— Ладно, так и быть, простю, — снисходительно пропищала Мышь. Она подошла поближе, принюхалась, и опять обиженно надулась, — ну так нечестно: от тебя кошкой пахнет! А как же лечение? Для него я должна быть близко-близко к тебе! ... Что же мне делать? Рядом с тобой находиться боязно, а оставить тебя без помощи неправильно … вот что: на руки пойду, но с условием — не вздумай превращаться в кошку, а то укушу!
Вскарабкавшись на колени к Минерве, она повозилась, устраиваясь поудобнее, а затем скомандовала:
— Пока я тебя лечу, давай, рассказывай о себе…
— Что рассказывать?
— Все! Ты сыр любишь?
— Нет, — машинально ответила Минерва.
— А куриные яйца вкрутую?
— Яйца я ем крайне редко, в основном, в виде омлета.
— А мышей ешь?
— Нет, ловлю для того, чтобы развлечься, когда превращаюсь в кошку.
— Меня ловить нельзя! — раздался возмущенный писк Мыши. — Я — местное ЧУДО!
— Мышь, прекращай кривляться! — кот Баюн выразительно выпустил когти. — Займись, наконец, делом!
— Наина, я просто очарована вашей зверушкой! — патетично воскликнула Минерва, обнаружив, что чувство вины за чужие преступления ушли в небытие, вернув радость жизни и уверенность в завтрашнем дне. — Плохо, что у мышей век недолог, обидно будет потерять такое чудо природы, к тому же обладающее даром целителя! … А сколько Мыши лет?
— Сейчас и не вспомню, когда мы ее подобрали, вроде бы, пятый десяток пошел, — ответив, Наина внезапно помрачнела, кинула на любимицу подозрительный взгляд и наставила на нее указательный палец, — сознавайся, Мышь, почему у тебя сегодня голос писклявый?!
— Она вчера молодильное яблоко у Нафани украла, — наябедничал Баюн, — и слопала, пока никто не заметил. Я опоздал: пришел, когда от яблока один огрызок остался.
— Вот глупая! — Наина укоризненно посмотрела на Мышь, которая немедленно покинула колени Минервы и шустро устремилась к выходу.
— Жадины! Яблока пожалели! — пропищала она на ходу.
— Тебя пожалели, дурында! Я тебя предупреждала русским языком: одно яблоко раз в два года! Иначе, знаешь, что будет?
— Что будет, что будет … превращусь в мышонка, вот что будет … но ведь хочется заранее помолодеть, вот и не удержалась…
— Станешь мышонком, придется снова учиться разговаривать по-человечески, — с изрядной долей ехидства заметил кот. — Нам здесь обычная, не говорящая мышь не нужна, таких в поселке оборотней видимо-невидимо … если ты, Мышь, не будешь Наину слушаться подыщу ей другую, умную и послушную…
— Зачем вы так сурово, — не выдержала Минерва, — вы же видите, она все поняла и сожалеет о своем поступке … дайте ей второй шанс!
— Второй уже был, — посмотрев на Мышь, застывшую с виноватым видом, сурово заметил Баюн, — и третий был, и пятнадцатый … а ума все не прибавилось, не понимает, что себе вредит!
— В последний раз ослушалась, — пропищала Мышь, = яблоко такое красивое было, не удержалась. Больше никаких экспериментов, — клятвенно заверила она, виновато глядя на Наину, — мне и самой пищать не нравится! И потом, вдруг я, став мышонком, забуду о том, что у Северуса всегда есть сыр, или, вдруг, он перестанет меня узнавать…
— Или ты станешь самой обычной мышью самого обычного размера, — буднично заметила Наина. — Кот, подтверди!
— Такой вариант возможен, — важно заметил кот ученый. — То, что яблоки омолаживают, это факт, но вот его влияние на мозговую деятельность у молодых, в фольклоре не отражено. Во всех сказках омолаживаются старики, которые становятся людьми средних лет. Средний возраст подразумевает, что жизненный опыт и знания остаются у человека в целости и сохранности, ведь для обучения отводится детство и молодость. Мяу! Я вспомнил: в японской сказке о глупом лавочнике — похожий случай! Старику, чтобы стать сорокалетним, надо было взмахнуть веером молодости пять раз, а он взмахнул шесть и превратился в младенца. Мышь! Подойди поближе, хочу тебя рассмотреть хорошенько: мне кажется, что ты стала меньше и худее.
Услышав последние слова кота, Мышь стремглав выскочила из комнаты, но топот убегающих лапок женщины не расслышали: его заглушил громкий смех присутствующих.
Мышиное лечение пошло Минерве на пользу — ее начало клонить в сон:
— Дорогие мои, — не в силах бороться с сонливостью, сказала Минерва, — сейчас из меня собеседник — никакой, засыпаю на ходу.
