Мордредов Грюм, не вовремя он сбежал, вот кто помог бы мне расправиться с ненавистным министром!..

А Хогвартс! Сколько сил я потратил, чтобы в мои дела перестал вмешиваться Попечительский совет! А если Фадж влезет и сюда, и совет воссоздадут?!

Нет, решено: пока не буду дразнить гусей, слишком неподходящий момент, особенно после прокола с дементорами и бегства Грюма. Но придет время, и Фадж с Малфоем заплатят за все!»

Дамблдор, погруженный в свои унылые мысли, совсем не обращал внимания на полувеликана, продолжавшего увлеченно перечислять накопившиеся обиды...

Если бы только Хагрид не размахивал при этом громадными руками, ничего бы не произошло.

Но рассказывать спокойно Хагрид не умел. В очередной раз взмахнув ручищей, он задел вазочку с лимонными дольками, и она, пролетев почти через весь кабинет, плюхнулась в небольшую емкость с жидкостью бурого цвета.

Дамблдор не успел предотвратить катастрофу. Его заклинание Accio сработало, и вазочка оказалась у него в руках, но к тому моменту лимонных долек в ней уже не было. Надо ли говорить, что все они очутились в таинственной посудине!

Еле сдержав рвущиеся с языка проклятья и выставив из кабинета Хагрида, беспрестанно бормочущего извинения, Дамблдор бросился к емкости, и увидел в ней жидкость лимонного цвета с маленькими островками бурого…

«Что за злополучный день! Все наперекосяк! Эксперимент, занявший у меня почти десятилетие, сорван! Плакала питательная смесь, в которой я выращиваю гомункулуса! А ведь эта тварь предназначалась не только для убийства мелкого Поттера! Она должна была забрать его силу, чтобы передать мне! Я в эту смесь добавил зелье вражды, с привязкой на кровь Поттера (как знал, что понадобится его кровь), и благодаря подселенной в Поттера сущи между гомункулусом и мальчишкой должна была возникнуть ментальная связь.

Что делать, что теперь делать?!.. Придется выращивать гомункулуса в этой гадости, а там — что получится, то получится... Кстати — когда очередной претендент на должность учителя ЗОТИ явится наниматься на работу, подселю в него бракованный экземпляр и буду за ним наблюдать. Гомункулус должен созреть к концу мая, к этому времени что-нибудь с ним прояснится, да и какой-нибудь завалященький преподаватель отыщется»…

* * *

Фадж полностью оправдал самые скверные ожидания директора: «уличные торговцы» мгновенно испарились из Косого переулка, а через некоторое время хозяевам действительно предложили навести порядок в своих магазинах, кафе и аптеках. Недовольства у торговцев это не вызвало, поскольку им предоставили бесплатных помощников для уборки помещений.

Бесплатные работники не возникли из воздуха: просто министр напомнил скучающим от безделья сотрудникам Отдела Распределения Домовых Эльфов, какой вред могут причинить беспризорные домовые эльфы и садовые гномы.

Обрадованные сотрудники в темпе провели реконструкцию отдела, после чего отдел даже сменил название. Теперь он гордо назывался «Отдел по распределению и защите домовых эльфов и садовых гномов», а это значило, что отныне работники нового отдела берут под свою опеку беспризорных эльфов и гномов.

Не откладывая в долгий ящик, они провели несколько рейдов, разыскали всех бесхозных эльфов, которых было не так уж и мало, и предложили им временную работу в небольших магазинчиках, кафе и аптеках.

Беспризорных гномов было значительно меньше. Их обнаружили только в одном месте: все они обитали в запущенном саду около дома семьи Уизли, под названием «Нора». Маги не нашли слов, увидев, в каком состоянии были гномы. Малыши превратились в настоящих дикарей!

Хозяйка дома пробовала закатить работникам министерства скандал, требуя оставить гномов в покое, поскольку они служат развлечением для ее детей. Дети охотно продемонстрировали, какое забавное соревнование они придумали: кто закинет раскрученного гнома как можно дальше от Норы! Сотрудники отдела, придя в ужас от этой детской забавы, больше смахивающей на садизм, пригрозили скандальной женщине крупным штрафом и изъяли несчастных.

