣдующею рѣчью: Гленкора вамъ, кажется, сказала, что мистеръ Грей здѣсь. Если не ошибаюсь, мистеръ Грей давнишній вашъ другъ?

 Алиса отвѣчала, по возможности, спокойнымъ голосомъ, что мистеръ Грей дѣйствительно былъ и до сихъ поръ остался однимъ изъ лучшихъ ея друзей.-- Я буду очень рада его видѣть, если вы ничего не имѣете противъ этого.

 -- Гленкора предполагаетъ пригласить его въ обѣду, отозвался мистеръ Паллизеръ.-- На этомъ и порѣшили.

 Но мистеръ Грей не дождался обѣденнаго часа, чтобы повидаться съ Алисою. Въ тотъ же день, по утру, ей подали его визитную карточку. Леди Гленкора, какъ только прочитала его имя, обратилась въ бѣгство.

 -- Право, напрасно вы уходите, замѣтила Алиса.

 -- Право, не напрасно, возразила ея свѣтлость. Если вы не знаете, чего требуютъ приличія въ подобномъ случаѣ, то я знаю. И мистеръ Грей, войдя въ комнату, только и видѣлъ подолъ ея платья, мелькнувшій за порогомъ.

 -- Я сказалъ вамъ, что пріѣду, заговорилъ онъ съ своей обычной привѣтливой улыбкой. Я сказалъ вамъ, что послѣдую за вами, и вотъ, какъ видите, я сдержалъ слово.-- Онъ взялъ ея руку и удержалъ въ своей. Она не знала, что отвѣчать, не знала, какъ высвободить свою руку.

 -- Я очень рада вамъ, какъ старому другу, заговорила она, но надѣюсь...

 -- Кончайте же -- чего вы надѣетесь?

 -- Но надѣюсь, что ваше путешествіе имѣло, кромѣ желанія меня видѣть, иную лучшую цѣль.

 -- Нѣтъ, моя дорогая, никакой другой цѣли оно не имѣло. Я нарочно пріѣхалъ для того, чтобы видѣть васъ. И если бы мистеръ Паллизеръ увезъ васъ въ Азію или Африку, я и туда бы за вами послѣдовалъ. А знаете-ли почему?

 -- Нѣтъ, не совсѣмъ, отвѣчала она, не находя другого отвѣта.

 -- Потому что я люблю васъ. Вы видите, я приступаю къ дѣлу сразу, безъ обиняковъ. Я хочу, чтобы вы были моею женою, а постоянство въ этихъ дѣлахъ, говорятъ, надежнѣйшій способъ добиться того, чего желаемъ.

 -- Вамъ не слѣдовало бы этого желать, проговорила она въ полголоса.

 -- Почему бы мнѣ и не желать этого?

 -- Потому-что я не могу быть вамъ хорошею женою.

 -- Въ этомъ отношеніи я лучшій судья, Алиса; ваше дѣло рѣшить, могу ли я быть вамъ хорошимъ мужемъ.

 -- Жениться на мнѣ послѣ всего, что случилось, значитъ опозорить васъ. Что скажутъ о васъ другіе мужчины?

 -- Другіе мужчины скажутъ, что разъ полюбивъ, я съумѣлъ остаться вѣренъ своей любви, худшаго имъ обо мнѣ нечего будетъ сказать. Да и какое мнѣ дѣло до того, что обо мнѣ скажутъ?

 -- Да мнѣ-то до этого есть дѣло, мистеръ Грей, и хотя бы вы и простили меня, я сама не могу себѣ простить. Послѣ всего, что я сдѣлала, я чувствую, что не имѣю права выходить за кого-бы то ни было замужъ.-- Она проговорила эти слова какъ-то отрывисто, съ усиліемъ и подъ конецъ залилась слезами.

 Вскорѣ послѣ того она простилась съ нимъ, объявивъ на прощанье, что увидится съ нимъ за обѣдомъ и попросивъ его обращаться съ нею просто какъ съ другомъ... Не смотря на все что было, я надѣюсь, что мы навсегда останемся друзьями.

 -- И я того же надѣюсь, отвѣчалъ онъ.

 За обѣдомъ маленькое общество было довольно весело и о любви не было болѣе свазано ни слова. Леди Гленкора болтала вздоръ, мистеръ Паллизеръ противоречилъ этому вздору, но все это дѣлалось очень мило и способствовало даже общему настроенію.

 Безмолвнымъ соглашеніемъ рѣшено было -- принимать впередъ мистера Грея на правахъ короткаго знакомаго, и леди Гленкора ухитрилась-таки шепнуть ему слова два наединѣ, при чемъ обѣщалась усердно хлопотать въ его пользу.

ГЛАВА XXX.

ДЖОРЖЪ ВАВАЗОРЪ СХОДИТЪ СО СЦЕНЫ.

 Мы должны теперь на время возвратиться къ происшествіямъ, ознаменовавшимъ это лѣто въ Лондонѣ, и разсказать читателямъ новую стычку мистера Грея съ Джоржомъ Вавазоромъ, случившуюся не за долго до пріѣзда перваго въ Люцернъ.