Выйдя из храма, Снежный повёл меня дальше по тропинке. Недалеко, впрочем. Нашей целью оказался ближайший к храму двор. Ничуть не смущаясь, волк толкнул деревянную дверь, чуть выше моего роста, и выразительно пригласил пройти первой.

Из сада пахнуло цветами, и я невольно отпрянула, не успев сделать и шага за порог.

— Вперёд-вперёд, волчонок.

Снежный меня подпихнул лапой, вынуждая пройти вперёд.

Цветов здесь было не так много, как мне показалось в начале. А ещё, при ближайшем рассмотрении, оказалось, что цветы большей частью лечебные. И сам сад был больше, чем можно было предположить. А на фоне высокой яблони, чья тень почти полностью накрывала полянку перед домом, сам двухэтажный домишко казался совершенно крошечным.

Снежный, не обращая внимания на растения, и на разглядывающую их меня, прошёл к домику и с видом короля уселся на траву возле скамейки.

— Иди сюда.

— А почему в храме молчал?

— Подрастёшь — узнаешь, — добродушно фыркнул волк.

Такое чувство, что он повеселел. А впрочем, наверняка дело в том, что его задача почти выполнена. По его мнению.

— Вот ты вроде волк, а говоришь в точности как старый дед.

— Волчонок, по меркам волков я и есть старый дед.

Я уставилась на него с подозрением — в его интонации отчётливо слышалась ирония. Нет, однозначно, надо больше узнать про оборотней… И про волков! Любопытно же, насколько редки вот такие экземпляры. И до жути интересно, что сыграло свою роль — то, что его матерью была потерявшая человечью ипостась оборотница, или же то, что он жрец Арион.

Калитка негромко скрипнула буквально через пару минут.

— Ну здравствуй, Снежный.

— Здравствуй, Реона.

Волк склонил голову в подобии поклона.

А я с интересом рассматривала женщину. Всё же, в храме было темновато, да и рыжие сестрички отвлекли на себя моё внимание. Я даже не помню, как выглядела статуя богине!

У жрицы были тёмные волосы, собранные в строгий пучок. Платье цвета травы — и по-моему даже летнее. И достаточно молодое, но серьёзное лицо, по которому я затруднялось определить возраст. Она могла быть ровесницей Симы или старше Шонель — у той тоже морщин особо не было видно.

— …Месяц?!

Кажется, увлёкшись разглядыванием, я совершенно прослушала весь рассказ Снежного. Волк конечно вряд ли упражнялся в красноречии, но всё равно как-то чересчур быстро.

— Девочка, иди сюда… Она ведь понимает человечью речь? — обеспокоенно уточнила Реона.

— Понимаю, — я недовольно буркнула, подходя ближе.

Женщина шумно выдохнула, повела плечами, словно извиняясь, и присела рядом со мной, прямо на траву.

— Мне надо обследовать тебя магией. Это может быть немного щекотно.

Я пожала плечами и с любопытством склонила голову. Снежный, наблюдавший за нами с прежним спокойствием, негромко фыркнул, но его я проигнорировала. Дать какой-то совет он мне не мог, а если б считал, что это может быть опасно… Впрочем, они ведь оба последователи Арион — о какой опасности вообще может идти речь?!

Действия Реоны были мне не особо понятны — саму магию я не видела. А вот ощущения больше напоминали грубые поглаживания, чем щекотку. Но эту мысль я оставила при себе. Тем более, что женщина ко мне даже рук не протянула — сложила их лодочкой на уровне груди и что-то беззвучно шептала.

— Ну вот и умница, — закончив, женщина потрепала меня между ушей.

Я недовольно засопела, а Снежный громко фыркнул.

— Ты ведь помнишь, что она всё ещё оборотень, а не неразумный волчок?

— Извини, — она обезоруживающе улыбнулась мне. — Привычка. Первый раз Снежный привёл ко мне оборотня.

— А волков уже приводил? — я заинтересованно скосила взгляд на волка.

Тот сделал вид, что он статуя, и Реона усмехнулась.

— Бывало пару раз, — она пожала плечами.

Я кивнула. Судя по их переглядкам, это что-то крайне личное… Хотя по отношению к волкам это до сих пор звучит странно.

