«Ёлкин корень…» - Джейн задумалась так, что не заметила, как дошла до тренировочного зала. «Четыре сотни разменять – как нефиг делать?! И не рассыпаться от дряхлости, и из ума не выжить…»

- Хассек… а как себя роняют? Ты видел, чтобы кого-то Равнина отвергла? – спросила она, пытаясь испарить булыжник с одного луча. Сегодня тренировались с камнями – наверное, волокно закончилось.

- При мне – никого. Руниен видел, - страж тяжело вздохнул. – Вот как решишь, что ты тут не страж, а повелитель… что посох тебе, чтобы силу над другими показывать, а не защищать их – или что ты, такой могучий, на их копошение чихать хотел… вот тогда всё и пойдёт, куда не надо. И земля под ногами, и небо над головой, и посох в руке. И сам понемногу станешь, кем был, только ещё и всеми двести раз проклятым. Того стража добил отряд – не было уже сил глядеть. Он так ничего и не понял. Хоть уже и посох руки протыкал, и сам еле ходил. А всё рвался кому-то мстить. Что, мол, правильно он тех недомерков лупил, и они ему дань должны нести – а раз прокляли, перебить их всех, чтоб корня не осталось…

Хассинельга передёрнуло от омерзения.

- Руниен рассказывал – сам чуть не плевался… Джейн! Тебе камень новый нужен, так чего молчишь?!

«Интересные дела,» - думала Джейн, перебираясь по уступам-«ступеням» в другой зал. «Значит, пока клятву не дал – твори, что хочешь, как Кьюген? Ему вот всё нипочём. И Нергу тоже было… как его, всё-таки, скинули? После огненной диверсии «выдры» не разбежались, осталось ещё, кому идти за новым вожаком? И нашёлся ещё вожак? Смелые эти Бронны и Скогны, а так сразу не скажешь…»

…Руки Джейн в этот раз остались целы – даже на удивление; зато нож из них вылетал за полметра до бронированной «мишени» - и летел через весь зал. Она только и радовалась, что это тренировочная деревяшка, - местное дерево было прочнее крейсерной брони и такие полёты выдерживало.

- Хватит, - ровным голосом сказал Гор, в очередной раз отправив нож в дальний угол. Джейн вздохнула – скорее досадливо, чем облегчённо.

- Гор! Зачем мы тратим время на ножички, когда тут Сэта превращаются в пла… огненный смерч?! Если уж у них ничего не выйдет, я с ножом вообще…

- Вот научишься делать, как Сэта, - можешь ко мне не ходить, - фасетчатые глаза инсектоида по-прежнему ничего не выражали.

…Непонятные символы ещё попадались, но улавливать смысл они уже не мешали, и Джейн, читая столбец за столбцом, только ухмылялась. «Ага! Даром что Равнина – а ничего нового. Кьюссы сперва уболтали Джагулов за них воевать, а Джагульского вождя Нерга – рискнуть жизнью и залезть в реактор. А когда он стал богом, а Джагулы Кьюссов начали слать туда, где Пламя не светит, - тогда они и побежали ко всем подряд за помощью. И стражам наобещали рабов, и рабам – послаблений и поощрений, лишь бы чужими руками всё само сделалось. Ну и вот – Нерга скинули в реактор… а Кьюссов опять послали, и опять туда же. Ясно, почему Кайшу чуть планету не расколола, - я бы тоже к тому времени взбесилась, ещё и не так. Она хоть унялась – а я бы ни одного Кьюсса не оставила в живых…»

- Десна чешется, - пожаловался Хассек, заглянув в «читальный зал». – Завтра день Жизни – пусть бы уже зуб прорезался и унялся… Ну, как ты? Много непонятного?

Джейн отдала ему листок и пожала плечами.

- Да всё понятно. Кьюссы считали себя умными, а всех дураками. И Джагулов, и Нерга, и стражей, и Кайшу. И пошли в итоге… куда таким и место.

Страж отвлёкся от расшифровки особо древнего и редкого значка и смерил Джейн недовольным взглядом.

- Ты Кайшу с кровавым Нергом не равняй.

- Удар Стихий, - Джейн криво ухмыльнулась. – Уж так бескровно, - пол-Равнины в руинах…

- Нергоны своё заслужили, - буркнул страж. – И нас с ними тоже не равняй. Пускай Сэта нам помогают, а племя Хеллуг кормило, - не по своей воле они так шкуры поменяли.

- Кьюссы своё заслужили, - проворчала Джейн. – А остальные зря повелись. Нерг этот… он бы, может, приучил Джагулов мирно торговать. А все драчки между собой устраивать. Или они вовсе по городам расселились бы. А ему налили дерьма в уши, вот и вышло, что вышло.

