Как и все дети пацаненок был активный и не смотря на тяготы жизни весёлый. Металлическая машинка в его руке не давала ему покоя, он не доиграл и сейчас идея прокатить её по всей длине перехода казалась очень соблазнительной, он выдернул свою ручку из маминой руки и побежал вдоль покрашенных белой краской листов металла звонко смеясь забавному звуку, который издавала машинка катившаяся боком по ребристой поверхности. Мальчишка пробежал один павильон. Мать окликнула его, но он не обратил внимания. Женщина ускорила шаг чтобы успевать за сорванцом. Пацан перескочил машинкой через металлическое обрамление щита, немного выпирающее по краям, пробежал мимо второго и когда колёсики машинки в маленькой руке прикоснулись к третьему щиту яркая вспышка залила весь переход. Гул пронесся под низкими сводами и настала полная тишина…

С момента отключения света прошло не много времени. Всё что могло произойти, казалось бы, уже произошло. В разных уголках города случались стычки между людьми, драки, даже убийства, но всё закончилось очень быстро. Люди предпочли попрятаться по домам. Поняли, что нужно не прикасаться к металлическим предметам и просто надеялись переждать. Выходить и качать права по любому поводу сейчас могло стать себе дороже. Все замерли в ожидании. Город затих, затаился. Даже птицы куда-то подевались. Ни одного вшивого голубя не крутилось на улицах. И вот в этой тишине, разбавляемой только пощёлкиванием статики, никто не увидел, как со стороны лаборатории «Сигма» поднялось в небо огромной полусферой яркое как солнце красноватое облако. Оно стало разрастаться и пошло в сторону города накрывая собой дороги, дома, деревья. Всё ширясь, поглощая своим ярким телом всё и вся. Не прошло и пяти минут как явление добралось до предгорий накрыв собой весь город и несколько окрестных сёл, после чего облачный пузырь остановился и медленно стал гаснуть. Как будто кто-то постепенно снижал напряжение. Сначала он стал из красновато-белого насыщенно красным, потом коричневым, как лампочка на 40-вват, а потом и вовсе погас.

Теперь снова можно было рассмотреть, что происходит внутри. Только лёгкое дрожание воздуха определяло границы неизвестного явления. Но внутри пока была тишина. Ни одной живой души. Ни птицы, ни собаки, ни человека…

Глава 1

В небе

Из вчерашнего дня

Мы глядим на себя сквозь экран

Всё пытаясь понять

Это сон, или только вчера

Растворяясь целиком

Под бетонным потолком

Стало небо реальным,

так близко и так далеко

Так давай сейчас

Мы как в прошлый раз

Убежим от всех

Прочь по взлётной полосе

(с) Louna «Сломанные крылья»

Первыми о беде, произошедшей со столицей, узнали пилоты самолёта, летящего из Москвы в Бишкек. Они вызывали раз за разом столичный аэропорт «Манас» на всех частотах, но ответом было только пощёлкивание помех. Погода была солнечная, на небе ни облачка, и поэтому яркую вспышку и разрастающееся красное облако пилоты увидели издалека. Решение было принято экипажем без рассуждений. Они пошли в разворот не дожидаясь, когда появится связь с землёй, осознавая, что топлива хватит чтобы долететь до аэропорта в Оше. По крайней мере, может быть удастся уйти от «взрыва». Предположение, что это был именно взрыв высказал командир экипажа — Крылов, много лет прослуживший в военно-воздушном флоте до того, как уйти в гражданскую авиацию. Спасая воздушное судно и пассажиров, он брал на себя все риски и ответственность как раньше делал это, доставляя грузы и бойцов в горячих точках. Сейчас он как будто вернулся в прошлое. А в голове звучал голос старого, ныне покойного, друга и второго пилота, с которым много раз вылетали

на задания: «Серёга, не дотянем на одном движке!» и его напряжённое, но уверенное: «Не ссы, дотянем!» И они дотянули. Но тогда, когда их подбили во время второй Чеченской, у него на борту был только ценный груз оружия и боеприпасов, а сейчас Боинг 737–300 вёз сто сорок три человека, которые наверняка предпочли бы оставаться живыми.

