Никто не попытался остановить его.

Никто его не окликнул.

И никто не видел, как он умер.

Людендорф сидел во дворце, клинок лежал на коленях, а клык был воткнут в полированный деревянный пол. Он услышал далёкий рёв и понял, что его кузен умер. Это был рык не убитого зверя или раненного животного, а твари извращённой природы, что поймала столь ненавистного ей по природе человека и убила. Ярость утихла и во рту появился горький привкус.

- Ты должен понять, брат, - прошептал он, обращаясь к пустой комнате. Не гордость держит меня здесь. Не гордость…

Где-то в глубине души его тяготила печаль, а где-то даже вина за то что так легко отпустил своего родственника на верную гибель. Их дом всегда славился заботой даже о бастардах, не смотря какой вред подобное могло нести, а тут практически родную кровь отдать врагу. В прочем, кузен владыки этих земель был далеко не импульсивным недорослем или наивным молокососом без опыта реальной войны - он прошёл немало битв и выживал там, где даже Небеснорождённые погибали.

Людендорф ждал ответа от кого угодно: от небес, от духов предков или даже от вот погибшего родственника. Любой ответ был лучше мёртвой тишины и невербального осуждения будто от самого Бога-короля за прегрешения. Когда его не последовало, то закрыл глаза.

-Не гордость, - произнёс он снова шепча.

***

Зверолюдский великан был уродливой тварью с зазубренными кусками кости, торчащими из-под кожи. Со стоном он содрал ещё одну крышу и отбросил её в сторону. Четверо огромных зверей ни на секунду не прекращали работу, снося здания и разнося их на куски, в то время как сотни горов ползали по разломанным брусьям, увязывая их вместе. Потребовалось три дня, и огонь лишь мешал. Но Аспар смотрел, и был доволен текущим результатом. Он поработил великанов лично, его грубая сила и воля привязали их слабые разумы к его собственному. Их мысли трепетали на краю его сознания, словно мотыльки, попавшие в шторм.

-Пустая трата времени, пустая трата сил ещё в добавок.- пробормотал Вестник смотря из-под капюшона на великанов.- Огонь бы куда эффективней пожрал город! К тому же люди тогда бы мучались...

-Нет,- ответил Аспар, бросив ленивый взгляд на шамана.- Мы возьмём город, как и хотят боги. Но мы сделаем это моим способом, способом Аспара.

-Гр-р-рупо...- заявил один из горов-атаманов. Это был уже не первый случай, когда подчинённые ему вожди стад комментировали упорное желание их господина строить осадные башни и тараны, вместо того, чтобы просто разломать ворота традиционным способом.

Аспар хмыкнул и протянул руку. Схватив говорливого вождя за загривок, он подкинул поражённого гора в воздух. Напрягши мышцы, он тряхнул того, как гончая трясёт крысу, и отшвырнул в грязь. На это гор-шаман не торопился вставать и что-либо отвечать - одно дело за спиной что-то прорычать и после забыть, но уже другое отвечать перед вождём за слова. Мало кто хочет оказаться на костре в качестве еды, уж тем более лишившись рогов.

-Одни ворота,- прорычал Аспар, вызвав одним только этим словом напряжёние у оставшихся атаманов.- Одни! - он посмотрел на них, а затем на строящиеся платформы.- Много,- продолжил он тыча своим когтистым пальцем в указанную сторону как хозяин указывает псам кого нельзя кусать или когда лаять.- Невозможно раздавить только одним пальцем, особенно если он кривой.- он сжал кулак и недвусмыслено посмотрел на копошащегося до сих пор в грязи атамана.- Необходимо использовать сразу все - сразу весь кулак!- его губы изогнулись, и он рассмеялся подняв руку к небу.- Одно стадо не может уничтожить слуг Порядка, но многие - все сразу...- Аспар смотрел на них и подивился тому, что только что пытался учить их. Он перехватил взгляд Вестника, странно смотрящего на него, и уставился на шамана.- Говори, колдун.

-Это не путь богов,- прошипел гуманоид. Он развёл когти и их кончики окутал ведьмин свет.- Мы ломаем, мы не строим,- продолжил он указывая на всё ещё целые врата.- Вот ворота! Мы должны атаковать лбом! Как подобает слугам Тёмных!

