— Нужно было предупредить, — проворчал Драко. — Мы слишком хорошо знаем, как тот Северус ненавидел Гарри Поттера, вот и подумали, что здесь будет так же.
— Это ты так подумал, — поправил Невилл, — а я думаю по-другому: если бы ненавидел, нашел бы способ расправиться с Гарри еще на первом курсе. Помните, мы смотрели фильмы о той жизни Гарри, которую решила исправить Магия? Так вот, в той действительности Снейп постоянно его оберегал.
— Просто там Снейп был двойным агентом, — добавил Дадли, — его могли раскрыть, если бы он постоянно вступался за Поттера. Поэтому Снейп, делая вид, что ненавидит Гарри, незаметно его защищал. Значит, и здесь дяде Северусу придется делать вид, что он ненавидит Гарри, да и всех остальных, кроме слизеринцев.
— А вам надо научиться делать вид, что вы меня ненавидите в ответ, — добавил Северус, — так что будем репетировать…
--
* квакракс: от "ква" + "кракс" (crux |krʌks| — затруднение, загадка)
Глава 58
Почему-то все намеченные планы продвигались намного медленнее, чем ожидали. Долохов даже прослыл пессимистом, поскольку при каждой неудаче бурчал себе под нос одну и ту же фразу: «Чисто писано в бумаге, да забыли про овраги, а по ним ходить».
Кондитерскую фабрику, к примеру, выстроили быстро, поставив магловское оборудование, но потом пришлось задуматься о том, как приспособить это оборудование под маленький рост гномов. Уменьшать его не имело смысла, иначе сладкая продукция получалась бы миниатюрной. Маги ломали над этим головы до тех пор, пока Вернон не обронил саркастичное замечание:
— Вы же волшебники! Вместо того, чтобы издеваться над оборудованием, придумайте способ увеличить гномов!
Последовав его совету, невыразимцы вместе с Василисой разработали специальные амулеты в виде браслетов — надев такой браслет, гном становился ростом с обычного человека. Но сколько это заняло времени!
Люциус по совету волшебниц решил оформить семейное кафе в стиле факультетов Хогвартса. Но прежде всего бригада садовых гномов тщательно вычистила весь бывший трактир "Кабанья Голова". Стены, выложенные из неровного камня, были отмыты до белизны, пол (паркетный, дубовый!) заблестел, как в бальном зале. Кроме того, гномы укрепили лестницы, отполировали перила, а гостиничные номера теперь сияли чистотой и были укомплектованы новым бельем. На стене, около которой расположилась буфетная стойка, вывесили флаги с гербами факультетов, скатерти на столиках тоже были украшены гербами, а на спинках стульев, обитых светлой кожей, проступали тисненые символы факультетов: змея, барсук, лев и ворон.
Освещать кафе Люциус решил перьями жар-птиц, но, пока помещение стояло закрытым, их не использовали. Только садовые гномы иногда появлялись в кафе, проверяя, нужна ли дополнительная уборка: Люциус сдержал слово, аккуратно расплачиваясь молоком за работу, поэтому гномов, желающих работать, было более, чем достаточно.
Вечером после ужина лорд Малфой, устало развалившись в кресле, доложил команде о проделанной работе.
— Дядя Люциус, — попросил Невилл, переглянувшись с друзьями, — а расскажите о гномах!
— Это не ко мне, — с притворным ужасом отмахнулся Люциус, — лучше Регулуса вам о гномах ни расскажет никто!
Согласия Регулуса дети спрашивать даже не стали: они притащили его в свою комнату, усадили на диванчик и потребовали:
— Дядя Рег, рассказывай!
— Ну, хорошо, слушайте, — начал Регулус. — Гномы бывают двух видов: горные и садовые. Много веков назад случилось так, что гномы рассорились. Некоторым из них надоело жить в горах, и они решили поискать себе лучшее место на равнине. Другие, которых теперь называют горными, остались жить там же и так же, как их предки. Горные гномы сохранили свой прежний образ жизни, передавая своим детям знания и умения, учили их обрабатывать драгоценные камни, ковать оружие и отливать из металла красивую посуду.
А садовые гномы в поисках лучшей жизни дошли до зеленых равнин, где их никто не ждал. Строить дома они не умели, поэтому для жилья приспособились рыть норы. Норы приходилось рыть руками, поэтому руки у гномов становились все длиннее. Землю, которая осыпалась, гномам приходилось сдерживать головой и туловищем, поэтому их головы облысели и стали крупными, формой напоминая уродливые картофелины, туловища стали приземистыми. И еще они стремительно начали глупеть.
