— Возвращаться они не хотят, хотят жить на воле, — озвучила их уханье внучка Лешего. — Ну что ж, лес тут большой, места всем хватит. А вы, люди добрые, не откажитесь покормить усталых путниц: им сейчас не до охоты…
— Птиц накормят домовики, а вы присоединяйтесь к пиршеству, — радушно пригласила Наина, — мы здесь не просто так собрались: Василису замуж выдаем!
— Почти всех сов я узнал, сам не раз отправлял с ними письма, — заметил Северус, — эти птицы живут в школьной совятне и принадлежат Хогвартсу.
— Судя по количеству сов, в школе птиц не осталось, — задумчиво добавила Алиса, — теперь дети из школы домой письмо отправить не смогут…
— Маглорожденные ученики не посылают домой письма с совами, — возразил Лавгуд, — а в магических семьях чужими совами пользоваться не принято: мало ли кто корреспонденцию перехватит. А вообще, Гаёвка права: не дело ночных птиц мучить… К тому же хорош Статут секретности, когда совы белым днем мечутся по магловским городам…
— Все это мы обдумаем, но не сейчас, не во время свадебного пира, — остановил дискуссию Кощей, — вы лучше на жениха с невестой обратите внимание: если их чаша не опустела — обряд не завершен. А чтоб его завершить, нужно запивать здравницы, опустошая чашу. Так что принимаемся за здравницы, иначе придется молодым возвращаться в Лукоморье со связанными рушником руками.
— Ну, что, любимая, свадьбу по индийскому обычаю проводить не передумала? — наклонившись, тихо спросил Северус.
— Передумала, — так же тихо ответила Василиса, — Тиль сказала, что свадебное сари намного тяжелее обычного: его украшают не только золотыми нитями, но и драгоценными камнями, и горным хрусталем, поэтому оно весит около десяти килограмм, а иногда и больше. Да еще свадебные украшения весят килограммов пять! Да и вообще, нас поженила сама Магия, так зачем нам проводить другие обряды?
Чаша с медовым напитком для Василисы оказалась великовата, поэтому Северус, отставив опустевшую посудину и дождавшись, когда посаженные родители развяжут рушник, подхватил на руки засыпающую невесту и тихо сбежал в Лукоморье. Уложив Василису в постель и полюбовавшись ею, он, тяжело вздохнув, решил, что брачная ночь никуда от них не денется, поэтому, не раздеваясь, просто прилег рядом, обнял ее, и не заметил, как уснул. А утром праздничное застолье возобновилось, и продолжалось бы, по традиции, неделю, если бы не проблемы, вызванные зачарованными письмами…
* * *
Совещание в своем кабинете Фадж собрал в расширенном составе: кроме Боунс, Лавгуда и Сэвиджа, на нем присутствовали Малфой, Принц и Долохов. Пока министр представлял Долохова как аналитика президента МКМ, наблюдательная Амелия обратила внимание на пустой стул, стоявший около Северуса, и решила, что министр ждет еще кого-то, и этот кто-то запаздывает.
— Аналитик — слишком громко сказано, — негромко проворчал Антонин, — я всего лишь секретарь.
— Так это Антонин Долохов? — нахмурившись, спросила мадам Боунс, — Пока он не удовлетворит мое любопытство, объяснив, как он смог выбраться из неприступной крепости Азкабан, я отказываюсь участвовать в совещании!
— Разве мистер Фадж и лорд Малфой до сих пор ничего не рассказали о тех событиях? — удивился Долохов. — Они в какой-то мере тоже к ним причастны.
— Мы не могли пойти против приказа президента МКМ и не хранить в тайне участие одной волшебницы в тех исторических событиях. Некоторые факты не знал даже мой лучший друг, Северус Принц! — откликнулся Люциус.
— Но сегодня, Амелия, у тебя есть уникальная возможность расспросить героиню невидимого фронта, — в тон Люциусу добавил Корнелиус. — присутствующую среди нас. Лисса, появись!
И на якобы пустом стуле появилась молодая девушка, стройная, зеленоглазая, с косой до пояса, в современной магловской одежде.
— Лили Эванс-Поттер, — ахнула мадам Боунс, пристально вглядываясь в нее, но поправила сама себя: — нет, это не Лили, цвет волос не тот, овал лица другой, и улыбка другая: Лили улыбалась с долей превосходства, а у вас, дорогая, улыбка просто приветливая…. Кто вы?