-Боги хотят город. Аспар даст им город,- как ни в чём не бывало ответил зверолюд и отвёл голову от колдуна.- Но я не собираюсь тратить ради этого лишние жизни своих воинов!- он ударил кулаком в борт своей колесницы, отчего та заскрипела и закреплённые в поводьях волкоподобные гончие зарычали в ожидании хлёсткого удара погонщика.- Одна дыра - плохо. Нужно много.

-Крв дл крвгго бга,- проворчал другой атаман. Он провёл по оплетённому медью рогу топором, вызвав сноп искр. Позади него ярились его последователи.

-Кровавый бог хочет человечьей крови, не звериной идиот!- возразил Аспар, оскалив зубы. После Копытодава Меднорог стал одним из самых громких ворчунов. А с ним и его кхорногоры. Жаждущие крови, черепов и душ, и их не очень заботило, откуда они придут.

-Кровавый бог хочет всю кровь,- с усмешкой подчеркнул колдун, чем вызвал согласный рёв среди последователей Меднорога.- Боги требуют нашей крови, Владыка Зверей. Требуют человечьей крови! Требуют, чтобы вы танцевали на руинах городов людей и растаптывали их черепа своими копытами! Сжигать, не строить! Крушить, не говорить!- голос Вестника богов стал громче, чем когда-либо прежде, и у Аспара вздыбилась шерсть на загривке. Остальные шаманы присоединились к колдуну , во всю глотку обличая проволочки главного зверолюда.

Аспар никогда не боялся гнева чудотворцев. Благословенное дитя богов, он знал, что их магия была ничем по сравнению с его. Но сейчас, сейчас он мог почувствовать, как варп танцует на кончике каждого вздыбившегося волоска, и ему понадобилось лишь мгновение, чтобы принять решение.

Из-под капюшона Вестника издался хлюпающий звук, когда Пронзатель расколол голову шамана и расплескал его дурные мозги по стене. Наступила тишина, как то было, когда он прикончил Копытодава. Это был альв, жалкий остроухий, поддавшийся влиянию Тёмным. Однако он оказался важным остроухим. Каждым нервным окончанием Аспар мог ощутить влияние варпа на него, но он проигнорировал его, выдёргивая Пронзатель и указывая им на своих советников.

-Боги получат кровь… моря крови, и упьются ей! Аспар даст им эту кровь! Путь Аспара принесёт им эту кровь! В своё время!

Он огляделся, с удовлетворением отметив, что никто не осмелился встретиться с ним взглядом. Лорд Зверей топнул копытом и запрыгнул на борт своей колесницы.

-И Аспар говорит - время пришло!- взревел он, взмахнув над головой копьём. Он ощутил, как судорога надвигается на него, но он отбросил её в сторону. Он послушает богов позже. После! Теперь - вперёд, за тем, что они требовали.

Его колесница загрохотала вперёд, набирая скорость, когда гончие, тянущие её, зафыркали и зарычали и зарыли землю копытами. Великаны протопали мимо, легко обогнав колесницы, и с размаху опустили на стены грубо сварганенные мосты. А внизу уже были готовы горы, тащившие самодельные лестницы и тараны. Они текли по улицам, словно муравьи, некоторые из них облепили ворота внутреннего замка, даже когда один из великанов, нашпигованный стрелами, навалился на ослабленную стену, которую указала некромантия Вестника, и заставил её пошатнуться.

Что-то мелькнуло на краю зрения Аспара, когда он откинулся в своей колеснице, размахивая Пронзателем: видение медных всадников, прорезающих ряды его стада.

Он отбросил это.

Нет. Нет, этого не могло произойти! Боги присматривали за ним. Он делал, как они требовали! Они защитят его, как и всегда! Он взревел и обеими руками ухватился за Пронзатель, взмахнув им высоко над головой, пока его колесница неостановимо мчалась к воротам замка. Великан уже был там, разрывая ворота, даже несмотря на кипящее масло, сжигавшее его плоть, и изрыгающие огонь орудия, лишившие его глаз. Жалобно вскрикнув, он упал, упал, но вместе с ним пали и огромные деревянные створки врат, и лишь когда окованные металлом колёса колесницы Аспара превратили в кашу его череп, великан, наконец, затих. Последние защитники города ждали его там, и он взревел от смеха, когда его колесница врезалась в их ряды. Пронзатель сверкнул, отсекая конечности и протыкая тела, окрашивая камни в красный. Люди падали под колёса его колесницы, где были стоптаны и разорваны гончими. Ещё больше колесниц следовало за ним, заполнив широкий проспект катящейся стеной шипастой погибели.