Еды им не хватало, и гномы стали воровать фрукты и овощи в садах и огородах волшебников. Правда, овощи им не нравились, они ели только их корешки.
Однажды семья волшебников решила проследить за вредителями и заметила, что гномы разбрасывают в огороде ненужные им овощи и едят исключительно корешки, в том числе и корни сорняков. Подумав, маги решили попробовать приручить гномов и научить их ухаживать за садом и огородом. Не скажу, что обучение было легким, но со временем все получилось. Так появились садовые гномы. Теперь они работают во многих волшебных семьях. Умом они не блещут, а о своих предках, горных гномах, давно забыли.Осталось добавить, что этот народец обожает молоко, за это лакомство они согласны на любую работу…
Пока Регулус развлекал детей, остальные взрослые занимались обсуждением нового журнала, который рассчитывали пустить в продажу после открытия кафе. А первый номер, пробный, было решено раздать всем посетителям в подарок.
Идею о том, как привлечь к журналу внимание, подала Петунья, показав в качестве примера красочные буклеты из магазинов, которых в избушке у Наины скопилось видимо-невидимо.
Конечно, с древней развалиной, которую Ксенофилиус гордо называл «печатным станком», пришлось изрядно повозиться, но дело того стоило: теперь все иллюстрации можно было сделать цветными. А дети в свободное от занятий время занимались творчеством: учились сочинять забавные истории.
Первым свою версию предложил друзьям Дадли:
— А что, если Аластора Грюма сделать роботом? Его знаменитый глаз будет видеокамерой, а в протезе будет спрятан огнемет. Он будет вламываться по ночам в дома магов, запугивать их, заставляя отдать денежки, похищать женщин и детей, крушить мебель, даже убивать! — рассказывая сказку, Дадли смешно таращил глаза и размахивал руками. — Робота нельзя победить заклинаниями, поэтому его все будут бояться. А потом кто-нибудь случайно в него кинет какой-нибудь тяжелый предмет, молоток, например, — и из него посыплются винтики, шестеренки и железяки. Ну как?!
— А что такое робот? — спросила Луна. — А видеокамера — это такой зверек?
— Ну, вот, — разочаровано протянул Дадли, — плакала моя сказка! Что от нее толку, если волшебники ни о роботах не знают, ни о видеокамерах!
— Нашел из-за чего расстраиваться, — успокоил его брат, — твою сказку мы с удовольствием послушаем на ночь, только ты там что-нибудь пострашнее понапридумывай, ладно? Пусть у твоего робота железные руки летают отдельно от тела и душат людей, глаз в темноте светится красным светом или шестеренки громко скрежещут…
— Договорились, — глаза Дадли загорелись предвкушением, — а еще можно сделать, чтобы голова робота быстро вращалась с протяжным воем…
— Тогда твой робот испугает нас самих так, что не заснем потом, — фыркнул Драко, — что-то мне не хочется от страха кричать «Мама» и падать с кровати!
— Ну и что, давайте бояться вместе! — предложил, ухмыльнувшись, Гарри.
Обиду Дадли смог погасить только Невилл:
— Твоя история не подходит не потому, что она плохая, а потому, что нам нужны сказки о Дамблдоре, а не о Грюме, — дипломатично заметил он и добавил: — Я тоже написал сказку, только не знаю, понравится она или нет.
— Читай, а потом будем решать, — предложил Драко.
Нерешительно помявшись, Вилли начал:
« Все удивляются томы, что великий маг Дамблдор так любит странные пестрые мантии. И никто не знает, что когда-то, много лет назад, Дамблдор был в Лондоне, заинтересовался там красивой афишей и попал на цирковое представление, где выступал знаменитый фокусник Гасан Абдурахман ибн Хоттаб. Его номер так понравился Альбусу, что он решил познакомиться с артистом. Простодушный артист, который оказался джинном, рассказал Дамблдору, что много лет он провел в кувшине. В кувшин его запрятал царь Соломон, а спас обыкновенный русский мальчик. С этим мальчиком Гасан Абдурахман первый раз попал в цирк, показал там свое волшебное искусство, ему предложили работу и поэтому он остался в мире простых людей. В Лондон он приехал из Москвы на гастроли. Свободное время джинн любил проводить в кувшине, откуда мог выбираться на волю в любое время. Но если бы кувшин попал в руки к другому человеку, Гасан Абдурахман опять мог стать рабом...
