- Дурак какой-то этот Кьюген, - проворчал один из Скогнов… хотя нет – эти существа были на голову выше, заметно смуглее и одеты по-другому – без металлических бляшек и пряжек, любимых «белыми выдрами». «Ещё один народ… Хоны, что ли?!» - Джейн вспомнила кое-что из прочитанного вчера. «Даже они пришли?!»

- Довести Сэта до того, что они воюют за Хранящее Сердце! – поддержал другой Хон. – Да против кого – против Детей Пламени!

- Против тех, кто убил и превратил в рабов Детей Пламени, - мрачно поправил его Скогн. – Как когда-то с нами сделал Нерг. Легко было тогда Шинри и Кайшу собрать все города в одну силу? Что мы, что вы, что вы, Бронны, - все, наслушавшись Кьюссов, ползали перед ними и тряслись перед Нергом! А сами желали стать любимыми рабами, чтоб господин давал лучшие объедки. Не веришь – поищи в свитках сказаний! Сэта горды, Кьюген разъярил их, отнял у их друзей тела и дом, разрушил их пещеры, - я не хотел бы сейчас быть в его шкуре!

Хон ухмыльнулся, показав острые и длинные – почти как у Джагула – зубы.

- А я хотел бы снять с него шкуру – и пронести, как знамя, по всем городам. И если Сэта хотят того же, я рад их помощи. Будьте вежливы с ними, слышите?

- А если и дальше Кьюген будет так же мудр, - скрипуче усмехнулся один из Броннов, - от него и Джагулы сбегут! Слышали о племени…

- Шайис! – клешня крепко ухватила Джейн за шиворот. – Скажи, куда ты идёшь, - в залы боёв или прочь от них?

Джейн развернулась к инсектоиду и криво усмехнулась.

- К Хассеку. Мы ещё лучи с ним не закончили. А после тебя руки будут болеть.

- Закончишь, как пройдут, - Гор подтолкнул её к тренировочному залу. – Хассек занят. Там армия пяти городов, а он – главный переговорщик.

Джейн хмыкнула.

- А вы всё – «олух-олух»!..

…После «боя» (жалких попыток хоть коснуться панциря) с Гором до лучевых тренировок дело не дошло – Джейн еле руки могла согнуть. Хассек, увидев её, сочувственно хмыкнул, долго водил посохом вдоль ушибов, соорудил компрессы из чистых портянок и отвара курруи и куда-то ушёл. Вернулся с широкой ухмылкой – в пасти, правда, недоставало зуба.

- Да, не сдержался Гор! Зависть уму не на пользу. Ничего, мы с Навкетом с ним потолковали.

Джейн ошалело мигнула.

- Потол… Он меня не прирежет на следующем уроке?

Страж махнул хвостом.

- Мы ж не беззаконные алайналь! В нём кристалла точно нет, мы проверили. Будет чуть лучше сдерживаться. А то ему-то отыгрываться на ученике совсем негоже. Не вчера в стражи пошёл… Ну, как чтение?

- Движется, - Джейн вручила ему ещё листок с непонятными и полупонятными значками. – До огненной диверсии дочитала. Мд-да… умеют тут у вас отжечь.

Хассинельг согласно щёлкнул клешнёй.

- Если бы не сарматы, я бы в жизни к Сэта не сунулся! А теперь вон, смотри, переговорщик – без меня вообще дело не шло… Хорошо, в общем, что они за нас. Я, как мы тогда из Шакхи вылезли, уже ничего не ждал… Так, что тут за знаки? Это «стать огнём» - Сэта умеют, сама видела. А это «ворота огня» - как они через горящее пламя проходят. Жаль, тебя не пустили посмотреть, как они войска перебрасывали! Может, уговорю их – посмотришь на учения издали…

24 день Молнии месяца Земли. Равнина, Сердце Пламени

- Джейн, пригнись! Ты так всю церу со свода сотрёшь!

Широкие трубы между ярусами под коридор приспособили, похоже, давно, - Скогны проходили тут быстро, даже не прижав ушей, ловко огибая идущих внаклонку стражей. Остались коммуникации, наверное, от Куэннского завода, и подсветка в них была не предусмотрена, так что их просто разрисовали кое-где светящейся краской. Это вещество называлось «цера» и иногда вырастало красивыми кристаллами-церитами, - вот и всё, что Джейн о нём знала… кроме того, что оно ярче светится, если поглощает радиацию. И чем дальше девушка пробиралась по трубе, тем светлее внутри становилось. Ещё поворот, совсем уже сияющий, и можно было выпрямиться и, цепляясь за выступы орнамента, замереть на узкой галерее. Ажурная стенка впереди упасть не дала бы при всём желании, но вот места было – еле-еле разминуться двоим Скогнам. А их сюда набилось…

«Старейшины тоже тут,» - отметила про себя Джейн, покосившись влево и вправо. «И чего вчера было визжать?!»