— Вы идите, — кот Баюн уже ждал Минерву, устроившись в кресле около кровати, — теперь моя очередь ее лечить: буду рассказывать сказки до тех пор, пока наша гостья не уснет…
* * *
Прячась за углом, Дамблдор услышал испуганный вскрик женщины, сменившийся яростным кошачьим воплем, а затем мимо Альбуса промчалась хорошо знакомая ему кошка.
«Видимо «империо» спАло от сильного потрясения, это сулит мне большие проблемы, — удостоив виновника происшествия, Квиррелла, ненавидящим взглядом, уныло подумал он и вернулся в свой кабинет. От зрелища, которое Альбус только что наблюдал, его изрядно потряхивало, поэтому примерно с полчаса он успокаивался, прежде чем снова вспомнил о Минерве, размышляя, где ее искать. Домовики обшарили весь замок, повинуясь приказу директора, но Минерву так и не обнаружили, ни в кошачьем, ни в человеческом виде.
Впервые за долгие годы, Дамблдор ругательски ругал себя, и от злости мысли путались: «Зачем я связал Минерву с зеркалом?! Задело, что она стала выходить из повиновения, как и другие учителя?! Как же, личная рабыня взбунтовалась! Хотел показать, что она полностью в моей власти? Показал … и как теперь расхлебывать эту кашу?! «Империо» скинула, вполне возможно, слетел «обливейт», который затрагивал лишь нашу ссору в башне Гриффиндора и все, что касалось зеркала, — все то, что может мне сильно навредить. Опять нужен «обливейт», но где ее искать? Возможно, со страха, забилась в какую-нибудь щель … дам ей время успокоиться и попробую призвать через связь учитель-ученик после ужина. А пока следует оценить воспоминания в спокойной обстановке — меня интересует, что увидел Квиринус. Вот он идет, левитируя шкаф, подходит к кабинету истории, появляется Пивз, кидает в Квиррелла водяную бомбу, тот роняет палочку, шкаф падает, появляется боггарт … я так и не понял, видел Квиррелл Минерву около двери в кабинет, или нет! Пожалуй, имеет смысл просмотреть его воспоминания за ужином, и, в случае, если он разглядел что-то лишнее, стереть ему память …
Что касается зеркала … его надо убирать как можно быстрее, и как можно дальше! Но каким образом? Не могу же я выволакивать зеркало у всех на виду! Когда же сделают столь необходимый мне артефакт? И еще одна проблема: куда спрятать зеркало? В Тайную комнату? Замок мне не подчиняется, но он — живой! Кто знает, как он себя поведет, почувствовав опасность, а вдруг разбудит василиска! И Хогвартс может делиться информацией с деканами, через Шляпу. А бывшая ветошь, как назло, сдружилась с деканом Слизерина — ни за что не удержится, обязательно сообщит ему важную информацию … а этот скользкий гаденыш (как жаль, что его Люпин не сожрал!) дружит с Малфоем, который входит в Попечительский Совет. Только его здесь не хватает!
Нет, зеркало надо немедленно убирать из замка, но спрятать где-нибудь неподалеку, иначе как я возьму детей в заложники?! И опять возникает вопрос: куда прятать? В Запретный лес не получится — после Хагридовых экспериментов кентавры меня к лесу на пушечный выстрел не подпускают, даже в лабораторию Слагхорна не смог пробраться… а ведь хотел … думал, может мой заказ Гораций все-таки выполнил, прежде чем исчез. Вспомнил! — Дамблдор хлопнул себя ладонью по лбу, — Визжащая хижина! У нее такая сомнительная репутация, что к ней даже приближаться опасаются! Значит, решено! Как только мне доставят безразмерный мешок, включаю Дракучую иву в режим защиты и перепрятываю зеркало в Визжащую хижину»…
Глава 115
Впервые за долгие годы, Дамблдор злился на себя, да так сильно, что от злости путались мысли: «Зачем я связал Минерву с зеркалом?! Задело, что она стала выходить из повиновения, как и другие учителя?! Как же, личная рабыня взбунтовалась! Хотел показать, что она полностью в моей власти? Показал … и как теперь расхлебывать эту кашу? Еще и анимагия! Если бы владение ею не входило бы в экзамен на мастерство, ни за что не стал бы обучать Минерву! А так … чтобы прилечь талантливую девчонку к трансфигурации, пришлось заниматься с ней анимагией. Понадеялся, что раннее обучение сложной дисциплине сделает ее слабее и послушнее, и напрасно: из Макгонагалл получилась мелкая, абсолютно дикая кошка! Кошки создания капризные — их насильно делать ничего не заставишь. В результате, Минерва обзавелась стервозным характером своей аниформы, переняв самые скверные кошачьи черты: высокомерие, подозрительность и злобность! Долгие годы я справлялся с бывшей ученицей лишь с помощью чар подчинения и чистки памяти, но, если блоки все-таки слетели, Минерва вспомнит ссору, в которой я своими откровениями приговорил себя к Азкабану!
