Тем временем Лавгуд раздал всем принесенные очки-артефакты, и Амелия Боунс, надев очки, увидела, что к каждому из судей Визенгамота тянется золотистая тончайшая ниточка.

— Что мы можем предпринять в этой ситуации? — поинтересовалась она. — Как нейтрализовать феникса?

— Фениксы — родственники жар-птиц, а жар-птицы любят... — тут Люциус, засунув руку в карман, достал крошечное яблоко и увеличил его до такой степени, что оно еле-еле поместилось в руках.

— Может быть, нам повезет...

Одуряющий аромат яблока поплыл по залу. Феникс заволновался, «затанцевал», переступая лапами по спинке кресла — и замолчал. Неожиданно он взлетел и приземлился на плечо Люциуса, вопросительно заглядывая ему в глаза. Лорд Малфой протянул ему яблоко. Огненная птица схватила подарок когтистыми лапами, приветливо курлыкнула и исчезла.

Председатель Визенгамота был настолько увлечен обличением противников, что этого маленького происшествия не заметил. Люциус прислушался:

… ограничить права глав семейств, поддерживающих Волдеморта, свидетельством чего является знак Мрака на левой руке мага. Я очень внимательно изучил эту метку, господа, она обладает двумя крайне неприятными особенностями: ее невозможно снять и ей невозможно сопротивляться. Поэтому мы вынуждены принять экстренные меры для нейтрализации деятельности пожирателей: разрешить обыски мэноров, конфисковать содержимое сейфов аристократов. Для этого необходимо принять ранее отклоненный господином Фаджем закон, который заставит гоблинов дать допуск к сейфам сомнительных лиц. Кроме того, распоясавшийся аврорат следует вернуть в правовое русло, обязав исполнять поручения Главы Визенгамота…

— Пора, — сказал Фадж, заметив, что к залу заседаний уже подтянулись журналисты и зеваки.

Шум шагов, голоса у входа, оживившиеся лица судей в креслах напротив трибуны, наконец, были замечены Дамблдором, и он понял, что так хорошо продуманный план трещит по швам. В зал входили и начинали занимать места те, кого он надеялся не увидеть на заседании: сотрудники министерства и главы аристократических семей. Еще большей неожиданностью стало появление журналистов, среди которых он заметил ненавистную Риту Скитер, а также публики. Теперь зал был забит людьми так, что некоторым не хватило сидячих мест.

И те, кто привык голосовать так, как указывал любимый учитель, сейчас очень неуютно себя чувствовали.

В последнее время все больше законов принимались с их помощью, поскольку несогласных Дамблдор ухитрился освободить от обязанностей судей под любыми надуманными предлогами, заменяя их маглорожденными волшебниками под видом народных представителей — чтобы попасть в эту категорию, требовалось всего лишь родиться на территории Англии и получить образование в Хогвартсе.

Министр спустился по лестнице и остановился прямо напротив ораторской трибуны:

-Уважаемый Визенгамот! Прежде чем я отвечу на прозвучавшие в мой адрес обвинения, позвольте мне дать краткую справку о составе судей Визенгамота, поскольку Верховный чародей, видимо, не помнит детали Устава. На заседании обязательно должны присутствовать судьи — сотрудники Министерства магии — семь начальников отделов, глава Аврората, Министр Магии и два его заместителя. Как правило, один из заместителей Министра Магии ведет протокол заседания. Сегодня здесь из вышеперечисленных лиц присутствует лишь одна ведьма — мой заместитель, Долорес Амбридж.

Во-вторых, должны присутствовать двадцать представителей наиболее родовитых и чистокровных семей, ни одного из которых на заседании в момент нашего прибытия не наблюдалось.

Почему-то до нашего прибытия в этот зал, народные представители заменили собой весь состав Визенгамота.

Закон, который сегодня пытались принять, мною отклонен, поэтому Визенгамот не имел права даже обсуждать его, не говоря уже о незаконном голосовании неполным составом! Верховный чародей Визенгамота забыл или не знает, что законопроект считается принятым, если за него проголосовало абсолютное большинство присутствующих!

