— Почему вы так ненавидите Дамблдора? — возмутился Люпин. — Взыграли чистокровные предрассудки из-за его благосклонности к маглам?
— А с чего ты взял, что Дамблдор хорошо относится к маглам? В чем это проявляется?
— Ну, в школу принимают же маглорожденных, их с каждым годом становится все больше. И директор не дает их в обиду, он даже школьную программу изменил так, чтобы им было легче учиться…
— Когда учились мы, программу для маглорожденных не меняли, ориентируясь на более слабых. А вот магам приходилось в обязательном порядке посещать магловедение. У нас была практика по выживанию: обязательное проживание в мире маглов в течение одного летнего месяца, без волшебной палочки! Так что наше поколение знакомо с магловской культурой и не только … нас учили пользоваться транспортом, магазинами, кинотеатрами, музеями, библиотеками. Маглы изучали магический мир на дополнительных занятиях, где им объясняли, как можно войти в чистокровный род, как проводить обряды, как себя вести в обществе магов, чтобы по незнанию не обрести врага. Там же их знакомили с нашими законами, этикетом, историей становления магического мира, магическими существами … таким образом, они начинали постепенно встраиваться в магический мир … и где все это?
— Только Дамблдор в состоянии понять чувства маглорожденных! А мы … для вас мы — неведомы зверушки, — перебил речь Вальпурги истерический вопль Люпина. — Если бы не Альбус…
— Что за невоспитанность, — ведьма остановила скандалиста, наложив «силенцио», — но вполне в духе вбитых Дамблдором принципов неуважения к старшим… заклятье сейчас сниму, а ты имей терпение дослушать до конца, иначе опять не сможешь разговаривать. Дамблдор, прекрасно справился с вашей дрессировкой, вложив в ваши пустые головы свои «светлые» идеи. На столь «плодотворный» труд он потратил не одно десятилетие директорства! А затем начал протаскивать вас на различные посты: в аврорат, в министерство, в Визенгамот… вас, обезьян с волшебной палочкой в руках! Если бы не политика Дамблдора, маглорожденные не смогли бы добиться, чтобы волшебный мир деградировал … и, уж поверь, никому бы и в голову не пришло обучать оборотня в Хогвартсе!
— Но почему? — не выдержав, вспылил Люпин. — Чем мы хуже?
— Вы не хуже, вы — опасны для людей! Вам нужны специальные школы, о которых рассказывала Наина: в них или излечивают от ликантропии, или учат становиться сильным и могучим зверем. Том Риддл начал заниматься этим вопросом сразу, как только его выбрали Хранителем: еще до отъезда на учебу в Лукоморье, он выяснил, что оборотни действительно излечимы. Том нашел преподавателя с доскональным знанием проблемы, Игоря Меньшикова (кажется, так его звали), которого назначил директором специальной школы для оборотней, открытой в Запретном лесу. Игорь пригласил опытных преподавателей, детей-оборотней собирали со всей Англии, не делая различий, маг ребенок или магл. Школа считалась экспериментальной, и судьба ее незавидна: после исчезновения Хранителя, Дамблдор распорядился, чтобы ее закрыли.
— Но почему?!
— Не знаю, могу только гадать, какую цель он преследовал. Предлог для ликвидации школы нашелся быстро: Дамблдор обвинил оборотней в убийстве кентавров. Расследование провести он не дал, хотя авроры подозревали, что к гибели кентавров причастны акромантулы. По крайней мере, следы кентавров обрывались у логова пауков, которых расплодилось в лесу видимо-невидимо. Совет попечителей решил вмешаться и в Визенгамоте Дамблдору напомнили о преступлении Хагрида, умудрившемуся притащить в Хогвартс акромантула. «Паучок» послужил причиной гибели студентки (Миртл, если я не ошибаюсь), и хозяин акромантула был заключен в Азкабан, откуда его вызволил директор, взяв на поруки, а затем назначив его лесничим. А жуткий питомец Хагрида спасся от уничтожения, сбежав в Запретный лес.
— Хагрид был невиновен! — перебил Люпин. — Его паук никогда никого не убивал, его оклеветали!
