Мэддокс и МакКенна уже ползли к дверям моего кабинета. Мы последовали за ними. Даже оказавшись на другой стороне дома, где не могли достать пули, мы всё равно держались низко.

— Я подгоню Бронко как можно ближе к входу. Забери Адди и наших родителей. Встречаемся у машины. — сказал мне Мэддокс.

Он взглянул на МакКенну и крепко поцеловал её в губы.

— Я люблю тебя.

Лицо МакКенны было бледным, застывшим в шоке. Страх и тревога читались в её глазах.

Я сам привёл всё это к нам. Сам впустил в свою жизнь хаос, когда нанял Рэйвен, а потом влюбился в неё. Джиа винила себя за то, что не уберегла нас, но это я привёл дьявола прямо к своей семье. Дьявола, с которым пожимал руки, с которым пил за одним столом. Который помогал мне строить планы на будущее.

Блядь.

Мэддокс исчез, прежде чем я успел хоть что-то сказать. Прежде чем успел извиниться. Я повернулся к Джиа, и меня захлестнуло желание сделать то же, что и мой брат — просто поцеловать её, сказать, что люблю.

Чёртово неудачное время, чтобы понять, что я её люблю. Чёртово бесполезное время, чтобы осознать что угодно.

Я смотрел на неё, мой взгляд скользнул к её губам, а затем снова встретился с глазами, в которых отражались все те же эмоции, что бурлили во мне. Я позволил себе едва коснуться её щеки, легким, почти невесомым движением.

— Беги к входной двери. — тихо сказал я. — Я заберу Адди и родителей.

Джиа сглотнула. Я уже собирался уйти, но она схватила меня за руку. Я обернулся, и она ничего не сказала — просто сжала мою ладонь в своей. Я наклонился и поцеловал её в лоб.

— Мы все выберемся. — прошептал я. — А потом поговорим. Проведи МакКенну к двери.

Она сунула мне в руку что-то холодное, и я взглянул вниз. Один из пистолетов, которые она подобрала со стола. Не её — её пистолет был гладким и чёрным. Этот же имел бронзовую рукоять и чёрный затвор.

— Предохранитель снят. — сказала она. Потом повернулась к МакКенне. — Пригнись.

Я смотрел, как она укрывает собой невесту моего брата, пока обе, низко пригнувшись, направляются к входу. Чтобы выйти из кабинета, нужно было пересечь зону обзора для снайпера. Очередь автоматной стрельбы разорвала тишину, но звуки были дальше, чем прежде. Я надеялся, что Энрике смог выбить стрелка с позиции. Я рванул вперёд, согнувшись вдвое, и влетел в комнату Адди. Отец прижимал обеих в углу шкафа.

— Это были выстрелы? — спросил он.

Я кивнул.

— Мэддокс подгоняет Бронко ко входу. Все едем с ним.

Отец бросил взгляд на пистолет в моей руке, потом закинул на плечо сиреневый рюкзак, который я купил Адди.

У меня всё внутри перевернулось. Её снова вынуждали прятаться. Бежать. Но я дал себе слово, что это будет в последний раз. Она больше никогда не будет скрываться. Мы положим этому конец. Даже если для этого мне самому придётся убить Хайме Ларедо.

Глава 31

Джиа

Мэддокс резко вывернул руль, и Бронко занесло, когда он свернул за угол после крытого моста. Адди сидела у Райдера на коленях, и он крепче прижал её к себе. Брэндон выругался, а Ева с МакКенной, побледневшие от страха, прижались друг к другу на заднем сиденье.

Я сидела на переднем пассажирском месте, держа пистолет, направленный в окно. Горло жгло от боли, и говорить было нелегко, но я всё же спросила:

— Куда мы едем?

— У Фила дом пустует. — предложил Брэндон с заднего сиденья. — Пересидите там, пока не придумаете что-то получше.

Отец Райдера держался хладнокровно, чего я от него не ожидала. Одно дело — сохранять спокойствие на ранчо, когда имеешь дело с природой и животными, но совсем другое — сохранять его, когда вокруг свистят пули.

Я ненавидела себя за то, что втянула их в это.

Если бы я отвезла Адди в другое место, в безопасный дом, охраняемый дюжиной агентов, никто из них не оказался бы в опасности.

Но, с другой стороны, если Лиланд был замешан, Адди могли бы похитить ещё несколько дней назад.

Я закусила щёку, сдерживая слёзы. Я доверяла Лиланду больше, чем Энрике, разве нет? Именно Энрике заявил, что мой начальник на стороне Ларедо, когда мы были у Райдера. Но было очевидно, что Хайме Ларедо прикрывали. Кто-то из тех, кто имел доступ к оперативной группе. Я пока не знала, кто, но не успокоюсь, пока не выясню это и не приведу всех к ответу.

— Я не буду звонить своим людям. — сказал Мэддокс, бросив на меня быстрый взгляд. — Если за нами следят и подслушивают, они сразу узнают. Как только доберусь до защищённой линии, позвоню Дейлу Скалли и попрошу его прислать своих людей. Если дом Фила будет выглядеть пустым, это даст нам несколько часов.

Я посмотрела на свой телефон. Его отслеживали? Можно ли доверять тем, кто на другом конце?

Я доверяла Рори. На все сто. Я видела, что Ловато сделали с её матерью. Видела, как она отреагировала на это — погналась за ними с пистолетом наперевес. Сейчас мой единственный способ оставаться с ней на связи — это телефон. Завтра я куплю одноразовый.

Но завтра может быть уже поздно.

— Пап. — сказал Мэддокс. — Оставлю тебя, МаК и маму у МакФлэннигана с Сэди. Не возвращайтесь на ранчо. Езжайте в мой дом. Код от оружейного сейфа ты знаешь. Там найдёшь ещё два пистолета. Я приеду, как только люди Скалли прибудут к Филу.

Мы остановились за баром, и семья Райдера вышла. Его мать задержалась, её взгляд встретился с моим.

— Я рассчитываю, что ты защитишь моего сына и внучку.

Боже, я уже столько раз терпела неудачу. Слишком много раз.

— Да, мэм.

Она посмотрела вглубь машины, где Адди, спрятав лицо в грудь Райдера, едва выглядывала. В глазах женщины появилось тепло.

— Адди, девочка. — мягко сказала она.

Адди приподняла голову.

— Знаю, тебе сейчас страшно. Нам всем страшно, и это нормально. Но рядом с тобой самые храбрые и умные люди, которых я знаю. Когда всё закончится, я научу тебя печь мои фирменные печенья с коричневым сахаром и патокой, рецепт которых я обещала никому не раскрывать. Ты будешь единственной, кто его узнает. Как тебе это?

Губы Адди дрогнули, обозначая слабую улыбку.

— Люблю тебя, сын. — сказал Брэндон, глядя на Райдера. — Жду вестей от тебя. Если ты не будешь выходить на связь, твоя мама начнёт переживать.

Да они все будут переживать. До тех пор, пока Райдер и Адди не вернутся домой целыми и невредимыми.

А моя семья даже не знала, что я сегодня стояла на краю гибели.

Я не знала, как к этому относиться, но была уверена в одном — Хатли снова будут вместе. В безопасности.

Двери старого Бронко с грохотом захлопнулись, и в тишине Мэддокс тронул машину с места. Он проехал несколько кварталов, свернув к двухэтажному дому в колониальном стиле — простому, с белой обшивкой и крытым крыльцом. Двор был небольшой, но ухоженный, с газоном и магнолиями. Чисто, аккуратно, но без цветов и каких-либо женских штрихов.

Мэддокс объехал дом и остановился у заднего входа, рядом с гаражом.

— Высажу вас здесь. Поеду на станцию за одноразовыми телефонами, потом вернусь пешком, чтобы мою машину здесь не засекли.

Райдер выбрался наружу, вынеся Адди и её фиолетовый рюкзак. Я тоже вышла из машины.

— Ключ у тебя? — спросил Райдер брата.

— Там же, где всегда. — ответил Мэддокс, кивнув в сторону ступенек.

Мэддокс уехал, а Райдер, нагнувшись, достал спрятанный ключ из-под ступенек. Я осматривала пустынную улицу. Сумерки сгущались. Где-то вдалеке лаяла собака, но больше не было ни звука, ни движения.

Райдер открыл сетчатую дверь, отпер замок и придержал дверь для нас с Адди.

В тусклом вечернем свете кухня, куда мы вошли, выглядела как привет из 50-х. Чёрно-белый клетчатый пол, закруглённые приборы горчичного оттенка, белые столешницы из формайки и строгие белые шкафчики.

В воздухе стоял запах несвежих сигарет и пива.

— Дядя Фил не был любителем уюта. После смерти бабушки МакФлэнниган к нему раз в месяц приходила уборщица, но дом всё равно больше походил на холостяцкую берлогу.