— Давайте обучать детей чарам в Малфой-мэноре, чтобы они смогли правильно рассчитывать силу. Иначе магия Лукоморья может сыграть с ними злую шутку: заклинания в Хогвартсе им будут доставаться слишком тяжело.
— А как же Северус? — поинтересовалась Василиса. — Ведь с детьми буду заниматься я, вдруг попадусь ему в нормальном виде на глаза раньше времени?! Мне бы этого не хотелось.
— В очередной раз примет тебя за патронус, — засмеялся Люциус, единственный человек из всего Лукоморья, знающий об ее авантюрной затее, — но ты должна быть внимательнее: в следующий раз не приближайся к нему слишком близко! Интересно, а тебе доступно заклинание «патронус»?
— Подумаешь, невидаль, ваш «патронус», — ехидно усмехнувшись, Лисса взмахнула рукой, и в зале, где они разговаривали, появилось множество одинаковых девушек-иллюзий, похожих на Василису, как две капли воды. — Пусть твой друг ломает голову, что это значит.
Лорд Малфой, придирчиво рассматривая толпу девушек, быстро заметил несоответствие:
— Василиса, ты выделяешься: все девушки, кроме тебя, одеты в старомодную одежду!
— Спасибо за подсказку, — поблагодарила девушка, исправляя промах.
* * *
Колдовать в Малфой-мэноре действительно было тяжелее, чем в Лукоморье, так что сначала дети сильно уставали, но постепенно чары стали получаться намного лучше. Немало хлопот доставила трансфигурация: первое время по дому Люциуса то бегала обувь с ножками, то летали диванные подушки со звериными хвостиками, то скакали, стуча копытцами, стулья или парили, лениво взмахивая крыльями, мелкие безделушки...
Несмотря на то, что занятия в школе уже начались, Северус бывал в Малфой-мэноре довольно часто, но в «учебную комнату» детей никогда не заглядывал. Большую часть времени он проводил в обширной библиотеке Малфоев, целенаправленно разыскивая книгу французского ученого Поля Седира «Магические растения» (однажды Люциус неосторожно похвастался, что в библиотеке она есть, но затерялась среди других томов). Как известно, на магические книги заклинания не действуют, поэтому найти ее можно было лишь по счастливой случайности или с помощью методического поиска…
* * *
— Какие новости? — поинтересовался Северус, сидя в кабинете друга.
— Новостей много, — ответил тот, протягивая Северусу бокал с коньком, — скоро запускаем кондитерскую фабрику; я выкупил «Кабанью голову», собираемся ее перестраивать: вместо злачного места для пьяниц откроем семейное кафе; готовим к выпуску первый номер нового журнала. Делла передает тебе привет, она очень обеспокоена тем, что ты работаешь у Дамблдора. Просила быть осторожнее. Кстати, наши волшебницы раздобыли-таки для твоего зелья магическую полынь.
— Полынь! — обрадовался зельевар. — Прекрасно! Значит, можно приступать к завершающей стадии зелья! А как Гарри Поттер?
— Готовим к школе, — не вдаваясь в подробности, ответил Малфой.
— Ответь мне, дорогой друг, — вкрадчиво протянул Северус, — долго ты намерен прятать от меня детей?!
— Не то чтобы я их прячу, — отводя глаза, смутился Люциус, — просто не хочу, чтобы вы знакомились. Боюсь, узнав тебя, настоящего, они в Хогвартсе невольно выдадут себя, относясь к тебе без опаски. И к тому же, ты сразу засветишься перед директором, когда эта непосредственная четверка встретит твое появление громким воплем: «Дядя Северус!»
— Ты сомневаешься в моих способностях произвести негативное впечатление на детей? — удивился наследный Принц. — Поверь, это очень легко. Но если дети не поймут сейчас, что мне можно доверять, разве они осмелятся, уже в Хогвартсе, обратиться за помощью к «Ужасу подземелий»?! Сначала пусть узнают меня, настоящего, а уж потом будем учить их изображать неприязнь ко мне.
— Пожалуй, ты прав, — согласился Люциус, — тем более, детишкам уже пришлось играть роли: Луне — роль глуповатой мечтательницы, Гарри и Дадли изображали злейших врагов, Невилл надел маску бездарного увальня. А если бы ты видел, каков на самом деле твой крестник Драко! Он каждый день умудряется довести меня до бешенства своими выходками… Да, еще одна проблема кроется в том, что дети собираются поступать на один факультет.
— Ну, что ж, — констатировал Северус, — познакомлюсь с детьми, заодно и попробую определить, какой факультет поможет им лучше замаскироваться.
Знакомство с детьми состоялось случайно: Северус заблудился, поскольку имел дурную привычку читать на ходу, и свернул не в ту сторону. Хорошо, что его внимание отвлекли ковыляющие по комнате стулья и летающие подушки, иначе Василиса не успела бы превратиться в жабу.
Решив, что патронус ему померещился (с такой скоростью превратилась Лисса), Северус, наконец, заметил детей и жабу, сидящую в кресле.
— Знакомьтесь, — улыбаясь, представил крестного Драко, — наш будущий преподаватель зельеварения, Северус Снейп.
Северус внимательно разглядывал жизнерадостные детские мордашки: «Черноволосый мальчуган как две капли воды похож на Поттера, только глаза другого цвета, второй мальчик вылитый Фрэнк Лонгботтом, девочка — дочь Лавгуда, его глаза и черты лица, а вот чей этот атлетического сложения ребенок— даже версий нет».
— Гарри Поттер, — худенький мальчишка указал пальцем на белобрысого крепыша, — а это мой брат, Дадли Дурсль.
— Луна Лавгуд, — коротко представилась девочка.
— А все считают, что вы с отцом умчались в Эльфляндию ловить какую-то диковинную зверюшку, — не удержался от ехидного замечания Снейп.
— Такая зверюшка у нас действительно есть, — согласилась девочка, бросив взгляд на жабу, восседающую в кресле, — называется «квакракс»*, и она наша общая любимица.
Ребята захихикали, бросая взгляды на жабу, которая негодующе квакнула.
— А я Невилл Лонгботтом, — представился последний из детей.
Доверие детей Северус завоевал довольно быстро. Дети , помня данное взрослым обещание, о Лукоморье ему не рассказывали, зато дружно жаловались, как много приходится заниматься. Они рассказали профессору о занятиях зельеварением, об уроках истории, об обучении чарам, показали, немало удивив Северуса, как могут превращаться в разных зверьков.
— Это умение держите в тайне, — предупредил их Северус, — всегда надо иметь в запасе секретное оружие. Мало ли что, а вдруг надо будет стать незаметным в Хогвартсе…
Наконец Малфой-старший и наследный Принц решили, что пришло время познакомить детей со школьным профессором Снейпом. В назначенный Люциусом день Северус, одетый в традиционно-черную мантию, которая создавала дополнительный элемент запугивания, явился в поместье на полчаса раньше обычного, решив отрепетировать сцену.
— Итак, в лучших традициях Хогвартса, я стремительно влетаю в зал, где занимаются дети, — рассуждал он вслух, подходя к двери помещения, — а дальше зло рычу, глядя мальчику в глаза:
— Гарри Поттер!
Северусу не повезло: в этот раз дети тоже собрались раньше времени, поскольку планировали собрать перья жар-птиц и немного поиграть в квиддич. Услышав такое обращение, дети остолбенели. Мысленно выругав себя, профессор поймал затравленный взгляд Поттера и шагнул к мальчику, попытавшись его обнять:
— Гарри!
— Я догадывался, что вы будете меня ненавидеть, — передернув плечами, внешне спокойно ответил Гарри, — а чего можно было ждать от вас после идиотского поведения моего отца в школе?
— Крестный, — Драко бросился к Принцу, — ты что, сошел с ума? Почему ты так разговариваешь с Гарри?
— Северус, я тебя потерял, — лорд Малфой, стоя у порога, недоуменно разглядывал расстроенные лица детей, — что здесь происходит?! Северус? Гарри? Драко?
— Люц, ты вовремя, — обрадовался Северус, не зная, как выпутаться из неловкого положения, в которое его поставил ответ Гарри. — Похоже, я перестарался, пытаясь показать, каким буду в школе, но моя миссия провалилась. Придется тебе спасать положение.
— Гарри, Гарри, — пристально глядя на мальчика, сказал лорд Малфой, — как ты мог подумать, что можно ненавидеть ребенка за поступки отца? Все было наоборот: Северус обещал твоей матери, что будет защищать тебя… A сейчас он неудачно продемонстрировал, как будет обращаться с вами в Хогвартсе.