Между прочим, около нор гномов валялась старая одежда, послужившая причиной того, что бедолаги-гномы посчитали себя изгнанными из рода Уизли. Но несмотря на это упрямая женщина наотрез отказалась верить, что сама виновата в изгнании прилежных работников из семьи.

Немало времени потратили сотрудники отдела, чтобы снова приручить дикарей, но игра стоила свеч: бывшие гномы Уизли трудились с воодушевлением, получая в награду свое любимое лакомство — молоко. И вот теперь они ревностно приводили в порядок зеленые насаждения на улицах и участках земли рядом с магазинчиками, кафе и аптеками.

Хозяева магазинчиков, в основном маглорожденные и волшебники из небогатых семей, не обладали сильной магией, но большое количество посетителей хорошо подпитывало магический фон, так что домовым эльфам вполне хватало магии. Поэтому бывшие беспризорные домовики с радостью приняли предложение некоторых хозяев работать на них постоянно.

И вот в Косом переулке осталась нерешенной всего одна проблема: мерзкий запах, доносящийся из аптек. Аптекари, недолго думая, обратились за помощью к министру, тот привлек невыразимцев, и те после мозгового штурма обнаружили полузабытое заклинание «Cliario Airos», которое служило для очистки воздуха от дыма и тумана. Как оказалось, это заклинание прекрасно устраняет любые неприятные запахи, в том числе и аптекарские.

* * *

Министр не ошибся в профессионализме Амелии Боунс: однажды рассвирепевшая ведьма ворвалась в его кабинет, заявив с порога:

— Господин министр, вы в курсе, что общеукрепляющее зелье, которое поступает в аптеки, на самом деле является зельем доверия и подчинения? Я собираюсь обнародовать эти факты…

Договорить она не успела, наблюдая, как привычно-туповатое выражение исчезает с лица министра:

— А, хит-визарды успешно закончили расследование, — спокойно заметил он. — Я в вас не ошибся, Амелия!

— Откуда вы знаете… А впрочем, я давно заподозрила, что вы не тот, кем кажетесь, мистер Фадж. Думаю, господин министр, что и моя новость для вас давно не секрет.

— Вы правы. Не секрет. Но обнародовать сей факт было бы нежелательно: под удар попадет Северус Принц как изготовитель зелья. И зачем заставлять невиновного человека доказывать, что его зелье не имело ничего общего с той продукцией, которая поступала не только в аптеки?! Кстати, Северус вместе с Тибериусом Принцем изобрел противоядие, которым теперь снабжается министерство.

— Тибериус жив, принял Северуса в род, замечательно! — обрадовалась Амелия. — И к тому же вы заполучили двух превосходных зельеваров! Антидот обсудим позже. Прежде ответьте на вопрос: вы меня планируете посвящать в свои тайны?

— Все тайны — только в присутствии начальника Отдела Тайн, — министр не стал скрывать от Боунс довольного выражения лица, — так как он может представить доказательства с помощью Омута памяти, если какие-то факты вызовут у вас сомнения. Кстати, что вы думаете о новом начальнике аврората? Он оправдывает оказанное доверие, или нас ждет пришествие еще одного Грюма?

— В Аллане я полностью уверена, он из старого поколения авроров, которые обучались еще до появления новаций, введенных Грюмом. Но вот в том, сможет ли он в одиночку справиться с авроратом, я сомневаюсь.

— Стало быть, посвящаем и его во все тайны. Не будем откладывать в долгий ящик, сейчас вас с Сэвиджем заберет в свой отдел мистер Смит, а завтра мы в том же составе будем решать, что делать с авроратом…

То, что в магическом мире творится что-то непонятное, Амелия заметила давно. Но даже в страшном сне ей не могло привидеться, к чему приведет тайная политика Дамблдора. И теперь, просматривая кое-какие пергаменты из сейфа Грюма, любезно предоставленные им Смитом, Амелия и ее подчиненный наглядно убедились в глубине падения аврората. Они, к своему ужасу, обнаружили, что Светлые маги не гнушались никакими методами, неся идеи "Общего блага" в семьи строптивых волшебников и самым «безобидным» действом было похищение детей, которых, по крайней мере, иногда возвращали родителям