— Какие нерадивые родители! — вкрадчиво заметил Люциус, оглянувшись назад. — Нападать на людей, оставив сыновей заложниками! Однако, удивительно: оказывается, господа Крэбб и Гойл умеют раздваиваться, иначе чем можно объяснить то, что прямо сейчас они идут сюда?
— Думаю, многие из вас уже догадались, что арестованные маги приняли оборотное зелье, — громко оповестил окружающих министр, — до тех пор, пока действие чар не спадет, они останутся здесь, под надежной охраной авроров. Каждый из вас сможет увидеть тех, кто принял чужую личину. И любой маг, который попытается убить кого-нибудь из этих людей, будет считаться соучастником, помогающим настоящим преступникам избежать наказания, так как вы все прекрасно знаете, что в случае смерти, чародей остается в чужом обличье навсегда.
Оборотное зелье прекратило свое действие через полчаса, когда Малфой и остальная компания, посетив пропущенные ранее магазины, вернулись к банку Гринготс. Время было потрачено с пользой: детям купили котлы, медные весы, телескопы, учебники и письменные принадлежности, обойдя вниманием лавку Олливандера и магазин «Все для квиддича». Конечно, взрослые хотели переправить детей, женщин и семью Дурсль в Лукоморье, но встретили яростное сопротивление: волшебницы опасались за мужей, а детям и Дурслям было любопытно посмотреть, как спадает оборотка. Так что в данную минуту Петунья и Вернон с интересом разглядывали, как лица и фигуры пленников внезапно «поплыли».
Амелия с нескрываемым отвращением разглядывала знакомые лица: Рейли, Ноторн, Долиш, Праудфут, Мартин — бывшие авроры, уволенные ею почти год назад во время «чистки» структуры за тесное сотрудничество с Дамблдором и неисполнение своих прямых обязанностей.
И, конечно, не обошлось без участия Дедалуса Дингла, неоднократно попадавшего в лапы авроров за многочисленные мелкие нарушения.
Неожиданным для нее оказалось лишь присутствие Стерджиса Подмора…
Под действием сыворотки правды, любезно предоставленной аптекарем, злоумышленники вяло рассказывали о том, что плащи и маски пожирателей были изготовлены индивидуально для каждого из них еще во времена Волдеморта. Их теперешним заданием было сильно испугать магов, для чего в толпу надо было запустить несколько скверных заклинаний. Испугавшись, пострадавшие кинулись бы врассыпную, возникла бы паника, и напуганные люди причинили бы увечья сами себе.
Неведомый заказчик, заплативший им, настаивал на том, чтобы обязательно было множество пострадавших, в том числе — дети, но злоумышленники испугались, что толпа разорвет их на месте, если они будут пойманы, да и деньги за работу заплатили не ахти какие. Поэтому, посовещавшись, они решили не выполнять инструкции, доставленные им Подмором, серьезными заклинаниями не баловаться, а просто создать панику и немедленно исчезнуть в поднявшейся суматохе.
Сигналом к аппарации должен был стать возглас великана: «Гарри».
Стерджис Подмор, высокомерно разглядывая сообщников, пытался невербально сбросить магические путы, и это ему почти удалось, но Амелия Боунс вовремя пресекла его деятельность и усилила охрану хит-визардами. Поняв, что партия проиграна, Стерджис заговорил, презрительно цедя слова:
— Наивные бараны! Кто бы вам позволил исчезнуть?! Вы все должны были погибнуть! Как только в толпу, а затем в одного из вас полетела бы «авада», запущенная мной, больше не о чем было бы беспокоиться: все начали бы воевать со всеми! Mинистр правильно догадался: вы, неудачники, сдохнув, должны были навсегда остаться в чужом облике. Если бы нас не схватили авроры, если бы не случайность с Крэббом и Гойлом, все бы получилось…
Мистер «Смит» приказал хит-визардам:
— Вот этого, самого разговорчивого, Подмора, доставьте в Отдел Тайн, в зеркальную комнату, а остальных…
Cеребристая сорока — патронус заместителя министра — протараторила, повиснув в воздухе около Фаджа:
— Дамблдор проводит экстренное заседание Визенгамота — неполным составом. Поторопитесь!
