И кот Баюн пообещал развесившим уши детям, что Леший покажет им чудо-птицу. Невилл кота почти не слушал: он думал о том, как изменилась его жизнь: любящая бабушка, выздоровевшие родители, Лисса в человеческом виде.… Теперь не нужно ни за кого беспокоиться, и можно заняться любимым делом: в волшебном лесу росло столько интересных и необычных деревьев — можно спокойно заняться их изучением! Драко намеревался сбежать от тети Беллатрикс, которая, как только видела его, начинала тискать, как маленького ребенка. Гарри и Дадли вынашивали планы уговорить тетю Василису полетать в ступе, о которой они узнали из сказок бабушки Деллы. Правда, в ее сказке ступа была старомодная и дряхлая, не то что эта! А еще четверка собиралась поближе рассмотреть избушку, особенно ее страшенные курячьи ноги и жутко прикольную лестницу-чудесницу, в общем, планов хватало. Поэтому мальчишки, как только их позвала Наина, понеслись в столовую завтракать.
Традиционной английской овсянки на столе не оказалось. Но были крупные яйца (гусино-лебединые, — объяснила Наина, заметив любопытные взгляды детей), янтарный мед в берестяном туесочке, большая миска оладий, еще одна, такая же, с сырниками, блюдо с малюсенькими слоеными пирожками, густая сметана в крынке, горшок с топленым молоком с толстой коричневой пенкой. А еще — большое овальное блюдо с ломтями домашнего окорока и домашней колбасой, нарезанной крупными кусками. Все это так аппетитно выглядело и пахло так, что сытые коты явились с надеждой выпросить хоть по кусочку окорока или колбаски. И, в довершение всего, в центре стола стоял громадный самовар, который был готов выдать кипяток по первому требованию…
— Чудеса, — счастливый донельзя Дадли толкнул локтем сидевшего рядом брата, — никто не заставляет есть овсянку! И это правильно! Окорок мне гораздо больше нравится, — и он жадными глазами уставился на громадный ломоть окорока, который под взгляда мальчишки взмыл вверх и очутился в его тарелке.
— Ничего себе, — удивился Драко. — Интересно, а у меня так получится? — и кусок плавно устремился, теперь к тарелке Драко.
— Ух, ты, — у Гарри, в предвкушении приключения, загорелись глаза, — щас я попробую сметану телепортировать…
… Когда, услышав вопли резвящихся детей, Наина вошла в столовую, то остолбенела, увидев неприглядную картину: скатерть в жирных кляксах сметаны, расшвырянные по полу оладьи и сырники, куски колбасы и окорока. А под столом она обнаружила хитрых котов, с довольным видом подъедавших упавшие на пол куски…
— Ах вы, негодники! Неужели вас не учили, как вести себя за столом? — ахнула Наина, сердито разглядывая мальчишек и взмахом руки приводя столовую в порядок, — и что это вы тут устроили?
— Тетя Наина, пожалуйста, не сердись, — смущенно попросил Невилл, — увлеклись… просто, когда Дадли в тарелку телепортировал окорок, мы решили попробовать, получится у нас так же, или нет.
— И у меня не получилось: сметана вывалилась на стол, — уныло сознался Гарри.
— Гарри! Это тебе повезло, что сметана из кувшина всего лишь на стол вывалилась, а если бы тяжелый кувшин кому-нибудь по голове треснул? — строго спросила Наина, — Голова нужна не только для того, чтобы в нее есть, но и чтобы думать, хоть иногда…
— Мы больше не будем, — дружно заканючила четверка, — прости нас, пожалуйста!
— Ладно, — сжалилась женщина, увидев расстроенные физиономии детей, — что у вас приключилось, рассказывайте.
— Я ничего не понял, — пробурчал Дадли, — увидел куски окорока, выбрал себе один, подумал, что хочу его съесть, уже хотел его взять, а он вдруг взлетел и оказался в моей тарелке. Гарри, наверное, пошутил.
— Я ничего не делал! — обиженно заорал Гарри. — Вечно все чуднОе на меня сваливают!
* * *
— Вернон, не копайся, — сказала Петунья. — Мальчишки одни! Ты же знаешь, что они ссорятся по сорок раз за день!
