— Я понял, — важно сказал Люциус, косясь на штору, которая подозрительно колыхалась, — передам твои слова заказчику, пусть сам ломает голову, где взять такую полынь.

— Кого ты там прячешь? — подозрительно посмотрев на штору, Северус встал со своего места и направился к окну. Люциус лихорадочно размышлял, какую казнь придумает для него Кощей, если секрет Лиссы перестанет быть секретом…

Положение спас Драко, вихрем ворвавшийся в комнату:

— Дядя Северус! Здравствуй! Так соскучился!

— Привет, крестник! Ну, рассказывай, как дела, — и с этими словами Принц все-таки отдернул штору, за которой сидела ... большая жаба. — Люциус, ты теперь разводишь жаб? Какой интересный экземпляр! Пожалуй, подойдет мне для одного зелья, — он уже собирался взять негодующе квакнувшую жабу в руки, когда Драко, подскочив, схватил животное и уселся в кресло, посадив жабу рядом:

— Никаких зелий, — возмущенно сказал мальчик, — это мой фамильяр, Тревор. Я даже дотрагиваться до него никому не разрешаю, а ты, дядя Сев, пытался его схватить!

— Прости, Драко, я не знал, — Принц смутился, — но я не замечал, что тебе нравятся земноводные.

— Это особенное земноводное, очень умное, — захихикал крестник, — если бы ты с ним познакомился поближе, оно бы и тебе понравилось.

— Драко! — Люциус сделал страшные глаза, — может быть, ты заберешь своего фамильяра и оставишь нас одних?!

— Ну, пап, я крестного давно не видел, соскучился, а ты меня прогоняешь. Может быть, мы с Тревором, тоже хотим поучаствовать в разговоре … правда, Тревор? — жаба одобрительно квакнула.

— Бред какой-то, — озадаченно высказался Северус, — мне показалось, что жаба все поняла…

— Я же сказал, что Тревор умный, — важно согласился Драко.

— Северус, как всегда, сначала твои новости, — предложил Люциус, приказав домовикам принести кофе для взрослых и сок для Драко.

— Пришлось переехать на лето из Принц-мэнора в старый отцовский дом в Паучьем тупике, — мрачно доложил Принц, — достал меня Дамблдор своими патронусами с нытьем о пропаже Дурслей. И как я ему отыщу избранного, если у меня нет образца его крови?! А, впрочем, Люц, ты же понимаешь, что это просто отговорка. Мне кажется, главная цель Дамблдора — не выпускать меня из виду… а, поскольку Избранный, за которым я дал обещание приглядывать, пропал, я свободен от данного обязательства, и оставаться в Хогвартсе не обязан. Ты не представляешь, до чего мне надоели ежедневные визиты директора в Паучий тупик со стенаниями о безответственности Арабеллы, которая посмела сбежать на тот свет, и теперь следы Поттера потеряны. И только память о бабушке Поттера, Делле, не дает мне права исчезнуть без следа. Вот кого мне искренне жаль — это Деллу … волшебница погибла в аварии! Наверное, просто не успела ничего предпринять, или не успела, пытаясь спасти мужа-магла. Сейчас жила бы с Петуньей, воспитывала бы своих внуков: детей Петуньи и сына Лили …

— Бабушка Делла жива и здорова, — удивленно сказал Драко, — она и сейчас помогает тете Петунье воспитывать Гарри и Дадли.

— ЧТО ТЫ СКАЗАЛ?!

— ДРАКО!

— КВА! — три возмущенных возгласа прозвучали одновременно, после чего Люциус картинно вцепился в свои волосы, Принц непонимающе посмотрел на крестника, переведя взгляд на друга, а жаба шлепнула Драко лапкой по губам.

— Люциуссс! Что это значит? — прошипел Северус. — откуда твоему сыну известны эти имена?!

— Ну, Драко! — обреченно простонал лорд Малфой, и тут же сосредоточился, готовясь к нелегкому разговору. — Прежде чем начну рассказывать, ответь, Сев: Дамблдор по-прежнему может читать твои мысли?

— Дамблдор стал слабее после того, как мы свели у «пожирателей» метки Волдеморта. А когда ты повязал мне обереги, он вообще бросил попытки залезть мне в голову.