Хассинельг смерил её сердитым взглядом.

- Помолчи ты, а? Много ты знаешь о нергонах…

Они вдвоём уткнулись в лист с недопереведёнными значками. Может, Джейн и померещилось – но кто-то пару секунд смотрел на неё сквозь пол. Кто-то очень удивлённый.

25 день Жизни месяца Земли. Равнина, Сердце Пламени

- А тренировки?! – Джейн ошалело встряхнула головой. – Всё побоку, все на охоту?

- Ходи там, где стражи, и делай то же, что они, - Хассинельг, слушая её краем уха, собирал охотничье снаряжение. – С тобой нас быстро разделит, а народу в столице много. Тут и Сэта охотятся, и Кейланны, - рядом лучше не стоять! А когда трижды взревёт рог, беги к воротам – и сюда, в дом Кайшу! Когда шу-эсэги подойдут к земле… всякие шу на летящую молодь не охотятся – но ты-то не молодь и не летишь! Сглотнут и не заметят.

…«Опять я хозяйственный нож не добыла,» - с досадой думала Джейн, выдирая стремительно прорастающие побеги из клубня. Успела – он только чуть сморщился, когда его, уже без лезущих отовсюду стеблей и корней, бросили в нагрудную корзину. В пустыне вокруг столицы шагу негде было ступить – до горизонта всё шевелилось, вгрызалось в землю, выбрасывало цветочные стрелки, надувалось пузырями… Фонтан за фонтаном в небо выстреливали летучие споры, медленно, а потом всё увереннее набирали скорость, разворачивали пучки волокон, расправляли перепончатые «крылья»… Джейн, на пару секунд забыв о клубнях и кореньях (их проростки извивались под ногами, оплетая уже неподвижные тушки «кальмаров», летучих пузырей, каких-то дафний-переростков, - всего, что отметало икру и закончило жизненный цикл), смотрела на тучи, поднимающиеся в изжелта-зелёные облака. На горизонте проступало что-то тёмное, и девушка чувствовала, как в солнечном сплетении нарастает жар. «Фон растёт?» - успела подумать она, прежде чем справа, из-за городских башен, проревела труба.

- Уходим! – крикнул ей незнакомый страж – рослый толстый гуманоид со складчатыми ушами и «булавой» на хвосте. Когда сигнал раздался во второй раз, она брела следом, думая, не перевешивает ли хвост, и не потому ли само существо такое массивное, - у Хассека клешня всё-таки легче… На третьем сигнале она едва успела переступить невидимую черту, отделяющую город от степи, - едва перешагнув, все перестали бежать и перешли на шаг, поправляя сбившиеся корзины и оглядываясь на небо. Из низких рваных туч, вспыхивающих зеленью и желтизной, выплывала живая флотилия.

Некоторых шу-эсэгов Джейн уже видела, - и витых моллюсков, умеющих избавляться от паразитов, и гигантского мечехвоста, и странно выгнутого гетероморфного аммонита… Были там и завитые в бараний рог, и завязанные в узел, - как только оно вырастило такую раковину?.. «Где мечехвосты, там и…» - не успела она додумать, как пластинчатая тварь размером с полсотни туун-шу выплыла в небо. Ветер ударил в лицо, подхватил стаи летучих семян, уволакивая их вслед за гигантами. «Земная и воздушная стадии жизни. Ещё должна быть водная,» - щёлкнуло в мозгу. Потом рядом из ниоткуда появился Хассек, молча сгрёб в охапку и телепортировался во «дворец».

- Жаль, мало собрали, - слышала Джейн, вслед за ним проходя по коридорам по стрелке – «Все голодные – сюда!». Из Броннов и Скогнов на виду остались только старейшины. Джейн на секунду задумалась, пустят ли Сэта в общую столовую, или им дали свой зал, - мало ли помещений на древнем заводе…

- Не заглядывайся на гигантов, - недовольно сказал Хассек. – Кости перегреются. Один шу-эсэг, ну, пять-шесть, - ещё ладно. А от стаи в день Жизни такой незримый свет…

- Что все эти зверушки там всё-таки едят? – перебила его Джейн. – Я думала, их на планету всего ничего, а там такой космофлот…

- Это тебе к Магам Жизни, - буркнул Хассек. – Или вот вождь Вепуат всё хотел приручить шу-эсэга.

«Что с Вепуатом, интересно?» - Джейн стало неловко. «Тут, конечно, и лекари, и присмотр… но он, если что, даже ножиком не отобьётся. Ему бы к своим, на Землю…»