Приземление оказалось жестким и небезопасным: он оказался под прицелом палочки Люциуса, который мгновенно обездвижил его заклинанием.

— И кто это у нас? — лениво произнес лорд Малфой. — О, да это же дрессированный оборотень Дамблдора, Римус Люпин собственной персоной.

— Некогда сейчас с ним возиться, — решительно сказал Долохов, —загрузим его в СТУПу, а дома разберемся. Я думаю, это будет забавно …

— А он не опасен? — спросил Вернон, впечатленный рассказами об оборотнях.

— Полнолуния сегодня нет, так, что превратиться не сможет, а значит, не опасен. К тому же, можешь убедиться, что он надежно связан, да и палочку у него забрали, — ответил Долохов, левитируя оборотня в грузовой отсек. — Но тем не менее, нечего ему находиться среди нормальных людей, пусть валяется среди вещей! Люциус, ты обещал заменить Вернона? Он тут для тебя инструкцию составил.

Вернон протянул магу небольшой блокнот:

— Заранее благодарю вас, господин Малфой! Вот, смотрите, тут все по пунктам размечено.

— Прекрасно. А если что-нибудь пойдет не так, есть еще «Обливейт» и «Империо», изобретенные специально для несговорчивых начальников, — ехидно улыбнулся Люциус.

— Забыли о полешках!— спохватилась Василиса. — Вдруг Дамблдор, узнав о гибели Арабеллы Фигг, отправится к Дурслям искать Гарри Поттерa — а Дурсли по нашей легенде переехали в другую страну, и полешки, которые их замещают, надо срочно уничтожить. Так что я покину вас на пару минут. — И Василиса исчезла. Пока все приходили в себя, девушка вновь появилась, заявив: — вот теперь все в порядке, теперь можно перемещаться…

— А где домовик для связи? — проскрежетал Долохов. — Оставляем Люциуса делать опасную работу, а у него нет убежища в случае провала...

— Кричер — самый умный и хитрый из всех домовиков, мы возьмем его с собой. Если мужу будет угрожать опасность, Кричер сможет мгновенно откликнуться на призыв Люциуса и переместить его в ваше секретное место,— сказала Нарцисса, — домовики всегда аппарируют к хозяину, а привязать Кричера к мужу — дело одной минуты.

— Нарси, он и так обязан мне подчиняться, как мужу хозяйки. A вам, друзья, советую поторопиться: боюсь, Альбусу с минуты на минуту доложат об исчезновении Лонгботтомов, и первым делом он будет искать их здесь.

Люциус попрощался со всеми, еще раз обнял сына и аппарировал с помощью домовика.

— Лорд Малфой прав, пора исчезать отсюда, — нахмурилась Василиса, — Антонин, помоги всем занять места в СТУПе. Как закончишь — скажешь.

Усадив всех по местам, Долохов проверил, на всякий случай, не развяжутся ли пленники, и доложил Василисе: "Все в порядке"

— А больные? — спросила она.

— Пока все спокойно, все спят, — сказала Августа, бросив взгляд на измученное лицо Беллы, на безучастные лица снохи и сына.

— Это хорошо. И последнее, вот, держите, — она раздала всем, кроме Невилла и Антонина, владеющих русским языком, по голубой бусинке, висящей на прочной нити, — бусинки — это переводчики. С ними вы сможете не только понимать наш язык, но и разговаривать, как настоящие русские. Ну, за исключением некоторых особенностей нашего языка, — чуть подумав, добавила она. — Больным и арестантам они пока ни к чему.

— На какие особенности русского языка ты намекаешь? — подозрительно спросил Вернон.

— Привожу пример: у нас часто говорят: «Да нет, наверное» — жизнерадостно захохотал Долохов.

Англичане зависли, пытаясь понять смысл фразы.

— Ну, что, полетели! — Василиса включила невидимый режим, и СТУПА стала прозрачной. Bход бесшумно закрылся.

— Земля, прощай, — в один голос заорали мальчишки, весь вечер репетировавшие волшебные слова.

Василиса рассмеялась, повторяя за ними кодовые слова активизации СТУПы. Аппарат поднялся вверх, застыл на мгновение, преодолевая антиаппарационную сеть, и рванул в заданном направлении. В этот раз полет продолжался целых полчаса, и дети вполне успевали разглядеть мелькавшие горы, леса, реки, опять горы, опять леса… Наконец, СТУПА пошла на снижение и мягко приземлилась на большую поляну, рядом с чуднЫм строением в виде бревенчатого домика, водруженного на громадные куриные ноги.