Корнелиус, yсилив голос с помощью заклинания, объявил:
— Дамблдор пытается провести экстренное заседание Визенгамота без участия сотрудников Министерства магии. Bсем сотрудникам приказываю немедленно перемещаться вместе со мной в зал Визенгамота! Tуда же хит-визарды срочно должны доставить преступников. Кроме того, подозреваю, что представители чистокровных семей также не оповещены об экстренном заседании. Лорд Малфой! Уведомите их, пожалуйста, об этом сами: у нас слишком мало времени.
Сотрудники министерства, активировав портключи, мгновенно исчезли, за ними последовали хит-визарды со злоумышленниками, а к Люциусу уже подтягивались члены Визенгамота-аристократы, которых, как и лорда Малфоя, «забыли» оповестить о заседании.
— Люциус, не беспокойся, мы обо всех позаботимся, — негромко сказал Фрэнк Лонгботтом, заметив озабоченный взгляд лорда Малфоя. — И о Дурслях, и о твоей семье.
"Забытые" члены Визенгамота аппарировали все вместе в атриум министерства. Там Глен Фаусетт, чистокровный волшебник, числившийся нейтральным, обратился к Люциусу:
— Лорд Малфой, как вы думаете, с чем связано столь внезапное заседание?
— Мне кажется, что неудачная акция в Косом переулке имеет к этому самое прямое отношение, — ни секунды не раздумывая, ответил Люциус. — Судите сами: за последний год авторитет Дамблдора резко упал, и судьба Мальчика-который-выжил сыграла в этом не последнюю роль…
Пока они шли к лифту, чтобы спуститься в зал заседаний Визенгамота, в дискуссию вступало все больше лиц:
— Значит, вы считаете, что газетные статьи не врут, и потерей авторитета Дамблдор обязан именно газетчикам?
— А может быть, волшебники научились думать?! Хорош авторитет, который можно растерять из-за двух десятков статей! Зная Дамблдора, боюсь, что «сюрпризом» в Косом переулке он не ограничится. Вы ведь тоже узнали среди так называемых пожирателей сторонников директора — Подмора и Дингла? Остается только надеяться, что внезапно объявленное заседание, о котором нас забыли оповестить, не готовит еще какой-нибудь сюрприз…
Дверь в зал заседаний была распахнута, около нее столпились сотрудники министерства во главе с Фаджем и авроры, охраняющие связаных злоумышленников.
Они почему-то не торопились входить.
— Задержитесь, — предупредил подоспевших лордов министр, — дождемся Смита: в зале происходит что-то странное, и я отправил его за артефактными очками.
Авроры-новички, стоя у входа, с любопытством разглядывали полутемное, полукруглое помещение, слегка освещенное факелами; ряды стульев для членов Визенгамота и множество кресел с цепями, в которых обычно заковывали преступников, представших перед судом.
Лорд Малфой, попросив глав родов оставаться на местах, протиснулся поближе к министру:
— Что тебя смущает, Корни? — негромко спросил он.
— Присмотрись к лицам присутствующих, — пробормотал Фадж, — тебе они не кажутся странными?! Знаешь, отправлю-ка я патронуса за журналистами…
Лорд Малфой огляделся: на первый взгляд в зале Визенгамота все было как всегда: неяркое освещение, ярусы стульев для судей, ораторская трибуна на возвышении, и кресло, подобное трону, позади нее. Но, присмотревшись внимательнее, он убедился, что министр прав: у всех судей Визенгамота, сегодня занявших не свои обычные места, а почему-то усевшиеся напротив ораторской трибуны, были окаменевшие лица. На трибуне обосновался Дамблдор, одетый не в фиолетовую, как положено судьям Визенгамота, а в роскошную золотистую мантию. Мантия искрилась и переливалась в свете факелов, отвлекая внимание от феникса, восседавшего на спинке кресла.
Зная особенность жар-птиц и фениксов, которые своим пением способны заворожить любого человека и любое животное, Люциус привычно преодолел чары волшебной птицы и крикнул:
— Корни, феникс зачаровывает судей!
А Дамблдор тем временем продолжал вещать:
… не помогли мои неоднократные предупреждения о пагубном влиянии лорда Малфоя, ранее состоявшего в Ближнем круге Волдеморта. И сегодня, господа, вы убедились, что Корнелиус Фадж не справляется со своими обязанностями, а это значит, что возвращение Волдеморта министр предотвратить не сможет. А возвращение монстра не за горами, иначе его последователи не решились бы напасть на мирных жителей! Это событие произошло сегодня, в Косом переулке, в результате нападения пострадало множество людей…