А теперь я остановлюсь на самом законе: он приравнивает всех существ, включая оборотней и ГОБЛИНОВ к тварям, которые обязаны регистрироваться и носить специальные бирки. Мы хотим развязать еще одно гоблинское восстание? Хотя, зачем гоблинам воевать, если они могут наказать все волшебное сообщество, закрыв для магов Гринготс!

Министр, жестом руки остановил поднявшийся в зале шум и негодующие выкрики и продолжил:

— Итак, господин Дамблдор озвучил обвинения в мой адрес… что ж, у меня есть, что сказать в ответ: Международная Конфедерация Магов оправдала всех магов, вынужденных подчиняться Волдеморту, поскольку сопротивляться столь сильному амулету, как Калапсир-камень, невозможно. Долорес, после заседания, раздайте копии оправдательного приговора всем желающим с ним ознакомиться. Так что конфискация сейфов и обыски в мэнорах отменяются. И да, господин Дамблдор, я давно в курсе того, что президентом МКМ является совсем другое лицо, а вы просто ввели общественность в заблуждение. К тому же, столь пугающие вас знаки Мрака, обязывающие Ближний круг подчиняться приказам Волдеморта, уничтожены.

— Лжёте! Снять знак Мрака невозможно! — маска доброго волшебника разлетелась в клочья, явив судьям и публике перекошенный от злости лик Дамблдора. — Предъявите доказательства!

— Смотрите, господин Верховный чародей, — Люциус, обнажив левое предплечье, подошел вплотную к ораторской трибуне, — вам хорошо видно?!

Дамблдор смотрел на ненавистное лицо Фаджа, размышляя, как он, Великий Чародей, мог так ошибиться в этом человеке. Только теперь он понял, кого испугался и почему вдруг исчез его верный сообщник «Грюм». К тому же, Дамблдор чувствовал, что у министра есть еще козыри в рукаве, которые не сулят ему ничего хорошего. Следующая фраза министра это подтвердила:

— Работа авроров меня полностью устраивает, и у меня есть доказательства их профессионализма, — добил Дамблдорa министр. — Господа авроры, доставьте арестованных в зал...

Глава 72

Дамблдор смотрел на ненавистное лицо Фаджа, размышляя, как он, Великий Чародей, мог так ошибиться в этом человеке. Только теперь он понял, почему Фаджа так испугался, что исчез, его верный сообщник «Грюм».

Он чувствовал, что у министра есть еще козыри в рукаве, которые не сулят ему ничего хорошего.

Так и оказалось, потому что Фадж заявил:

— Напротив, работа авроров меня полностью устраивает, и сейчас мы все увидим доказательства их профессионализма. Господа авроры, доставьте арестованных в зал.

Верховного чародея интересовал лишь один арестованный: Стерджис Подмор. Стерджис в последний год успешно заменял ему сбежавшего «Грюма» и именно он должен был привести в исполнение план нападения лже-пожирателей. Не увидев его среди тех, кого авроры ввели в зал, Дамблдор слегка успокоился, но все равно слушал министра краем уха, поглощенный размышлениями о том, почему он, Великий Гроссмейстер, так промахнулся, не взяв с Подмора Непреложный обет.

Его раздумья прервались только, когда прозвучала фамилия лесника:

— … Eдинственным пострадавшим оказался Хагрид, бросивший заклинание в господина Дурсля, опекуна Гарри Поттера в мире не-магов. Заклинание чудом не попало в магла: изменив траекторию, оно угодило в самого лесника, превратив его в кабана. Таким образом, все злоумышленники были нейтрализованы, прежде чем смогли нанести вред. Аврорат сработал настолько оперативно, что теперь лже-пожирателям крайне сложно предъявить обвинение…

— Отдайте их нам, — раздался чей-то голос, — мы сами разберемся с ними…

— Это на усмотрение мадам Боунс, — ответил Фадж, разворачивая прилетевший свиток пергамента и проглядывая его. — Я продолжу, с вашего позволения. В этом списке — фамилии двадцати выборных судей Визенгамота. Как я вижу, все они — маглорожденные, поэтому прошу их встать и ответить на один вопрос: господа, вы знакомы с Уставом Визенгамота?