— Узнаю мерзкую привычку Дамблдора валить с больной головы на здоровую! Я знакома с историей преступления, потому что мне о нем рассказывал отец, входивший в то время в Совет попечителей. Попечители вместе с аврорами принимали участие в расследовании гибели девочки и пришли к выводу, что виновен в ее смерти акромантул! Миртл, после своей смерти, стала привидением и, поэтому, получила возможность рассказать: она увидела жуткого паука, собиравшегося на нее напасть, и пришла в ужас… ужас стал причиной остановки сердца … а Хагрид, боясь ответственности за содеянное, помчался прятать паука в Запретный лес. Но когда авроры начали «копать» глубже, Хагрид признался, что паук был не один, их была пара. Постепенно в Запретном лесу расплодилась колония акромантулов, и часть леса оказалась во власти этих тварей…
— Матушка, — невольно заинтересовался Сириус, — как ты думаешь, откуда у Хагрида взялась пара акромантулов?
Вальпурга изумленно посмотрела на сына:
— Действительно, откуда?! Почему-то никто из проверяющих не вспомнил, что акромантулы относятся к классу особо опасных существ, поэтому запрещены к ввозу в страну, а значит, это дорогостоящий контрабандный товар. Не трудно догадаться, откуда акромантулы могли взяться у нищего полувеликана, которого Дамблдор взял в школу, скрыв его происхождение от общественности.… Похоже, не просто так Хагрид настолько проникся любовью к директору, что готов выполнить любой его приказ, вплоть до убийства, даже не задумываясь.
— А после убийства будет убеждать себя, что сделал правильно, потому что убить приказал «великий человек», — с ухмылкой заметил Сириус, — а еще позже будет заливаться горькими слезами… как крокодил, который, говорят, тоже оплакивает свою жертву…
— Хагрид — самый добродушный человек из всех, кого я знаю, — убежденно сказал Люпин, — он никогда не причинит вреда людям!
— «Никогда не причинит вреда людям» … Не думал, что ты такой кретин, волчара, — фыркнул Сириус, — в Запретном лесу при содействии Хагрида развелось такое, что людям туда даже днем запретили ходить! Самый маленький акромантул вырастает размером с корову! Поинтересовался бы, почему волшебники мечтают их уничтожить, а директор не дает разрешения! А дикие гиппогрифы?! Они относятся к классу особо опасных животных! Их положено приручать с раннего возраста, и тех, кто дрессировке не поддается, уничтожать, а у лесничего целая стая свободно по лесу шляется, даже живет не в загоне. Неизвестно, какую мерзость еще этот селекционер вывел, поэтому в Запретный лес давно поодиночке никто не ходит, боятся. У Хагрида сила нечеловеческая, да и ростом он почти десять футов, поэтому разведение и любовь к монстрам ему не навредит, а то, что его питомцы опасны для людей, в его дурную голову не приходит. А сам он додумался разводить тварей или нет, этого я не знаю. С недавних пор я сомневаюсь в альтруизме Дамблдора, поэтому и не особо верю, что лесничий развел акромантулов в Запретном лесу без согласия директора…
— Может быть, акромантулы — месть Дамблдора оборотням и кентаврами за то, что не признали его Хранителем, — предположила Вальпурга, — как и ликвидация школы для оборотней. … А ты что думаешь?
— Школа для оборотней действительно была, — Сириус скорчил презрительную гримасу. — О ней мне в Азкабане рассказал Фернир — он учился в этой школе. И я своими глазами видел, что он может обращаться не в полнолуние, а когда сам пожелает, так что Наина сказала правду. Фернир признался, что примкнуть к Волдеморту оборотней вынудил закон о тварях — в обмен на его обещание ликвидировать резервации. А Руквуд, который до Азкабана был невыразимцем, подтвердил, что специальную школу закрыли по приказу Дамблдора.
— Не могу поверить! — Люпин был потрясен.
— Итак, специальную школу закрыли, а вскоре директор во всеуслышание заявил, что любой оборотень сможет учиться в Хогвартсе, — нить рассказа перехватила Вальпурга. — Старые семьи были до такой степени возмущены сим фактом, что поклялись на заседании Визенгамота, что ни один из наследников не переступит порог Хогвартса, где ему угрожает опасность стать оборотнем. И Дамблдор дал слово, что отменит свое решение. Никому и в голову не могло прийти, что директор нарушил обещание, данное в стенах Визенгамота, и все-таки устроил бесчеловечный эксперимент. Подумай вот над чем, Люпин: если бы ты убил человека, тебе бы отрубили голову: темное существо, по закону, подлежит немедленному уничтожению…
