Она потянула за косу, и я снова ощутил её мягкость под своими пальцами. Вспомнил, как дернул её назад, открывая гладкую линию её шеи, как почувствовал под губами бешеный ритм её пульса, присвоив его себе на несколько дразнящих секунд.

— Мне стоит поспать пару часов, прежде чем сменить Энрике, — сказала она.

Я ничего не ответил. Просто не знал, что сказать, потому что мысли о ней в постели, раскинувшейся на шелковых простынях, заставляли меня хотеть только одного — продолжить с того места, где мы остановились.

Она раздражённо выдохнула от моего молчания, развернулась и направилась к лестнице. Уже на первой ступени обернулась.

— Не уезжай утром без нас.

— Как долго, по-твоему, нам придётся так жить?

Её пальцы сжали перила.

— Честно? Не знаю. Но мы всё ближе, слой за слоем, и скоро доберёмся до сути.

Когда я снова не ответил, она закатила глаза.

— Спокойной ночи, Райдер.

— Спокойной ночи, Джиа.

Её лёгкие шаги стихли на лестнице, исчезая в ночи.

Я должен был сказать что-то ещё после того, как мы чуть не сорвали с себя одежду и не рухнули в бездну вместе. Но если бы я открыл рот, единственное, что оттуда вырвалось бы — отчаянная мольба прийти ко мне в комнату. А у меня ещё оставалось достаточно здравого смысла, чтобы понимать, что это была бы катастрофа.

Поэтому я отпустил её.

И надеялся, что моя отстранённость заставит её сделать шаг назад. Потому что я был чертовски уверен, что сам оттолкнуть её уже не смогу.

♫ ♫ ♫

Я едва успел разбудить и накормить девочек, когда в дверь постучала Рианна. Джиа не было, как прошлым утром, потому что она сменила Энрике и теперь патрулировала дом, словно королевский стражник. Это вызывало во мне какое-то первобытное, дикое раздражение — я не хотел, чтобы именно она стояла на передовой, если опасность всё же нагрянет.

Я знал, что она умеет постоять за себя, но мысль о том, что она встретится с угрозой одна, бесила меня. Впрочем, мне не нравилась и идея того, что первым рубежом обороны был Энрике — тот, кому я до сих пор не доверял. А ещё хуже было осознавать, что он сейчас спал в спальне, которую я уже начал считать комнатой Джиа. Это злило меня даже больше, чем сама мысль о том, что она мёрзнет снаружи, охраняя нас.

Как только Рианна вошла, Мила тут же бросилась к ней, обхватила её ноги и принялась взахлёб рассказывать о нашей ночи. Когда я взглянул на Адди, она улыбалась. И этой одной улыбки хватило, чтобы немного рассеять ту мрачность, с которой я проснулся.

— Ты готова, цыплёнок? — спросила Рианна у Милы.

— А можно не ходить в школу? Адди же не идёт!

— Нет. Пропускать школу не вариант. Давай, надевай ботинки.

Мила потащилась в коридор, недовольно волоча ноги, а я повернулся к Адди.

— А ты тоже надевай ботинки. Сегодня я научу тебя обращаться с молотком.

Глаза Адди расширились, но она тут же спрыгнула с барного стула и поспешила за Милой.

Я обернулся к Рианна.

— Не знаю, насколько ты в курсе, но я пока не могу записать Адди в школу. Это небезопасно.

— Никто ничего не говорил, но я уловила, что тут что-то не так. Все уж слишком серьёзны. К тому же, я сразу поняла, что она не дочка подруги Джиа. Она — вылитая Рэйвен. И улыбается точно как ты.

В груди сжалось. Неужели это всегда будет так больно — слышать, что Адди похожа на Рэйвен? Теперь мне уже не избежать разговоров и мыслей о ней, и мне это не нравилось так же сильно, как нравилось иметь Адди рядом. Хотя, если быть честным с собой, я и раньше не особо от неё избавился. Просто закопал её под тонны грязи и пыли, надеясь, что если не трогать это место, она исчезнет сама.

— Мэддокс сказал, что, может быть, ты согласишься помочь нам. Пока всё не уляжется, может, ты бы смогла заниматься с ней дома? Я знаю, что ты на пенсии, так что если не хочешь, я пойму.

В глазах Рианна сверкнуло.

— Я скучаю по преподаванию, даже несмотря на то, что была рада уйти из школы. Так что для меня это будет удовольствие. Дай мне пару дней, чтобы всё организовать. Это даст ей время немного освоиться. Мы можем заниматься в игровой комнате у твоей мамы, пока ты на ранчо, и она сможет проводить время со мной и Милой в дни, когда я забираю её из школы.

Меня накрыло облегчение.

— Спасибо, — мой голос прозвучал хрипло.

— Мы с Джиа поговорили о её застенчивости и том, что она почти не разговаривает. Она рассказывала тебе о моих мыслях насчёт избирательной немоты?

— Вчера что-то упомянула, но мы не успели углубиться в тему.

Вместо этого мы углубились друг в друга.

— Если это так, ей нужна будет терапия, — сказала Рианна. — И ей потребуется индивидуальная программа обучения, прежде чем она пойдёт в обычный класс. Я помогу тебе разобраться во всём этом.

— Она пережила… сильное потрясение. Видела нечто ужасное. Может, дело просто в этом?

— Возможно. А может, и нет. В любом случае, терапия и программа обучения помогут взрослым вокруг неё правильно её поддерживать.

Девочки вбежали обратно в гостиную в ботинках и куртках, с прижатыми к груди игрушками.

— А мой Нинтендо? Я не могу его найти! — обеспокоенно сказала Адди.

— Думаю, он остался внизу с вечера, но сегодня он тебе не понадобится.

Она выглядела неуверенно.

— Ты и Балам будете моими прорабами. Вам предстоит следить за порядком на стройке.

Её глаза расширились ещё больше. Она ткнула себя пальцем в грудь.

— Я?

— Да. Как только научу тебя пользоваться молотком, ты будешь следить за мной и парнями, чтобы мы всё делали правильно.

Она переступила с ноги на ногу, колеблясь.

— А я могу быть прорабом? — Мила надула губы.

Я потрепал её по волосам.

— В другой раз, малявка.

— Поблагодари дядю Райдера и Адди за то, что ты тут осталась. Нам пора, а то опоздаешь.

Мила крепко обняла меня, потом кинулась кАдди. Та на мгновение застыла, но затем тоже неловко обняла её в ответ.

Мила помчалась к двери, и Рианна, попрощавшись, вышла следом. Джиа вошла, и они обменялись утренними приветствиями.

— Я оставил в духовке завтрак — буррито для тебя и Энрике. — сказал я, когда Джиа вошла, потирая покрытые перчатками без пальцев руки. Под серой вязаной шапкой спрятались её волосы, а нос покраснел от холода. Мне снова стало не по себе оттого, что ей пришлось мёрзнуть из-за нас. — Кофе тоже есть. Мы с Адди поедем на ранчо. Почему бы вам с ним не поесть и не догнать нас позже?

— Кофе возьму с собой. Дай мне две секунды, я в ванную.

— Мы можем поехать без тебя.

Она покачала головой.

— Нет.

Она не дала мне возможности возразить и исчезла в коридоре.

Пока её не было, из спальни вышел Энрике. Щетина на щеках, взъерошенные волосы, на нём всё ещё была та же одежда, что и вчера. Когда я представил его Адди вчера вечером, она спряталась у меня за ногами. Сейчас, увидев его, сделала то же самое.

— Джиа сказала, что едем на ранчо. — Он бросил взгляд на кофеварку. — Можно?

— Одноразовые стаканы в шкафу над ней.

— Спасибо.

Послышались быстрые шаги Джиа.

— Налей мне тоже, Энрике.

Он сделал, как она попросила, а я подошёл к духовке и достал два буррито, завернутых в фольгу.

— Спасибо, — пробормотал агент из управления по борьбе с наркотиками.

Мы вышли из дома, заперли двери и активировали сигнализацию. Энрике направился к своему лоурайдеру, а мы с Джиа и Адди снова забрались в Эскалейд. Занимать пассажирское сиденье рядом с Джиа стало привычкой, которая мне не нравилась.

Только когда мы были уже на полпути к ранчо, я понял, что Адди оставила свой рюкзак. Мысль о том, что она наконец чувствует себя достаточно в безопасности, чтобы не таскать его повсюду, что-то сделала с моим сердцем и душой, с чем я не знал, как справиться. Это заставило меня ещё сильнее стремиться не подвести её. Заставило поклясться, что она всегда будет чувствовать себя в безопасности.

Когда мы припарковались перед рестораном на ранчо, в сером предрассветном полумраке, я повернулся к Джиа и Адди.