— Никаких помех нет. Ты спокойно можешь оборачиваться.

Снежный издал странный звук, больше всего напоминающий смех.

— Я не умею, — спокойно призналась я.

Выдержала неверящий взгляд и лишь заинтересованно приподняла уши, услышав от жрицы незнакомое раньше ругательство. А волк, неожиданно для меня, посмотрел на неё укоризненно. И что удивительнее всего, заставил смутиться.

— Как ты тогда превратилась в первый раз?

— Я испугалась медведя.

Реона шумно выдохнула и потёрла переносицу.

— Снежный, ты ведь знаешь… Ай, что с тобой разговаривать.

Она оборвала сама себя, рукой махнула в сторону волка и крепко задумалась. Снежный же не впечатлился. Вообще. Разве что позу немного сменил, став серьёзнее.

Молчание длилось пару минут.

— Хорошо, — она вздохнула. — Я помогу, но… Учти, это будет больно.

Не сдержавшись, я поморщилась.

— Можно подумать, у меня такой большой выбор вариантов.

— Ты могла бы обратиться к родственнику. Он смог бы провести ритуал менее болезненно.

Жрица лишь пожала плечами и, поднявшись, ушла в дом. До моего слуха донёсся звон металла и негромкое бормотание. Но прислушиваться я не старалась. Не важно, ругает она сейчас меня, Снежного, предстоящий ритуал или просто напевает песню — ничего ведь не изменится.

— Он опасный?

— Ритуал? — волк по-отечески ухмыльнулся, отчего меня передёрнуло. — Не опаснее принятия в стаю… Мия, — он строго посмотрел на меня.

Я от удивления даже взглянула ему в глаза — это первый раз, когда он обратился ко мне по имени просто так. Ошибку я осознала сразу же, но Снежный оставался спокоен как те самые снега. Ни злости, ни досады в глазах, лишь красные отсветы, которые сейчас казались особенно яркими… И которые пропали почти полностью, когда из дома донеслось новое ругательство жрицы.

— Двуликим нет места в волчьих стаях. Никогда.

— Я не смогу вернуться?

Я спросила растерянно.

Нет, разумеется, я и сама собиралась попросить у Реоны помощи о том, чтобы остаться здесь… Но слова Снежного звучали так, будто он категорически против моего присутствия среди волков. И тогда было совершенно непонятно, почему он вообще тогда проводил тот ритуал — очевидно же, что о моей двуликости он понял с первого же взгляда!

— У тебя нет причин возвращаться.

Я открыла рот, собираясь напомнить про всё тот же ритуал… И закрыла.

Кажется, я поняла наконец, что именно он пытался мне объяснить.

Не то, что мне нет места в волчьей стае. Даже не то, что он лично против меня… Он пытался донести, что про признание меня частью волчьей общины стоит хранить в секрете.

Не понимаю правда, с чего бы мне вдруг должно захотеться рассказывать об этом. Но, с другой стороны, Снежный ведь по-прежнему всего лишь волк. Большой, умный, почти по-человечески разумный, но всего лишь зверь. К тому же откуда ему знать о том, какие у меня были отношения с людьми. Может, он считает меня кем-то вроде наивного домашнего щенка, который радостно будет вилять хвостом каждому, кто проявит немного внимания?

Спросить я ничего не успела — жрица вернулась.

Теперь и озвучивать, что я и сама разделяю его недоверие к двуликим, было поздновато. Сейчас подобная фраза непременно вызовет вопросы и неуместное любопытство, а ложь и недоговорки точно скажутся на успехе ритуала по возвращению мне человеческого облика.

— Так. Садись тут.

Реона указала мне на место под яблоней, практически у самого стволаы. На мой взгляд, не отличавшееся ничем от всех прочих. Ну, кроме того, что не перед домом и не на тропинке, а на траве.

Пожав плечами, я выполнила просьбу. Хотя сложно было при этом не коситься на Снежного. Он был невозмутим, и для меня это было показателем того, что всё идет как надо.

Женщина обошла меня по кругу, расставив плошки с водой, на поверхности которой плавали свечи. Горящие, они источали ароматы лекарств. Семь плошек, семь свечей и семь разных растений, которые смешивались воедино и окуривали меня слабым дымком.