Ответить Вернон не успел: в спальне появился Кузя, схватил их за руки и потащил в столовую, приговаривая на ходу: «Быстрее, Дадли с Гарри опять ссорятся!». У входа в столовую чета Дурслей притормозила, прислушиваясь, и расслышали последнюю реплику племянника…
— В том, что тебя обвинили в шалости, ты сам виноват, дорогой! — ехидно заметила Петунья, входя. — Доброе утро, Наина! — поприветствовав хозяйку, она возобновила обвинительную речь, — сколько раз ты вылетал из-за стола, милый мальчик, за свои шутки?! Одни дерущиеся вилки с ножами чего стоили, не говоря уж про летающие тарелки, пляшущие солонки, самовозгораемую овсянку, воду вместо виски в бокалах гостей, и многие-многие другие шалости. Думаю, тебе стоит честно признать свою вину…
-Тетя, но в этот раз я ни в чем не виноват! Я не телепортировал окорок. Я телепортировал сметану, и честно в этом признался!
— Кто маво племяшку обижает? — в столовую ворвалась Василиса, сходу ухватила ломоть окорока с блюда, откусила громадный кусок, и влезла в разговор, одновременно пережевывая копченое мясо, — Ффаффия ффаё ффово шжежава! Ее невнятную речь никто не понял, поэтому, прожевав, она повторила, — Магия свое слово сдержала! И Дадли молодец, смог воспользоваться ее даром: захотел окорок — получил желаемое! А ну-ка, давай проверим, как у тебя получается … что ты еще хочешь съесть?
— Сырники, — пробурчал тот, пытаясь понять, что происходит.
— Так пожелай, чтобы они оказались в твоей тарелке!
Дадли, начиная догадываться, и, боясь поверить в чудо, пристально посмотрел на миску, и, под его взглядом, сразу три сырника медленно спланировали в тарелку.
— И что это значит? — Петунья схватилась за сердце.
— Петунья, успокойся, — ласково сказала Василиса. — Дело в том, что я попросила крестную, и Магия, преподнесла твоему сыну волшебный дар, теперь он тоже волшебник. Подумай сама: вы оказались в волшебном мире, почему твой сын должен завидовать мальчишкам, понимая, что друзья способны делать то, что не может делать он?! А мы, чародеи, позаботимся, чтобы он научился управлять своим даром, — и добавила скороговоркой, заметив, что около Дадли, ошалевшего от счастья, начала приплясывать посуда, — Дадли, возьми себя в руки! Успокаивайся, успокаивайся, вдох-выдох, вдох-выдох…
— Мама! Папа! — выскочив из-за стола, мальчишка бросился к родителям. — Я тоже буду учиться колдовать! Я тоже смогу превращаться в разных зверей! Я тоже стану настоящим волшебником! Пап, когда научусь, я сам смогу уменьшить твой автомобиль!
— Даже не знаю, что сказать, — Вернон был шокирован.
— И не говори. Пойми, что не все волшебники похожи на тех, с кем ты сталкивался до сих пор, — сказала Наина. — Твой сын станет сильным волшебником, Магия не поскупилась — щедро его одарила. Так что еще будешь гордиться сыном. И учить его будут хорошо: русская школа магии это вам не Хогвартс. Кстати, Василиса, если уж зашла речь о Хогвартсе, дети будут учиться там или останутся в России?
— Василиса заколдована, ее может расколдовать только Принц, а он — преподаватель в Хогвартсе, — не выдержав, вмешался Невилл, — значит, я обязательно поеду в Хогвартс, чтобы ей помочь.
— Невилл! Это опасно, — услышав слова внука, запротестовала Августа, входя в столовую в сопровождении Вальпурги.
— Я не могу бросить Лиссу одну, бабушка, — мгновенно впадая в отчаяние, закричал Невилл, — быстро ты забыла, сколько хорошего она сделала для нашей семьи!
— Мама, Невилл прав, — Фрэнк, присоединившийся к присутствующим, был очень серьезен, — это будет предательством, если все бросят девушку! Тем более, большую часть времени она пребывает заколдованном виде…
— Не пущу! — воинственно выкрикнула Августа и осеклась, застонав от отчаяния: в памяти всплыл полыхнувший красным пламенем магический контракт, обязующий ее внука учиться в Хогвартсе. — Фрэнк! Алиса! Я вспомнила, что заключила с Дамблдором магический контракт ... но за свой промах буду расплачиваться сама! А Невилл…
— Бедный мой мальчик! — сказала Алиса, побледнев, как мел, — Августа, вы хотите, чтобы он всю жизнь винил себя за вашу смерть?! Нет, как бы мы не переживали за него, ему придется поехать в Хогвартс!