Глава 19

Наконец, СТУПa пошла на снижение и мягко приземлилась на большую поляну рядом с чуднЫм строением в виде бревенчатого домика, водруженного на громадные куриные ноги. Строение испуганно пустилось наутек, но чей-то грозный окрик заставил домик замереть на месте. Тем временем СТУПa открылась, и пассажиры потянулись к выходу.

Первыми оттуда выскочили домовики, которых хозяева решили взять собой, не оставлять в пустых домах. Они шальными глазами оглядели густой лес, окружающий зеленую лужайку размером с два футбольных поля, и, восторженно попискивая, повалились в траву, обнимая землю ручонками. Хозяева, выходящие следом, с удивлением заметили, что домовики стали стремительно молодеть.

— Это Лукоморье, ваши малыши ведут себя так странно потому, что почувствовали место силы. Но, чтобы с непривычки не окосели, надо их в избу отправить, — сказала страшная, косматая, почти беззубая старуха, встречавшая гостей на полянке. Впрочем, старость ничуть не помешала старухе в одно мгновенье очутиться около СТУПы.

— Ух, ты! — Дадли толкнул локтем брата. — Баба Яга! Настоящая!

— С костяной ногой! — вторил ему тот, во все глаза разглядывая родственницу, о которой им не раз рассказывала бабушка Делла. — Повезло нам ее такой увидеть, она редко превращается!

А тем временем Баба Яга продолжала командовать:

— Нафаня! Пока малыши силой переполнены, вложи им в головы знание нашего языка — усвоят мигом. А потом покажи им, где они теперь проживать будут. Ну и уши у них, прямо как у кроликов, — и она удивленно покачала головой.

— Здравствуй, тетя! — Василиса подбежала к Бабе Яге и кинулась обниматься. — Встречай гостей, только прими нормальный вид, а то мои друзья испугались, увидев твою костяную ногу и торчащие зубы!

— Ой, — мгновение, и на месте жуткой старухи оказалась красивая женщина средних лет, одетая в старомодный сарафан, — мы с Лешим утром браконьеров гоняли, приняла такой вид, чтобы сильнее запугать, да забыла назад превратиться. А я как знала, что гости пожалуют: велела Нафане самому обед не затевать, а скатерку приготовить.

— Жив дедушка Нафаня, — обрадовался Кузя и кинулся к Делле, — давай, неси лапоток скорее, я домой вернулся…

— Кузя, — окликнула его Василиса, — ну какой лапоток? Это же твоя изба родная, а не чужой дом. Шагай к дедушке здороваться, да передай ему, что гости пожаловали…

— Делла! — узнала Наина гостью и не поверила своим глазам. — Это и вправду ты? А где Аленушка? В Англии осталась?

— Нет больше Аленушки, — сурово нахмурив брови, ответила Делла, — внук есть, сын Аленушкин и приемная дочь есть, Петунья, за эти годы мы с ней столько пережили! Пойдем, я тебя со своими внуками и остальными детьми познакомлю.

Она подвела Наину к притихшим мальчишкам:

— Это Дадли, — толстенький мальчишка благовоспитанно наклонил голову, — родной сын Петуньи, любитель подраться и поесть. А вот этот черноволосый лохматик — Гарри, сын Аленушки, бессовестный проказник, который умеет после очередной каверзы делать круглые невинные глазки. Вот этот малыш, — она указала на рослого паренька, у которого от смущения заполыхали ярким румянцем щеки, — Невилл, между собой, мы называем его Вилли. Василиса после превращения в жабу и перемещения во времени очутилась возле его дома. Лисса жила у Невилла, занималась его обучением и очень к нему привязалась. А вот этот светленький мальчуган — Драко. Дети прекрасно ладят между собой, что не мешает им ссориться по сорок раз на дню. А твоя племянница Василиса…

—Да знаю я эту историю с превращением в лягушку, и о ссоре Василисы с отцом знаю, — сказала Наина, — но вмешиваться не стану: двое ругаются — третий лишний, сами разберутся. Пойдем-ка лучше с остальными гостями знакомиться, да и успокоить кое-кого не мешает — вот, посмотри на эту волшебницу…