— Это моя жена, Василиса Принц, — Северус счел нужным представить девушку сам.
Василиса остановила мужа:
— Северус, спасибо, дальше я сама. Я старшая дочь Кощея Бессмертного. В эту гнусную историю я попала по воле Магии — она решила, что моя помощь будет вам необходима и перенесла меня из моего времени на тысячелетие вперед. В один миг из древней Руси я переместилась сначала в современную Англию, а затем оказалась в семье Лонгботтомов. Ни один из знающих обо мне магов не мог никому ничего поведать: отец запретил даже упоминать мое имя. И связано это с тем, что до недавнего времени большую часть времени мне приходилось проводить в облике жабы. А сейчас я в полном порядке, поэтому запрет на рассказ о моем участии в событиях снят. На Лили Эванс я похожа, потому что она моя младшая сестра. Всех заключенных действительно освободила я, в чем мне очень помог мистер Фадж. И, предупреждая вопросы, прежде, чем освободить всех узников Азкабана, мы сначала нашли доказательства их невиновности. Кроме того, я давно знакома с Томом Марволо Риддлом и знала, что никакого отношения к Волдеморту, меткам и, так называемым, «пожирателям смерти», он не имеет.
— Но где вы могли разыскать так тщательно скрываемые сведения? — поинтересовалась Амелия. — Многие факты были скрыты даже от меня, хотя я являюсь главой Департамента Магического правопорядка!
И Василиса начала рассказывать...
Амелия слушала взахлеб, задавала вопросы, и наконец попросила пролить свет и на историю Гарри Поттера.
— Вот эта тетрадь принадлежит Алисе Лонгботтом, — к изумлению мадам Боунс Василиса отлевитировала тетрадь ей в руки, не прибегая к помощи волшебной палочки. — В ней заметки Алисы о Лили и адрес ее сводной сестры Петунии, которой отдали Гарри. По этому адресу я отыскала Гарри, поняла, что ему и его опекунам постоянно угрожает опасность, и переправила всех в безопасное место. А еще в этой тетради — ответы на многие вопросы, касающиеся деятельности Грюма и подчиненных ему «авроров» и предательства в рядах невыразимцев.
— Амелия, перестань забрасывать Лиссу вопросами, — попросил министр. — Все воспоминания об интересующих тебя событиях у нас есть, и после совещания Ксенофилиус выдаст вам флаконы с воспоминаниями.
А сейчас давайте поговорим о письмах из Хогвартса, доставленных совами Гарри Поттеру, Невиллу Лонгботтому и Драко Малфою. На них были наложены дополнительные чары, вынуждающие их двадцать девятого августа находиться в Косом переулке. Люциус, тебе удалось что-нибудь выяснить о том, кто еще получил письма с такими чарами?
— Я посетил семьи Гойлов, Крэббов и Паркинсонов, — помрачнев, ответил лорд Малфой, — чары наложены и на их письма.
— Моя племянница Сьюзен тоже получила письмо, — Амелия вскочила со стула и рванулась к выходу, — я отлучусь на несколько минут, чтобы проверить его…
Сэвидж задумался. Весь последний год тщательно изучал работу магловских органов правопорядка, чтобы потом использовать это для улучшения работу аврората. Он незаметно следил за работой полиции, а также смотрел в кинотеатрах фильмы, рассказывающие об этом. И вот, в одном таком фильме рассказывалось о захвате заложников, так что сейчас он прикидывал, может ли произойти такое в Косом переулке. Решив, что подумает над этим вопросом, когда появится больше информации, он, как и все, приготовился выслушать, что скажет Амелия, только что вошедшая в кабинет.
— На письме племянницы я тоже нашла чары, — невыразительным тоном проинформировала мадам Боунс и обессиленно села в кресло.
— Ясно. У кого какие соображения?
— Еще одна попытка похищения Гарри Поттера? — предположила Амелия, взяв себя в руки. — Создать панику в толпе, и в суматохе национальный герой исчезает в неизвестном направлении.
— Такой вариант вероятен, — согласился Сэвидж. — Сведения о том, что Гарри Поттер-Дурсль — внук Бессмертного, не вышли за рамки узкого круга, и похитители могут рассчитывать на то, что Гарри будут сопровождать беспомощные маглы.
