— О какой работе ты говоришь? — изумился Снейп-Принц. — Разве не для распределения учеников тебя создали?!
— Распределение бывает один день в году. Как ты считаешь, Северус, стоило ради этого создавать такой умный артефакт, как я?! Салазар назвал меня Распределяющей Шляпой для маскировки, а на самом деле я — Страж, поставленный следить за соблюдением законов Хогвартса, и обо всех нарушениях докладывать деканам. Но, после того, как я попала под заклятье, на общение с вами был наложен запрет, связь прервалась, и это стало началом упадка Хогвартса…
И Шляпа замолчала, притворившись спящей. Северус, поняв, что она не желает продолжения разговора, предложил жене вернуться в подземелье, в апартаменты, но Василиса возразила:
— Одну минутку, Северус! Мы забыли о журналах! Надо их призвать в учительскую. Ты только представь, как завтра повеселятся преподаватели, прочитав еще одну забавную сказку о Дамблдоре!
— Accio журналы! — стопка новеньких журналов появилась и разлетелась по длинному столу, и чета Принцев, наконец, переместилась в свою гостиную.
— После откровений Шляпы у меня проснулся аппетит, — доложила Василиса, доставая салфетку-самобранку.
— Чего изволишь откушать, сладенькая моя хозяюшка? — ласковой скороговоркой запричитала салфетка-самобранка. — Завтрак, обед, ужин или просто чай со сладкими пирожками? И ты, Северус, тоже заказывай все, что твоей душеньке угодно!
— Пирожки с разными начинками, — решила Василиса, — и чай со сладостями.
— Коньяк сейчас не помешал бы, — буркнул муж, — но воздержусь, завтра занятия! … Извини, Лисса, я покину тебя на несколько минут…
«Ну, уж нет! — подумала девушка, становясь невидимкой и отправляясь в кабинет следом за ним. — В таком настроении я тебя одного не оставлю!»
Северуса в кабинете не было: вместо него там свирепствовала черная пантера, пытавшаяся сорвать плохое настроение на большом, очищенном от коры, бревне. Пантера так остервенело точила когти, что от него отскакивала стружка.
«Как интересно, — наблюдая за мужем, размышляла Василиса, — установила бревно как деталь интерьера, а оно оказалась превосходным лекарством от злости. Пожалуй, надо преобразовать его в когтеточку, такую же, как у кота Баюна в Лукоморье, и пусть себе стоит в кабинете: не последний раз Северус злится. И необходимо заменить древесину: думаю, для столь крупного зверя идеально подойдет железное дерево».
Заметив, что ярость пантеры постепенно утихает, она тихо исчезла из кабинета, а через пару минут Северус вернулся в гостиную.
— Прекрасное успокаивающее средство — твое бревно — надо преподнести что-нибудь подобное Минерве, — улыбаясь, заметил Принц, подтвердив предположение жены, — даже коньяк пить расхотелось. Ого, сколько вкусностей! Пожалуй, я тоже выпью чаю, заодно и поговорим…
— Не поняла, почему ты так разозлился? — поинтересовалась жена.
— Долгая история... Десять лет назад я согласился стать преподавателем, чтобы иметь возможность оберегать Гарри Поттера и своего крестника, Драко. И не заметил, как завяз в паутине директора, от которой меня избавил Тибериус Принц. Однажды в его библиотеке я обнаружил старинное издание истории Хогвартса, и там было черным по белому написано что обязанностью директора являются хозяйственные нужды и общее руководство, а за процесс обучения отвечали деканы. Книга у меня здесь, вот, слушай, — Северус достал с полки старинный том, открыл заложенную закладкой страницу и начал зачитывать, на ходу меняя архаичный стиль изложения. —
«Принимая на себя руководство Хогвартсом, директор дает клятву быть беспристрастным, не выделяя ни один факультет, берет на себя общее руководство и обеспечение школы всем необходимым. Директор обязуется быть гарантом безопасности и третейским судьей». Это и стало причиной моей злости: внезапно вспомнились все пакости гриффиндорцев, которые никогда не пресекал «гарант безопасности», а ведь «в случае нарушения правил, Хогвартс вправе наказать нарушителя, вплоть до изгнания с поста директора». Представляешь, «директор берет на себя общее руководство»! То есть директор являлся администратором, и все! А сейчас он не администратор, он — диктатор, и учителя полностью в его власти, как и деканы.
