Только Виарно не побоится честно сказать, насколько глупа затея удалить Лонесию подальше от дворца. От греха подальше. И чтобы лучше разобраться в происходящем.

На краю сознания настойчиво зудела мысль, что Лона могла бы претендовать на трон, в отличие от Шоны, но Лерион её успешно игнорировал.

Глупости это всё. Всему причиной обычные семейные дрязги и ничего кроме.

***

Шонель коротко постучалась и, не дожидаясь ответа, вошла в гостиную, где сейчас веселилась Лонесия с подругами.

Музыкант играл на лютне что-то легкомысленно-весёлое, девушки смеялись, развлекаясь вышивкой, и громко — и не думая как-то скрываться! — обсуждая недавнюю выходку.

Безмятежный вечер светских леди выглядел максимально неуместно — Шона уже была в курсе краткосрочной пропажи наследницы, ради поисков которой на уши поставили весь замок. И, хотя Астер уже четыре часа как нашлась, наблюдать за столь беззаботным весельем было странно.

Шона громко скрипнула зубами — на неё не обратили внимания совершенно. Лонесия не прервала свою хвалебную речь, в которой однозначно прозвучали слова «ловко», «я её» и «обманула», и на вошедшую женщину даже не посмотрела.

Громкий хлопок в ладоши жрица сопроводила капелькой магии, из-за которой одна из струн лютни попросту лопнула. Инструмент было жаль, да и музыкант, которого струна хлестнула по пальцам, был не виноват, но Шонель была слишком зла, чтобы думать о таких мелочах.

— Девочки, я бы хотела поговорить с принцессой наедине.

В звенящей тишине голос жрицы прозвучал подобно скрежету льда — такой же холодный и пугающий.

Ошарашенные фрейлины поспешно закивали, и торопливо покинули гостиную, побросав вышивку на местах, где сидели. Да и лютнист не заставил себя долго ждать, выскользнув из комнаты практически самым первым.

Даже поклониться забыли — раздражённо отметила Шонель, и перевела сердитый взгляд дочь.

— Ты объяснишь мне, что это было?

— Обычный светский вечер, — Лонесия пожала плечами, продолжая улыбаться. — Ты ведь и сама говорила, что это полезно — знать, чем живёт наш народ.

Шонель мысленно поморщилась. Такая трактовка её не устраивала, но сейчас это следовало отложить в сторону, и сначала разобраться с более важным вопросом.

— Я не про ваше собрание. Я про то, что ты сделала с Астер.

— А что я сделала с Астер? — Лона притворна удивилась.

— Ты решила поиграть со мной в игры? — со злостью прищурилась Шонель.

— Конечно же нет, — девушка скривилась, садясь ровнее. — Но с Астерией всё было продумано!

— Продумано?! — Шона цокнула языком и покачала головой, складывая руки перед грудью. — В таком случае, поведай мне, какую пользу для нас несёт твоя окончательная ссора с наследницей?

— Не с наследницей, а всего лишь с Астер, — Лона раздражённо отмахнулась. — Всё прошло как надо. Астерию видели в городе и, я тебя уверяю, через пару дней нужные люди придут к воротам замка каяться в содеянном грехе.

— Ей тринадцать! Какой, к Ортану, грех?!

— Неподобающее поведение. Вульгарное и простолюдинское! — Лонесия вскинула голову, поджимая губы. — Как она одна гуляла по городу. Как смеялась над уличным представлением. Как обижала несчастных бродяжек. И как надменно общалась со всеми встречными.

— Лона…

Шонель покачала головой, прикрыв ладонью глаза, и не удержалась от тяжкого вздоха.

— Почти двадцать лет уже Лона! — девушка вскочила с дивана и притопнула ногой. — Ты обещала, что трон будет моим гораздо раньше. Но последние лет пять ты только и твердишь о том, что мы должны… Что я! Должна дружи-и-ить с Астер.

Последнюю фразу она протянула с нескрываемым отвращением.

— Твой сегодняшний… Поступок, очень сильно это усложнит, — Шона поджала губы, глядя на дочь с неудовольствием. — Теперь вина точно лежит на тебе. И придётся извиниться по-настоящему.

— Ни за что!

— Придётся! — женщина придавила дочь взглядом. — Если ты не хочешь получить ответных пакостей.

Лонесия надула губы и скрестила руки перед собой, даже не думая соглашаться с матерью.

— Да пойми, ты, дурёха! После сегодняшнего в вашей ссоре виновница снова ты. И, случись что, Лерион встанет на сторону Астер. И я не смогу опять его убедить в том, что это не так. А ведь он может не ограничиться простым разговром с попыткой узнать правду — как сегодня. Он вполне может и тебя сослать в какой-нибудь замок неподалёку. И никаких тогда балов, охоты и прогулок в компании фрейлин.

— Это несправедливо!

— Я тебя предупреждала, — Шона, не выдержав, закатила глаза.

Лонесия надула губы, а её глаза опасно заблестели слезами, вызвав у женщины новый приступ раздражения.

— Перестань ломать комедию! Раньше надо было думать, что делаешь и зачем.

— Я тро-о-он хочу, — девушка шмыгнула носом, обиженно глядя на мать. — Ты обещала, что он моим будет. Астерию опорочить и всё, никто её королевой над собой видеть не захочет. Корнелию никто не позовёт, а значит…

— А значит, что на трон бы сел Терион, — Шона укоризненно покачала головой.

Её раздражала эта необходимость объяснить очевидное.

— И-и-и, — Лонесия часто-часто заморгала, с трудом удерживаясь от того, чтобы разрыдаться. — И-и что теперь де-елать?

— Я что-нибудь придумаю, — женщина вздохнула.

Оглядев дочь ещё раз придирчивым взглядом, покачала головой и вышла, отстранённо обдумывая то, как можно повернуть сложившуюся ситуацию в свою пользу.

А с Лонесией она ещё раз поговорит позже. Убедится, что та всё правильно поняла и больше не будет проявлять столь неуместную инициативу.

Счастье ещё, что Астерия оказалась достаточно сообразительна и смогла выкрутиться без потерь.

Шонель замедлила шаг и тонко улыбнулась — на этом можно будет сыграть.

***

После того, как Астер вернулась в свои комнате во дворце, Виарно предпочёл вернуться в башню. К тишине и спокойствию.

Лерион же подумал о том, что его друг предпочёл избежать немного навязчивого внимания сюзерена в его лице. Всё же последние пару месяцев — после окончательной потери Мии, — он стал весьма неприятным собеседником.

Магия на башне пропустила короля внутрь без препятствий, но в дверь кабинета Лерион всё-таки постучал. Хотя и не сомневался, что Мишель прекрасно знает о его приходе.

— Обходите владения, Ваше Величество?

Маг с неохотой отложил синий конверт магического письма и выжидающе посмотрел на короля.

Лерион вздохнул и зашёл в комнату, прикрывая за собой дверь.

— Скорее поддерживаю легенду о том, что и раньше ходил в башню просто так.

— Самая последняя собака в нашем замке знала, что здесь живёт одна из принцесс, — сухо ответил магистр.

— Вот как…

Откровение было неприятным и неожиданным. Хоть король и не считал себя гуру интриг, но был уверен, что те несколько самых доверенных слуг были достаточно молчаливы.

— Уже неважно, — Лерион поморщился, но заставил себя отвлечься от обдумывания возможного наказания. — Я пришёл… Извиниться я пришёл.

Магистр недоверчиво покачал головой и слабо улыбнулся.

— То есть, теперь ты мне веришь?

— Да… Да, — увереннее повторил Лерион, открыто встречая взгляд друга. — И за ту фразу, про Симону, тоже извини. Я не должен был…

Магистр просто кивнул. Заметно было что королю неловко: всё же статус накладывает свой отпечаток, и просить прощения — пусть даже у единственного друга, — сложно.

— И что ты теперь будешь делать? — Виарно прищурился, глядя на друга с лёгкой улыбкой.

— Думаю, пришла пора показать себя хорошим отцом, — Лерино пожал плечами. — И помочь наконец старшенькой найти себе мужа…

— И не боишься поссориться с сестрой?

— Думаю, я смогу найти нужные аргументы. Всё же я всё ещё король.

Лерион был полон решимости. В конце концов, он сегодня чуть не потерял Астерию из-за глупости Лонесии. И надо было быть полным идиотом, чтобы проигнорировать столь явного диверсанта в своём доме.