Хотя нет, что-то определённо было. Тот самый значок, символ из второго кольца, который я так и не смог расшифровать. Он висел прямо на моем пути, не давая избавиться от боли, оставляя на этой стороне. Раздражение нарастало, хотелось сбросить остатки сознания и исчезнуть, а эта закорючка на эме-галь не давала, мешала.

Остатки прежних эмоций ещё оставались, и на этих остатках злости и раздражения, усиленных болью, я попытался символ стереть. Только он разгорелся, занимая все доступное мне пространство.

И тут я наконец его понял — не сам, будто помог кто-то. Это не была какая-то осмысленная фраза, а скорее — программная инструкция, которая предназначалась не мне лично, но для меня. Осторожно, чтобы не прервать ненароком почти закончившийся процесс издевательства над моим сознанием, я потянулся обратно, к самому себе. Вспыхивающие красные точки и тонкие росчерки между двумя огромными облаками почти исчезли, но ещё появлялись то там, то здесь. Я подтолкнул символ, и тот распался на два, встраиваясь своими половинками в каждый из облаков, а потом снова сливаясь в один. Почувствовал, что все сделал правильно.

И вынырнул из небытия.

Лежать было неудобно, Первый словно застыл все в той же позе, прижимая меня пальцами к плите, зато время вокруг текло в нормальном темпе.

Майя стояла рядом, приложив ладонь к моему лбу.

— Не дёргайся, уже почти все закончилось, — приказала она.

— Ты жива? — губы слушались с трудом.

— Заткнись и не мешай, — распорядилась брюнетка.

Странно, раньше в ней никакой силы не ощущалось, а теперь она словно сияла. Причём намного ярче, чем Даша или Ним — они тоже стояли рядом, но ничего не предпринимали. И во внешности Майи что-то изменилось, неуловимо, видимое только внутренним зрением — вот вроде та же самая девушка с захолустной планеты, и одновременно — другая, с татуировкой на черепе.

Облака в сознании заканчивали сливаться, оставалось совсем чуть-чуть, когда Первый дёрнулся.

— Ты, — прохрипел он, глядя на Майю. — Как тебе удалось?

Вместо ответа она выхватила откуда-то два черных кинжала и воткнула аватару бога прямо в глаза. Тот пошатнулся, и просто растворился в воздухе.

Без своих собственных глаз я видел не очень — точнее говоря, необычно, на триста шестьдесят градусов. По залу протянулись нити, состоящие из миллионов символов, они сплетались в узоры, заполняющие все пространство. Особенно плотно они собрались возле нашей небольшой группы — меня, Майи, Нима и Громеша. Уриши все так же лежали неподвижно, и хесе тоже — словно сознание потеряли все разом. Вместе с близнецами.

— Ну что же, осталось последнее, и можно открывать портал, — Майя похлопала меня по щеке. — Кир.

— Я здесь, госпожа, — Громеш подошёл к плите с другой стороны.

— Убей его.

Ним хотел что-то сказать, даже дёрнулся, чтобы Кира перехватить, но в последний момент остановился.

— Я дал клятву, — Кир говорил тихо, но твёрдо. — Я не могу это сделать, энси. Никто из нас не сможет.

— Давай, — повторила Майя, не обращая внимания на попытки меня спасти и на возражения. — Что за дурацкие клятвы, я тебя от неё освобождаю. Ты получил способности обратно, пора за это заплатить. В этот раз сделай всё правильно.

Кир повертел в руках чёрный кинжал, примерился, улыбнулся, и вонзил его в сердце.

В своё.

Тело Громеша с руками, удерживающими кинжал в груди, постояло секунду, а потом начало рассыпаться пеплом. Майя только усмехнулась.

— Дурак, — сказала она. — Честный дурак — таких у меня много. Похоже, придётся делать все самой.

— А без этого никак? — я попытался скатиться с плиты, но освобождать меня никто не собирался, тело так и оставалось словно приклеенным.

Майя посмотрела на чёрный клубок в своих ладонях.

— Нет, Марк, — серьёзно сказала она, — ты должен умереть при любом раскладе. Кто знает, что там задержалось в твоём мозгу, я пока не вижу причин тебя отпустить. Это не больно, просто вольёшься в тот массив сознаний, что уже есть. Станешь частью меня.

— Но ты обещала, — вдруг вступился за меня Ним.

