— Да смотри сам! — продолжал парень, указывая на крылья, которые торчали из-за дерева, словно два огромных флага. Он не мог остановиться, так сильно его веселило это зрелище.

Крылья Лунара были иссиня-чёрными и сверкали на солнце, и сейчас они привлекали внимание, даже если дракон старался представить себя невидимым.

Андрей, смеясь, добавил:

— Да ты просто огромный дракон с гигантскими крыльями! Ты не можешь просто стоять и думать, что тебя не заметят!

В этот момент шум из кустов усилился, и молодой человек, хотя и был напуган, не мог сдержать смех. Лунар, не желая быть пойманным, попытался прижать крылья ещё ближе к телу, но это только усугубило ситуацию, так как они стали выглядеть ещё более комично. Дракон издал тихий звук, который, казалось, выражал его смущение, и пытался вжаться в дерево, но его крылья всё равно оставались на виду. Андрей не выдержал и просто разразился смехом. Несмотря на возможную опасность, он был так счастлив видеть своего друга, который, казалось, был полон решимости оставаться незамеченным, даже если это было совершенно невозможно.

— Давай, Лунар, — сказал он, всё ещё смеясь, — просто будь собой! Лучше быть заметным драконом, чем прятаться за деревом, как будто ты — невидимый супергерой!

В этот момент из кустов выскочила белка, которая испугалась их и быстро убежала. Лунар, наконец, осознав ситуацию, тоже издал звук, похожий на смешок, и, расправив свои крылья, стал выглядывать из-за дерева, как будто это было самое обычное дело.

Наконец, после долгих часов пути, они достигли того самого моста, который показало озеро. Андрей остановился, чтобы полюбоваться видом, и его сердце наполнилось радостью. Он понимал, что теперь они близки к цели.

— Мы сделали это, Лунар! — воскликнул он, обнимая дракона. — Теперь мы просто должны перейти этот мост.

С этими словами они начали двигаться вперёд даже не предполагая, что их ожидает.

Когда магистр Кайрон и его спутники — старейшины Каладор, Форелин и Эльдриан — покинули Эльмиадор и направились в Башню Магов, они были не одни. С ними шли и другие воины, преданные делу защиты их мира. Их отряд, состоящий из смелых эльфов, был полон решимости, но над ними уже сгущались тучи неопределённости. На закате, когда небо окрасилось в зловещие оттенки пурпурного и тёмно-синего, они нашли укрытие в небольшом расчищенном овраге, окружённым высокими деревьями, чьи ветви словно тянулись к небесам, как руки, просящие о помощи. В воздухе витал запах сырости и гнили, а ветер шептал печальные истории, унося с собой тревожные звуки леса. Отряд разбил лагерь вокруг костра, его пламя бросало трепещущие тени на лица путников. Каждый из них чувствовал неотступное присутствие чего-то зловещего, что скрывалось в тени деревьев. Луна, как мрачный страж, выглядывала из-за облаков, освещая их лица холодным светом. Собравшись вокруг костра, эльфы предались воспоминаниям и рассказам о былых временах.

— Скажи, Кайрон, ты когда-нибудь слышал легенду о Башне Магов? — спросил старейшина Каладор, его голос звучал настойчиво.

— Да, я слышал, — ответил магистр Кайрон, глядя в темноту. — Это место было построено нашими предками, древними эльфами, чтобы хранить невероятные знания и силу. Но…

— Но оно стало опасным, — перебил его Эльдриан, вздохнув. — Говорят, что только самые достойные и храбрые эльфы могут получить доступ к тем тайнам, которые скрывает Башня.

— Именно так, — кивнул магистр. — Многие пытались, но не все вернулись. Легенда гласит, что Башня испытывает тех, кто осмеливается войти, и лишь те, кто способен преодолеть её испытания, могут стать Хранителями знаний.

— А что насчёт Древнего Духа? — спросил Каладор, его голос чуть дрожал от волнения. — Говорят, что он помогает тем, кто достоин.

— Да, — подтвердил Кайрон, его глаза засверкали. — Древний Дух обитает в Башне Магов и следит за теми, кто стремится к знаниям. Он может дать силу и понимание, но также может наказать за гордыню и неосторожность.

— Это страшно, — произнесла Форелин, опуская взгляд. — Так много эльфов потерялись там, и всё ради знаний, которые могут обернуться проклятием.