Через секунду внизу взревело пламя, и девушка забыла обо всех «выдрах», вместе взятых. Визжали они или стояли молча, - под галереей, в широком зале, было куда интереснее!

Здесь собралось шесть десятков Сэта – пять отрядов по дюжине, все в тёмно-синей броне с ног до головы, - и не подумаешь, что «по жизни» обходятся узенькой тряпочкой на бёдрах и ниткой бус… В доспехах худощавые, не такие уж сильные на вид существа двигались легко, как в «мирном снаряжении». Зал был расчерчен светящимися полосами, на них лежали камни и обломки коры, а по центру поставили «макет двери» - и Джейн вспомнила, где видела такие двери. «Сдвижная пластина, как на «Элидгене»! Арка с прорезью, а в ней – эта штука… а вон там ещё стопка. Зачем?»

Командиры отрядов – их Джейн узнала по обилию камешков, зачем-то вставленных в броню – о чём-то посовещались, и одна из дюжин вышла на первый светящийся рубеж. Сэта, шагнувший вперёд, раздулся, превращаясь в огненного великана, ужался в шар плазмы – и взлетел, чтобы на следующем рубеже рухнуть на пол и растечься вдоль разметки стеной огня. У первого рубежа уже горел второй живой костёр. Десятеро оставшихся воинов шагнули в огонь – и вышли из дальнего костра, даже не замедлив темп. Те, кто были кострами, снова стали гуманоидами. Оставшийся на дальнем рубеже выхватил дротик и копьеметалку и приготовился отражать нападение. Те, кто прошёл дальше, стремительно меняли облик, превращаясь в огромный плазменный шар. Секунда – и он врезался в «дверь». Каменная пластина побагровела, пошла трещинами и рассыпалась – но Сэта прошли и так, плазме хватило мелких щелей между дверью и направляющими. Отряд уже был на той стороне – и тёк огненной рекой, выписывая зигзаги по сложно расчерченному лабиринту. У дальней стены Сэта на миг повисли единым огненным шаром, разделились на одиннадцать частей – и вновь стали гуманоидами. Последний из них метнул натуральный файербол в остатки двери, превратив их в пыль. Красная вспышка ударила в потолок – и двенадцатый Сэта, убрав оружие, живой кометой рванул к сородичам. Джейн только таращилась на них и иногда себя щипала. «Н-ну вот и как они?!» - после очередного щипка бедро заныло, и девушка решила, что продолжать «проверки» - себе дороже. «И так синяк останется, а мне ещё с Гором драться!.. А интересно, так, как Сэта, - научиться можно?»

… - Нет. Калиг и Навкет так не умеют, - вздохнул Хассинельг, понемногу теряющий терпение. – Джейн! Я же тебе сказал: Сэта – Народ Огня! В стихию Огня они вросли, она приняла их и изменила. Даже Бронны не слились так со стихией – а ведь они тут живут много тысяч лет! А ты чего-то хочешь за жалкие двести-четыреста…

- Жалкие?! – Джейн расширила глаза. – Так… ну-ка, постой. Тебе сколько? Ты для своего народа ещё молодой, это ясно. А сколько это в годах? И… старшему из наших отрядов – сколько ему? Это ведь Руниен?

Страж, уставившийся в навершие посоха, при последнем вопросе неожиданно взбодрился.

- Нет, Гор старше. Руниену чуть за сотню, местных и ишских годов поровну. А Гору четвёртая сотня пошла. Но ты… в общем, Айкурты такое считают молча, двадцатками, и на свои ритуалы чужаков не зовут.

- Ага… - Джейн покосилась на нож, подумала о предстоящей тренировке и ещё сильнее приуныла. «Триста лет боевого опыта, без признаков старения… Руниен хоть сморщился! Хотя… боюсь, он против меня встанет – разделает, как «трилобита»…»

- Слушай… Руниен ведь человек? И… он очень шустрый для «чуть за сотню». Он, наверное, любого из нас побьёт. А… отчего такое? Врождённое – или все стражи…

- Клятва стража, - склонил голову Хассинельг. – Зачем давать серьёзную клятву, если держать её сможешь пару десятков лет?.. Останешься тут, не уронишь себя, и Равнина тебя не отвергнет, - проживёшь и сотню, и четыре. Вот тысячу – это вряд ли. Тебя там, у вас, сильно потрепало.