И тогда я задался вопросом: почему Дамблдор не боится наказания, нанося вред детям? Этот секрет сегодня раскрыла Шляпа: он не присягал Хогвартсу. И посмотри, к чему это привело: пока дети обучаются, Дамблдор является их опекуном — который причиняет вред опекаемым с помощью зелий и обливиейтов. Клятва обязала бы директора быть беспристрастным, а у нас процветает межфакультетская вражда, им поощряемая. А почему бы и нет? Наказание от Хогвартса за нарушения ему не грозит. И еще одна непонятная деталь: как Дамблдор смог узнать текст нашей клятвы, а в том, что он ее знает, я даже не сомневаюсь! Любопытно, каким образом он смог прочитать невидимый текст?! Я сразу заметил, что Шляпа это знает, но молчит! Как бы ее убедить поделиться этим секретом?
— Плюшками балуетесь? — в пустом кресле материализовалась Удача, в этот раз в виде благообразной старушки самого приветливого вида. — А ночной гостье присоединиться к чаепитию не предложите?
— Удача! — обрадовалась Василиса. — Давно не виделись! Где пропадала?
— Задание хозяйки выполняла: в Италии одной девице помогала победить Злую Судьбу. Еле-еле разыскали вредину-зловредину, да в таком непотребном виде! Знали бы вы, как трудно было эту неряху заставить отмыться: вдвоем с девицей еле-еле справились. А когда злыдню отмыли, да переодели в новую одежду, да расчесали ей лохмы, да духАми ее побрызгали, тут она не устояла, враз подобрела. Теперь у девицы все наладится. А у вас как дела, молодожены?
— Госпожа Удача! — воскликнул Северус. — Каждый раз вы исчезаете столь стремительно, что я не успеваю поблагодарить вас за помощь Тибериусу, и за то, что обратили мое внимание на «девицу-красавицу, которая по мне сохнет-страдает много лет, но открыться не может»…
— Не стоит благодарности, — зардевшись от похвалы, заметила Удача. — Помогла, чем смогла, и, смотри, как славно получилось: не семья, а загляденье! Только одного не пойму, почему вы сегодня такие мрачные?
— Во всем виновата Шляпа, не хочет разговаривать открыто, одни намеки, — наябедничала Василиса, — Северус ищет способ разговорить эту капризницу, любопытство его одолело, откуда директору известно о клятве деканов…
— Обойдемся без Шляпы, я владею интересующей тебя, Северус, информацией, — важно изрекла Удача, и, не обращая внимания на недоуменные взгляды супругов, принялась за угощение, выставленное для нее гостеприимной самобранкой…
Глава 82
Усевшись за стол и определившись с выбором вкусностей, Удача принялась за еду. Наконец она не спеша доела ватрушку, опустошила розетку с вареньем, запила его чаем, и, счастливо вздохнув, сказала:
— Давно я не получала такого удовольствия, как еда, я ведь редко принимаю человеческий облик... Так вот, дорогие мои, я теперь знаю все, что происходило в Хогвартсе после внезапного исчезновения Салазара Слизерина, потому что я давным-давно познакомилась и подружилась со Шляпой.
Мы встретились, когда я настойчиво искала возможность следить за Дамблдором, не присутствуя в Хогвартсе постоянно. Однажды, воспользовавшись отсутствием директора, я проникла в его кабинет, решив проверить, не согласится ли портрет какого-нибудь бывшего директора стать моим осведомителем. И тут я услышала мысленные жалобы. Поискала, от кого они исходят, и обнаружила Шляпу! Мыслящая Шляпа — МЕНТАЛИСТ! Вы представляете, каким уникальным волшебником надо быть, чтобы создать такое чудо! Я осмотрела ее и поразилась тому, до какого плачевного состояния ее довели. И внезапно на меня обрушилась радость Шляпы, которая поняла, что я ее слышу так же хорошо, как она слышит меня.
Первым делом Шляпа предупредила меня, что портреты следят за всеми магами в замке и обо всем докладывают директору.