— Не тебе, — Майя пожала плечами, совсем как человек. Странно, о ней как о человеке я уж не думал. — И потом, где ты видел, чтобы боги держали свое слово?

Она размахнулась, словно готовясь вогнать в меня это чёрное облачко, и тут я почувствовал, как что-то тяжёлое плюхнулось мне на грудь. И зашипело.

Не тяжёлое, а отожравшееся, поправил я сам себя машинально. Кот, оскалившись, следил за своей настоящей хозяйкой, готовый в любой момент пустить в ход когти и клыки. В весе и размере он прибавил существенно, похоже, в несколько раз.

— Вот даже как, — Майя отошла на шаг, посмотрела оценивающе. — Хорошо. Нашёл, кого выбрать.

И говорила она это совсем не мне.

Кот шипеть перестал, но с Майи глаз не сводил, стоило той приблизиться, снова оскалился.

— Ты ведь понимаешь, что я могу вас всех уничтожить, — протянула девушка, похоже, сама с собой разговаривала, или с котом. — Неблагодарные создания. Одному даёшь дар, он себя убивает, другого создаёшь, он на тебя кидается. Третий не может умереть достойно, как разумный человек.

— А ты разве не человек? — попытался и я встрять в разговор. — Ты же Майя, обычная девушка острова, или нет? И зачем нужно было это все разыгрывать?

— Чтобы попасть сюда, — обычная девушка с острова надавила мне на глазницы, я поморгал — глаза были на месте. — Ладно, ты тоже сыграл свою роль, хоть и был дерзок, медлителен и туп. Пришлось все делать самой, и то, вставкой в процесс объединения ты воспользовался в последний момент. Апа-Илту!

Ним поклонился.

— Ты знаешь, что делать. Портал открыт, но только в одну сторону, и только на один раз, так что постарайтесь все сделать правильно. Первый надёжно прикрыл галактику, сделал для себя, а получилось, что для меня. Стазис разблокируете сами, забирайте своих, мне они не нужны, и ящеров, их вроде не до конца убили, засунете в ваши капсулы, я ими заниматься не буду. Хесе оставьте, пригодятся ещё. Выход к вашему кораблю — в конце зала.

— А что со мной? — я кое-как слез с плиты, меня покачивало и тошнило. Попытался найти ядро, его почему-то не было.

— Ты теперь почти обычный человек, Марк, привыкай — это плата за жизнь. Что-то осталось, знание эме-галь я у тебя не могу отобрать, так что пользуйся, для этого ядро не нужно, и силы тоже. Можешь задать ещё один вопрос.

— Моя реальность, — становилось хуже, мне казалось, что я сознание сейчас потеряю. — Что с ней?

— Для тебя её больше нет, — Майя хлопнула меня по лбу, и я упал куда-то в темноту.

Вынырнул я из неё, судя по внутреннему будильнику, только через семь дней. Привычно попытался просканировать организм, и ничего — ядра больше не было. Странно было ощущать себя таким человечным, что ли. Я лежал в кресле, почти в неглиже — в трусах и майке с длинными рукавами, правую руку оттягивало что-то тяжёлое. Скосил глаза — шингалу был на месте. Причём почти полностью, в нем я чувствовал оба меча и браслет, вот только чем чувствовал, вопрос. Уж точно не пси-зрением, у меня его больше не было, словно ослеп. Попробовал создать простейшую схему, и тут меня ждал жестокий облом — нет, ничего не получалось. Я знал, как это сделать, но не из чего было. Пси-инвалид. Причём я отчего-то точно был уверен, что со мной фокус с золотыми пластинами не выйдет. Тут бы мне в панику впасть, но я не поддался.

В комнате никого не было, так что снова прикрыл глаза, и погрузился в привычный транс. В голове точно чего-то не было — модуля, прокладка между ним и исчезнувшим ядром тоже отсутствовала, но кто мешал мне создать ещё одну, такую же, раз самое ценное из умений осталось со мной. Представил себя, своё тело, что я хочу получить, крохотный символ появился, словно лампочка, освещая все внутри, каждую клеточку тела — медкапсула поработала на совесть, результаты я и сейчас мог видеть. Только раньше это получалось более цельно, что-ли, общая картина сразу проявлялась, а сейчас — как постепенно сканером просвечивали.