Вспышка разрасталась, а самолёт уже изменил курс и уходил от неё в сторону. Второй пилот — Анатолий Разматов, судорожно пытался добиться ответа от Ошского аэропорта и вот через помехи всё же пробился! Не смотря на внутреннюю панику он смог чётко объяснить, что они увидели и причину принятого решения. Диспетчер растеряно молчал несколько секунд, но быстро придя в себя переключился на связь с начальником аэропорта. Тот, выслушав отчёт постановил принять борт не сумевший сесть в Бишкеке, как уже не раз случалось при плохих погодных условиях, и расчистить полосу для посадки. Диспетчер передал решение пилотам. Толик выдохнул, получив приказ, понимая, что они возможно ещё поживут. Капитан Крылов улыбнулся краями губ, но глаза оставались ледяными: ещё не сели. А что произошло на земле и вовсе непонятно, отчего становилось больно — в городе осталась жена и старенькая больная мама.

Через сорок минут самолёт заходил на посадку в Ошском аэропорту, где их уже ждали автобусы для пассажиров и целая делегация из представителей правительственных и ведомственных структур Южного региона для подробного разговора.

Сели без проблем. Воздушное судно остановилось на выделенной полосе. По подъехавшему трапу в самолёт поднялись представители Государственного Комитета Национальной Безопасности. Сотрудники представились и вежливо попросили всех пассажиров сдать свои телефоны и планшеты. Возмущение, поднявшееся было в рядах граждан, было пресечено объяснением, что паника, которую могут создать видео «вспышки», которую некоторые пассажиры успели заснять, ни к чему хорошему не приведет. А гаджеты будут возвращены владельцам, как только все видео будут скопированы спецслужбой и стёрты с носителей. Спорить смысла не было. А страх был. Стюардессы быстро прошли по рядам собрав все устройства, после чего пассажирам разрешили пройти в автобусы, которые отправились к зданию аэропорта, где и разместили временно всех прибывших.

Никаких новостей не было. Не было конкретики, что произошло, сколько придётся ждать и когда рейс в Бишкек. Все понимали, что случилось что-то глобальное. У большинства в столице остались семьи. К сожалению, ответов пока никто дать не мог.

Тем временем Крылов — бывший военный летчик, общался с полковником ГКНБ Исаевым объясняя, что видел много разных взрывов и вспышек от разного оружия, но такого — никогда. Первое впечатление оказалось ложным. Это что-то новое. А Толик и вовсе описал вспышку как нечто живое, наползающее на город и видео с телефонов теорию подтверждало. Произошедшее не было похоже на взрыв в привычном понимании. Оно вело себя в соответствии со своими личными мотивами нарушая законы физики и расползалось не ровным кругом. Значит это не было взрывной волной или чем-то ещё имеющим разумное объяснение.

Полковник постоянно созванивался с кем-то очевидно вышестоящим и нервно дергал рукой, иногда злобно сплёвывая едкую желчь прямо на бетонный пол аэропорта.

Людей разместили в VIP-зале авиагавани до выяснения обстоятельств. По началу шумевшая и ругающаяся толпа притихла. Слышны были только всхлипывания нескольких женщин. Каждый думал о своём. Тревога накрыла зал плотной, почти видимой пеленой.

Глава 2

Европейцы

Почему-то всегда так незыблемы цели

Разрушать города, видеть в братьях мишени

Эхо войны сквозь поколение

Мы обречены — не видать нам прощения

(с) Fun Mode «Эхо Войны»

Как только начальник аэропорта Оша Эркин Арыкбаев получил сообщение от диспетчера о самолёте уходящем от странного красного облака, в голове сразу всплыл недавний разговор с напившимся в хлам знакомым о сейсмолаборатории под Бишкеком и том, что они проводят какие-то эксперименты с электромагнитными полями, а Бишкек из-за разломов под и вокруг города подходит для их исследований как нельзя лучше. Что они рассовали спец-аппаратуру везде не просто так, и горы излазили вдоль и поперёк и даже в аэропорт «Манас» шастают как к себе домой. Эркин не обратил на этот разговор тогда внимания: пьяный человек умным мыслям не товарищ. А вот сейчас вспомнилось. В теории заговоров Арыкбаев не особо то верил, предпочитая жить реальностью, в которой интриг серди как вышестоящих, так и подчинённых, и так хватало. Но произошедшее явно тянуло на какую-то глобальную каверзу. А ещё он знал, что абсолютно все сотрудники «Сигмы» покинули страну как-то очень уж спешно, хотя и с правильной мотивацией — отдых.