-Убить себя? Нет! Уходи, кровожадный глупец!- отрезал родственник.- Вверх по этой улице. Давай… Берегись!

Улица застонала, когда одна из амбароподобных зверюг ринулась на них, проделывая борозды в стенах поднимающихся по обеим сторонам улицы зданий своими рогами и шипами. Крумхольц схватил Людендорфа и швырнул на землю, когда артиллерийские орудия - полевая и органная пушки, укреплённые в окружающих зданиях и используемые для тренировки жителей окрестных домов и служек конюшен на другой стороне улицы - открыли огонь. Мужчина в ливрее Хохланда протянул руку и вытащил своего споткнувшегося выборщика и его двоюродного брата с линии огня. Скакавший монстр рухнул, ядро превратило его мозги в кашу. Огромная туша скользнула вниз по улице, перекрыв её и перегородив дорогу к добыче наступавшим по пятам зверолюдам.

Людендорф отвернулся и высвободился из рук своих людей.

-Стреляйте! Сотрите их в порошок! - выплюнул он.- Мы не должны позволить им и дальше осквернять наш город!- он развернулся, сверкая безумным взглядом.- Построиться! Копейщики в авангард! Мы…

Неожиданно, в самой середине зажигательной речи выборщика, Крумхольц ухватил его за модный горжет и двинул коленом в пах. Людендорф захрипел и согнулся.

-Да угомонись же ты,- сказал Крумхольц.- Боше! Хайнрех! Мюллер! Мы должны отступить к дворцу… Начинайте укреплять эту улицу. Мы забаррикадируем наиболее узкие места, где можно создать бутылочное горлышко. Установите колья и притащите лучников, чтобы защищать строителей… Я хочу надлежащего тилейского ежа с бронзовыми шипами Мирмидии, и я хочу его сейчас! Борс! Перегони несколько повозок от стен дворца! Они должны позаботиться о перемещении выживших в безопасное место!

- Ты... Ты ударил меня, - прохрипел Людендорф, поднимаясь на ноги.

Крумхольц посмотрел на него.

- Ради твоего же блага. Мы должны отступить.

- Нет, мы можем победить, - ответил Людендорф. - Мы можем вышвырнуть их вон!

- Они превосходят нас пятнадцать к одному, кузен, - устало ответил Крумхольц. - Они взяли стены и им плевать на потери. Оглянись.

Людендорф неохотно, но всё же подчинился. Боевое безумие, застилавшее глаза, покинуло его, и теперь он, наконец, смог увидеть истинное положение дел, он увидел усталость и страх, бывшие на каждом лице, и нетвёрдую хватку рук на оружии. Хохланд упорно сражался, но его армия была на последнем издыхании. Он опустил взгляд, посмотрев на рунный клык, и почувствовал, что и его руки дрожат от слабости.

Скривившись, он открыл рот, и единственное горькое слово сорвалось с его губ.

- Отступаем....

Аспар Владыка Зверей стоял в своей колеснице и наблюдал, как его воины устремились от стен и прочь от центра города, избитого и окровавленного. Он удовлетворённо фыркнул. Зверолюди взяли внешнюю оборону города, а также нескольких пленников, что будут принесены после богам на Жертвенных Камнях, несмотря на всё ещё удивительным образом продолжавшееся сопротивление. Если в процессе его избавят от нескольких слишком зазнавшихся горов с начавшими расти вверх рогами - будет совсем отлично.

Одним ударом он ослабит как врага снаружи, так и внутри. Аспар понимал, что был не одинок в подобном понимании.

Угрюмые вожаки-подчинённые зыркали на него со своих колесниц. Он настоял на том, чтобы они оставались позади, не собираясь попросту растрачивать их жизни, ограничившись лишь жизнями их воинов. Владыка Зверей усмехнулся, чёрные губы поднялись, обнажив жёлтые клыки. Гримаса вызвала краткий приступ боли, где пуля спрятавшегося в развалинах здания человечишки коснулась его морды. Раздосадованный, он потёр всё ещё сочившуюся кровью рану. Его копьё сочувственно вздрогнуло, и он посмотрел на него. Лезвие копья было наполовину погружено в ведро крови, что стояло в колеснице сбоку от Аспара. Он был изготовлен из черепа чемпиона эльфов, чьи кости по крепости не уступали их блестящей броне, и даже сейчас изредка кромка подрагивала, словно спящий хищник, подёргивавшийся в своих грёзах из жестокости и ненависти умирающего альва. Лезвие жаждало крови и, как шептались многие в стаде, не утолив её, Пронзатель бы ползал в грязи, словно ужасный змий, в поисках подходящей жертвы среди боевого стада. Он вытащил копьё из его покоя и провёл пальцем по лезвию. То пульсировало в его руках, жаждая испробовать кровь так и не убитого им человека, как и сам Владыка Зверей.

-Людендорф.

Он проговорил труднопроизносимые слоги в своём разуме, смакуя их вкус. Достаточно хороший противник, по крайней мере, для людей. Человек стал бы хорошим зверем, если бы был рождён под другими звёздами. Аспара шокировал подобный поворот мыслей.

-Город наш, - проворчал он, глядя туда, где неизвестный посланник воли Тёмных богов присел рядом с другими чудотворцами. Они съёжились и что-то неразборчиво бормотали и шипели, но тот, как их представитель, дёрнулся вперёд и спокойно подошёл к Повелителю Зверей. Он пришёл когда Аспара начали мучать болезненные видения во снах, сказал что это есть воля Тёмных богов и что Аспар должен завоевать этот жалкий городок. Он бы хотел уже придушить этого явного человечишку, однако тот был полезен как и все шаманы, а из-за это и не умирал со своей наглостью в каждом слове.

-Нет увалень! Стены ещё стоят!- в обвинительной манере раздалось из-под капюшона и серая как гранит рука с чёрными от грязи ногтями и розовыми прожилками вен указала на город.- Боги говорят, атакуй дальше!- он махнул рукой в сторону стен, окружавших внутреннюю крепость города, где засел местный владыка людей.

-Боги? - пророкотал Аспар, опираясь на Пронзатель. Копьё извивалось в его руках, жаждая убивать.- Почему они хотят, чтобы я сделал это?- спросил он, злобно уставившись на шамана. Тот не съежился, уставившись в ответ своими покрасневшими от отсутствия сна глазами.- Что есть там, чего нет здесь? Смерть? Аспар построил холмы из черепов по всей длине тракта людишек,- он наклонился над краем колесницы, разочарованно щёлкнув зубами, ухватив лишь воздух. Его ноздри раздувались от запаха крови и страха. - Они в ловушке! Зачем тратить силы?

-Боги однако требуют!- взвыл шаман, отходя назад и скрыв под плотным плащом руки. Остальные забормотали в поддержку своего лидера. Атаманы тоже не остались в стороне, поддержав гостя. На это Повелитель Зверей расстроено фыркнул.

-Боги требуют....- проворчал он и покачал головой. Царапая рану на морде чёрными когтями, он взвешивал имеющиеся варианты. Боги требовали много… порой - слишком много, но дают так мало для своих верных сыновей. Одаривать же они спешат жалких человечишек....

Видения захватили его внезапно, его челюсти клацнули, тело сотрясли конвульсии. Когда дар богов вцеплялся в него своей хваткой, это было всё, что он мог сделать, чтобы помешать собственному телу разорвать себя. Каждый волосок покалывал и выходил из его тела, словно острый как бритва шип, другие в этот момент подбирались поближе, их ноздри вздрагивали, когда они вдыхали странную магию, исходящую от него. Ему хотелось отшвырнуть их прочь, падальщики, вот кем они были, жалкие твари, но он мог лишь согнуться в три погибели и рычать, пока видения рвались через глаза его разума. Призраки-воспоминания о будущем, где порченые деревья из меди и мяса прорастали из идущей волнами, стонущей земли, а бледные твари, не останавливаясь ни на мгновение, танцевали под безумный писк менестрелей Хаоса. Это было будущее, которое Аспар был вызван привести в этот мир, и, хотя там не было признаков его народа, он был полон решимости исполнить это предназначение. Несмотря ни на что.

Приступ прошёл и Аспар, тяжело дыша, опёрся на копьё. Среди кричащей какофонии безумия он увидел мелькнувшие образы зверей, пьяных и беспечных, блуждающих среди руин города, и лавину коней из меди и стали, что обрушивается на них. Он зарычал. Это ли было тем, что требовали боги? Чтобы его могучее стадо-из-стад было разорвано на части, когда пьяное расслабится среди руин? Его разведчики сообщали о силах, собирающихся на севере и юге. Ближайшие Врата были сокрушены, и в то время как его армия ещё больше увеличилась, это было той единственной, ничтожной причиной, что всё ещё удерживало её вместе. Его бойцы не любили затяжные войны подобного рода и всё больше и больше из них предпочли бы атаковать по-прежнему крепкие стены курфюрстова дворца, или, что было ещё хуже, потихоньку смыться, пресытившись награбленным в городе. По сравнению с этим, предвратовой город стал лёгкой добычей. Застигнутые врасплох, защитники города отступили от ворот, а затем постепенно потеряли и весь остальной город. Не имея места куда сбежать или где спрятаться, они стали лёгкой добычей. Но здесь было сложнее. Битва с людьми на тракте к Вратам приостановила импульс его орды и дала его врагам время укрепить оборону и подготовиться. Земли вокруг Холланда были превращены в зону смерти, полную ловушек и препятствий. Скорость была главным оружием Повелителя Зверей, а теперь она была потеряна. Он посмотрел в сторону на своих атаманов - они обменивались оценивающими взглядами, ворча и крепко сжимая оружие, которое в любой момент могло быть обращено против него.