— Именно, — согласился магистр Кайрон. — Башня — это не просто место. Это испытание. Она требует уважения и смирения. Лишь те, кто понимает это, смогут получить её благословение. Помните: знание — это сила, но сила требует ответственности. Мы должны быть готовы к тому, что найдём внутри.

Костёр потрескивал, его языки пламени танцевали в ночной тьме, а несколько эльфов оставались на страже, охраняя покой своих спутников, которые дремали в лесной глуши тревожным сном, полным мрачных предчувствий и зловещих теней.

Эльфы были отважными и сильными, но их Судьба оказалась жестока. По мере того как они продвигались вглубь лесов, мрак сгущался. Зловещие звуки раздавались из теней, словно что-то следило за ними. Их группа столкнулась с множеством трудностей, но ничего не могло подготовить их к тому, что произошло в ночь, когда они остановились на привал. В темноте леса, под покровом ночи, они услышали зловещий вой. Это был не просто звук — это было предвестие беды. Внезапно из чащи вырвались кровожадные создания, порождения тьмы и хаоса, выползшие из своих укрытий. Они были похожи на искажённые отражения эльфов, но с жуткими, изогнутыми телами, полными ненависти и ярости. Эльфы, не успевшие подготовиться к нападению, оказались в ловушке. Кровопролитие началось мгновенно. Воины и старейшины сражались, как могли, но противник, казалось, унаследовал силы самой Тьмы. Старейшины Каладор и Эльдриан, защищая своих товарищей, бросились в бой, но их удары не могли остановить поток врагов. Форелин, сжимающая в руках магический посох, пыталась создать защитное заклинание, но её силы истощались. Она закричала, призывая к помощи, но её голос утонул в хаосе. В это время одна из кровожадных тварей прыгнула на Эльдриана, его острые когти пронзили броню и глубоко вонзились в его грудь. Он упал на землю, жизнь угасала, а его глаза наполнились ужасом. Старейшины, полные горя и гнева, видели, как их воины падали один за другим. Каждый крик, каждое нажатие когтей на плоть сотрясали их сердца. Каладор, не в силах выдержать зрелище, сражался с несколькими противниками одновременно, но вскоре был сбит с ног. Его последний крик раздался в тишине, прежде чем его тело поглотила тьма. Сражение продолжалось, но в конечном итоге старейшины остались с единственным воспоминанием — о своих потерянных товарищах. Каждый из них пал, сражаясь за Свет, который они так сильно любили. Оставшиеся в живых, магистр Кайрон и старейшина Форелин, истощённые и опустошённые от боли, поклялись, что их жертва не будет забыта. Они покинули лес, оставив за собой лишь туман и кровь. У них было одно желание — вернуть мир в Эльмиадор и отомстить за своих погибших товарищей. Эта ночь навсегда запечатлела в их сердцах огонь мести и стремление защитить свой народ, даже если это означало столкновение с самой Тьмой.

Кайрон и Форелин, оставшиеся в живых после ужасной встречи с кровожадными существами, продолжили свой путь к Башне Магов, но их сердца были полны горя и скорби. Каждый шаг давался им с трудом, как если бы они несли на своих плечах бремя утрат своих товарищей. Тень недавнего сражения нависала над ними, словно чёрное облако, не давая покоя ни днём, ни ночью. Когда они достигли бурной реки, вода ревела, как дикий зверь, обрушивающийся на камни. Шум потока заглушал их мысли, и Кайрон взглянул на Форелин, его сердце сжалось от боли. Он вспомнил, как Эльдриан смеялся и шутил, когда они пересекали подобные реки в прошлом. Теперь всё, что оставалось, — это тишина, наполненная только их горем.

— Мы должны пересечь её, — сказал эльф, стараясь скрыть свою растерянность. — Это единственный путь к Башне Магов.

Форелин кивнула, но её глаза были полны слёз. Она пыталась сдержать свои эмоции, но в глубине души её терзали воспоминания о своих павших товарищах. Они были не просто воинами; они были друзьями, с которыми она делила радости и горести. Их утрата оставила пустоту, которую ничем не заполнить. Когда они начали переходить через реку, сильный поток воды внезапно стал ещё более бурным. Магистр Кайрон, стараясь удержать равновесие, почувствовал, как его ноги скользнули по мокрым камням. Вода захлестнула его, и он с ужасом осознал, что может быть унесён в пропасть.