— Отлично. Тогда слушай: Делла действительно жива, Драко сказал правду…

История получилась с купюрами, так как Люциусу пришлось скрыть правду о некоторых событиях, в которых принимала участие Василиса. Да и место, где они все прятались, пока Малфой раскрывать не собирался. Так что Василису в рассказе Люциуса заменил сильный волшебник, которого прислала Магия в помощь Невиллу. Мысленно вздохнув от облегчения, что гнев Кощея обойдет его стороной, Люциус, прихлебывая уже не кофе, а коньяк, когда от долгого рассказа пересыхало в горле, ввел друга в курс почти всех событий. Это было нелегко, но он справился. Северус, а вместе с ним Драко и жаба, внимательно слушали историю манипуляций Дамблдора с хроноворотом, историю перевоплощения Деллы в Арабеллу, настоящую, а не выдуманную историю гибели Лили, историю дальнейшей жизни семьи Дурслей и историю бегства всей компании за границу.

— И все-таки, больше всего я рад, что Делла жива! — задумчиво высказался Северус.

— Я не могу понять, Северус, почему самое большое впечатление на тебя произвела история Деллы. Хранитель жив, Лонгботтомы вылечены, друзья спасены от ужасов Азкабана, Волдеморт оказался гомункулусом, разве это не более важные новости?! — Люциус был удивлен.

— Тебе не понять, Люц, ты родился и вырос в богатой и влиятельной семье. А я еще в Хогвартсе на своей шкуре почувствовал, что такое быть беззащитным. Делле не повезло куда больше: попасть в безвыходное положение по прихоти Дамблдора… Попробуй поставить себя на ее место: почти без денег, беззащитный ребенок на руках, помощи попросить не у кого, колдовать нельзя… И не сломалась, выдержала, еще и нашей семье помогла, за что я ей так благодарен!

— И ты знал, что она ведьма? — полюбопытствовал Малфой.

— Догадывался. Слишком легко она приняла то, что Лили — волшебница. Я думал, у нее в семье такая же ситуация, как и у меня: муж-магл не выносит колдовства. И еще: кот, который жил у Эвансов, производил странное впечатление: он слишком хорошо для кота понимал человеческую речь. Иногда мне казалось, что он умеет говорить. И не один раз мне мерещилось, что чудесная игрушка, в виде древнего старикашки в странной одежде, следит за мной.

— Твоей наблюдательности можно позавидовать! И кот действительно умеет говорить, и кукла не игрушка, а домовой...

— Это Кузя, — встрял во взрослый разговор Драко, — он такой прикольный! А Мурлыка так здорово сказки рассказывает!

— А об оборотне Дамблдор не вспоминает? — поинтересовался Малфой.

— Директор решил, что до Люпина добралась стая, которую он сдал аврорату. Часть стаи вырвалась из ловушки и обещала отомстить доносчику. Так что его директор уже вычеркнул из списка сторонников.

— Отец, ты не забыл, что мы обещали к обеду вернуться? — спросил заскучавший Драко.

— Да и мне пора, — спохватился Принц, недовольно поморщившись, — я обещал появиться вечером в доме деда… Видимо, опять будет уговаривать меня жениться на патронусе... И все-таки, почему мне кажется, Драко, что твоя жаба понимает человеческий язык? — озадаченно спросил Северус, кидая летучий порох в камин и исчезая в его пламени.

Глава 48

Принц, кинув летучий порох в камин, исчез в его пламени, и Василиса мгновенно приняла человеческий вид.

Лорд Малфой недовольно посмотрел на сына:

— Драко, сколько раз я тебе говорил: прежде думать, потом говорить! Вот зачем ты влез в разговор?! Мы еще не решили, стоит ли посвящать твоего крестного во все наши секреты, а ты уже раскрыл часть их! Я уж не говорю о твоих намеках на необычность жабы…

— Не ругай мальчика, — вступилась за Драко Василиса, — ничего страшного не случилось. Если бы не он, как бы ты, Люциус, выкрутился из ситуации с жабой? Драко похвалить надо, он быстро сообразил, как все исправить. И женишок мой в эту сказочку поверил, — захихикала девушка.

— Вот что, наследник, займись делом: мне нужны перья жар-птиц, — сказал Люциус, — я обещал их Берегине: перья нужны для освещения гномьих домов. Умник поможет тебе их собрать.

Дождавшись, когда сын выйдет из комнаты, Люциус мрачно посмотрел на Василису: