Даже после смерти Порождения Бури не могут избежать своей праведной цели. Убитый Небеснорождённый рождается заново и снова отправляется в бой будучи перекованным в более сильную и совершенную версию себя. Это перековывание, однако, странным образом меняет воина - его память о прошлой жизни всё сильнее редеет с каждой новой смертью, а эмоции сокращаются и по итогу вовсе может остаться только оболочка прежнего себя. Повелители-чародеи могут использовать свое мастерство в обращении с энергией шторма, чтобы захватить души убитых Штормовых заклинаний, прежде чем гром вернет их обратно в Азир, а затем они смогут восстановить их для новой битвы. То сила, которой также обладают наиболее могущественные и одарённые магией Небеснорождённые.
Они путешествуют верхом на двухвостых лазурных сияниях Врат по Царствам Смертных и могут вернуться к своему Королю только умерев.
Это произошло после битвы за Пылающие небеса во времена эпохи Хаоса и Раздора. Тогда Сигмус закрыл врата своего Царства и размышлял о том, что делать дальше, в то время как целые цивилизации в семи Мирах были уничтожены или порабощены. По прошествии неизвестного количества времени вечная реинкарнация детей-ящеров Дракотиона вдохновила Сигмара, который решил использовать души смертных и перековать их в новую армию воинов, наделенных частью его божественной силы.
Дурадински бог-прародитель Грунгни помог Сигмару выковать Сигмарабулум, наковальню Апофеоза и Тигли. В прочем почувствовав вину за то, что оставался на Азире слишком долго, что привело к тому, что он бросил дуардинов, которые последовали за ним, Грунгни собрал шестерых лучших кузнецов со всех Царств и передал им свои обязанности, а затем исчез на помощь своим детям. Те самые шестеро кузнецов использовали зачарованный металл под названием сигмарит для изготовления доспехов и оружия, в то время как Бог-Король собирал доспехи и оружие.
Услышав об этом, герои со всех уголков Смертных Царств начали стекаться к Вратам в Азир. Они были перенесены на Сигмарон и перекованы на наковальне Апофеоза, став больше, сильнее и обретя новую личность. Несмотря на то, что многие боги Порядка уже покинули Пантеон, их последняя помощь была действительно полезной. Они затуманили эфир вокруг Азира, сделав невозможным видение того, что происходило в этом Царстве, даже для таких могущественных магов, как Архитектор Судьбы. В течение всех оставшихся лет Эры Хаоса порожденные Бурей Небеснорождённые обучались в Азире и освобождали его от всех видов порчи. Когда пришло время, Сигмар впервые обрушил свои боевые молоты на остальные Царства, освободив если не полностью, то хотя бы дав возможность смертным отвоёвывать их у сил неприятеля. Так закончилось долгое ожидание и началась Эпоха Бога-Короля.
И именно одному из таких грозных воителей сейчас противостоял Эрен.
Грозный золотой молот пронёсся над его головой, но сам он со своим вновь воспылавшим скимитаром проходит под облачённой в золотые латы рукой и несётся к двух с лишним метровой фигуре Небеснорождённого. Второй своей рукой тот бьёт ещё одним молотом по альву, но он уклоняется и вторым клинком протыкает сочленение руки, задевая мягкую плоть. Пускай из похоже на лицо золотой маски не сорвалось и стона, движение Небеснорождённого замедлилось. Это позволило уже ударить по сухожилиям безмолвного противника, чтобы потом с размаху отскочить назад и отступить.
Этот противник слишком силён и опасен для него на данный момент, а сам Эрен наткнулся на него исключительно по воле случая во время разведки данной местности. Рождённые Бурей никогда не ходят одни - они воинство, а значит действуют как солдаты и никогда не бросают своих позади. Судя по броне и отсутствию хоть каких-то проявлений личности, то скорее всего это очень старый и не мало раз перерождавшийся воин, от личности которого ничего не осталось и на данный момент он скорее уж голем из мяса и плоти в злато-синих доспехах, нежели человек. К тому же как и по отношению к голему, клинки не смогли пробить его уязвимые точки. Есть конечно шея для устранения столь грозного оппонента, но альв за секунды смог предвидеть как вокруг тела Небеснорождённого копилась магия с молниями для мощного удара по нему. Нет, тут нужен совсем иной подход.
Эрен спиной чувствовал как противник на не меньшей скорости мчится за ним и уши подгоняли его как можно сильнее отдалиться от источника грохочущих при беге лат. Так он забежал в кусок Царства Гур, где среди скал из известняка виднелись сухие кусты с выступами. За один такой он и успел заступиться перед тем как золотой молот чуть было не выбил ему голени ног. С неестественной для себя прежнего грацией кошки, Эрен перескакивал с одного уступа на второй, пока краем зрения наблюдал как стоящий внизу противник опустил молоты на пояс и в его руках стали светиться искры молний. Частицы света и магии начали растягиваться, меняться и перерабатываться во что-то новое. С каждым мгновением как Эрен всё отдалялся и поднимался наверх, ему становилось более очевидным что это огромный лук появляется у него, где колчан со стрелами появился на правом бедре Небеснорождённого из всё тех же частиц магии, коих он ощущал.
Однако секундное замешательство чуть было не стоило альву головы. Запущенная на неимоверное скорости стрела просвистела над его головой, кою тот успел в последний миг отвести в сторону с траектории неожиданно быстрого выстрела. И только там, где-то высоко в небе, засиял голубоватый взрыв. Каждая стрела азирийцев пропитана силами молний и света, где даже пореза хватит чтобы ощутить мощь целой бури и режущего плоть ветра вдоль всего тела. А учитывая что в следующее мгновение ещё одна стрела натягивалась на блестящую серебром тетиву, то Эрену придётся ускориться.
Стрелы всё продолжали и продолжали пролетать мимо него, а сам он как горящий на сковороде гноблар извивался как мог чуть ли не изгибая конечности наизнанку для уворота от пролетавших под непредсказуемым углом стрел. Однако выше забираться было гарантированным самоубийством - попасть куда как легче, а стрелы могут попасть в стенки и в итоге альв потеряет любую опору под ногами. Придётся рискнуть и ударить врага так, чтобы была возможность сразу задеть смертельную зону в области слабо защищённой шеи - там находится только слой обычной кольчуги, кою пробить будет уже возможно.
Эрен отскакивает от стены и устремляется вниз мимо уха просвистела очередная стрела от Небеснорождённого и взрывом задела слегка каменную ограду, где раньше располагался альв. Если бы не всё ещё застрявший в руке меч, то тот явно стрелял в десятки раз быстрее. Так или иначе, но скорости свободного падения альву хватает чтобы наброситься на врага со скимитаром в руке и чтобы тот блокировал удар своим луком. Но чего явно не ожидал Небеснорождённый, так это как вместе с ударом его враг ударит ещё и вылезшим из носка сапога кинжалом прямо в горло. Больно было обоим - одному от вошедшей в горло стали, а второму от удара по всё же достаточно прочной кольчуге и ударившего в нос лука. Эрен был отброшен с звуком поломанного в его сапоге кинжала и еле успел перевернуться от ударившего об землю молота. Противник не торопился умирать - схватился одной рукой за кровоточащее горло и зажал, а во второй удерживал своё оружие как ни в чём не бывало.
Эрен снова подбирает скимитар себе в руки и устремляется вперёд. На последних рефлексах он проскакивает под горизонтальным взмахом руки врага и отрубает бившую руку по локоть. Заигрались в области пореза молнии, но вот самый ярки поток заиграл когда лезвие скимитара соприкоснулось с шеей врага и альв всем телом ощутил как уже пробил слой кольчуги и дошёл до позвоночника сквозь мышцы и сухожилия. Пульс тока прошёлся по всему его телу, а глаза накрыла белая пелена от яркой вспышки, где в потоке молний исчезло тело Небеснорождённого - он умер и Бог-Король не возжелал отдавать своего подопечного в руки врага. Хотя вряд ли в этом полуразумном конструкте остались хоть какие-то черты личности или задатки разумного создания. Самого альва это мало волновало, он просто приподнялся на двух локтях и с тяжким придыханием смотрел на дымящийся второй клинок, с лезвия которого испарялась кровь врага.
