Я, теряя обувь, вылетаю из комнаты и, подхватив подол длинной юбки, бегу в обитель моего подопечного. У двери покоев Лелуша уже скопилось люди, они суетились, причитали, но ничего сделать не могли. Среди этих людей не было ни одного мага.

— Где герцог? — запыхавшись спросила дворецкого, который в этот момент увлечённо жестикулировал, объясняя придуманный им план спасения племянника Феликса.

— Господин ещё до завтрака отбыл во дворец, — с надеждой посмотрел он на меня.

— Плохо, — после моих слов глаза мужчины потухли, — родственная магия бы здорово помогла, но справимся и так. Отойдите! — растолкала соглядатаев и ухватилась за позолоченную ручку, по которой протекали разряды молнии.

«Аккуратнее, пожалуйста», — ойкнула, получив удар демоница.

«Прости».

— Пошлите за герцогом, — приказала прислуге, — в комнату без разрешения не входить, иначе можете проститься с жизнью. Чтобы здесь вас я не видела. Понятно! — властно понизила голос.

Протест затих в зародыше, и уже через десять секунд коридор пустовал.

«Пошли спасать мальчишку», — заворчала демоница.

Я только кивнула, прокручивать дверную ручку по часовой стрелки. Из комнаты льётся ослепительный свет, обжигая открытые участки кожи.

Красная дымовая змейка защёлкивает замок, и большие крылья с красно-фиолетовыми перьями расправляются за моей спиной. Комнату медленно заволакивает дым, погружая во мрак и постепенно гася яркий свет. По коже пробегает прохлада, покрывая уже довольно сильные ожоги ментоловой свежестью.

И вот, наконец, появилось возможность рассмотреть, что происходит. Лелуш завис в воздухе посреди гостиной. Из его груди, как из святого грааля безостановочно льётся золотистый свет. Головка запрокинута назад, глаза прикрыть, и только с губ слетает непонятная речь. Скорее всего что-то из древних писаний Создателя.

«Скорее, он на грани», — поторопила меня демоница.

Я сделала несколько шагов к мальчику и укутала его тело крыльями, заставляя светлую магию вернуться к владельцу.

Через некоторое время свечение затухает, и мы вместе с Лелушем опускаемся на пол.

Крылья для любого делирца — символ защиты и заботы. Возможно, ещё поэтому принцессу, что Дьявол одарил этим проклятье, так почитали. Защита и забота о Вратах Преисподней. Но для меня они всегда были символом свободы. И только сейчас, в этот самый момент, когда я гладила маленького мальчика по голове, пока он лежал на моих коленях, когда тревожные складки исчезли с его личика, когда дыхание выравнивалось, а древняя речь затихала, я почувствовала, что действительно способна дать умиротворение и спокойствие.

Ресницы Лелуша затрепетали, веки поднялись, и он посмотрел в мои глаза, которые наверняка светились бледно-голубым светом.

— Ты справился, отдохни. Всё самое страшное позади, — в один голос с Кейрой произнесла мы.

Маленький граф окончательно расслабился и вновь заснул. Светлая сила вернулась в тело владельца, постепенно вплетаясь в структуру его организма, вбирая частичку моей магии.

Более воздействовать мы не могли, иначе смешение противоположность будет только вредить. Дымка рассеялась, крылья исчезли, в темноте комнаты остались только два силуэта.

«Нужно звать герцога, он должен очистить его тело от тёмного влияния», — произнесла Кейра, пока я аккуратно перекладывала Лелуша со своих колен на слегка обгоревшую подушку. Я слишком ослабла, чтобы перенести мальчика на кровать.

— Надеюсь, Феликс вернулся, — поднялась и неровности походкой направилась к выходу, снимая защиту с дверей.

И вот уже практически выйдя в коридор, запнулась об оборванный подол длинного чёрного платья и начала падать. Упасть я упала, но не на пол, а в чьи-то крепкие объятия. Тело не слушалось, и я обвисла в мужских руках, слушая властно голос герцога, что раздавал указания. Невесомость. Феликс подхватил меня на руки, с каждым шагом отдалась от комнаты племянника. Всё было не так.

— Лелуш… — слабым голосов произнесла, цепляясь пальцами за тонкую белую рубашку.

— Не волнуйтесь, госпожа Дея. Я обо всём позабочусь, — где-то в отдалении услышала его уверенную речь.

Феликс вернулся в поместье сразу, как только получил послание. Принц, увидев тревогу друга, послал вслед за ним одного из королевских целителей. Дело предстояло сложное. Райдер хорошо помнил, как сам входил в силу, чувство и зрелище не из приятных. Хорошо, когда есть взрослый маг, который способен усмирить магию, а вот если всплеск переживать в одиночестве, поговаривают, можно умереть от болевого шока.

— Что происходит? — спросил герцог, влетая в дом, где в холле скопилось беспокойный народ.

— Госпожа Дея заперлась с молодым господином, велела послать за Вами и пока не тревожить, — вводил в курс дела дворецкий, едва успеваю за широким шагом Феликса.

На втором этаже, в крыле, где жил его племянник, царила темнота, несмотря на разгар солнечного дня. Багровый туман стелился по полу и стенам, полностью закрывая проход. При желании пробиться было бы можно, но герцог боялся помешать и сделать только хуже. Смирившись с ожиданием, он устало опустился на ступеньку, срывая очки с лица и передавая их дворецкому вместе с указаниями.

— Разгони людей, пусть вернуться к своей работе. Больше смотреть здесь не на что. А ещё подготовьте всё необходимое для госпожи Деи.

— Будет сделано, мой господин.

Уже позже, укладывая хрупкое тело девушки на её кровать, задумался о возможно самом удачном выборе за свою жизнь. Род Рольман перед ней теперь в неоценимом долгу. О чём и говорит покрасневшая кожа лица, плеч, ключиц и кистей Деи.

Невесомо коснулся пряди волос, что упала на глаза, вглядываясь в знакомые черты. Гувернантка племянника завораживала энергетикой, пленяла красотой и восхищала характером. От одного её холодного жеста хотелось упасть на колени и поклясться в вечной верности. Но ещё более ошеломлял нежный взгляд, адресованный Лелушу. Иногда герцог, наблюдая за этой парочкой, мечтал оказаться на месте мальчика, чтобы только ему принадлежали её расположение, благосклонность и симпатия.

Таких женщин Феликс никогда не встречал и будет дураком, если позволит ей упорхнуть из его поля видимости.

Герцог тихо поднялся и вышел из комнаты, пропуская мимо себя целителя.

Делир

Податливое женское тело извивалось в руках нового короля. Впадинка на спине покрылась испариной, а большая грудь колыхалась от каждой фрикции. Чёрные длинные волосы свисали, прикрывая черты лица девушки. Косточки лопаток и позвоночника двигались под тонкой, практически белой кожей.

Под Каспием была горничная, что грезила занять место рядом с ним на троне. Сколько их было? Десятки? Сотни? Не важно. Глупым мечтам безнравственных простолюдинок сбыться было не суждено. Только благородная кровь с сильными магическими корнями способна дать сильное потомство, наследника, что станет хранителем.

Он прекрасно это осознавал, но не упускать же добычу, что сама лезет в капкан. Да ещё и девушка слишком сильно напоминала Дейзи, от мыслей о которой приходилось трахать всех подряд. Её коснуться Каспий бы не смог. Когда же Генрих начал проявлять к сестре интерес, он решил, что отдаст её другу. Но это не мешала грязным мыслям смешиваться с похотью его демона, искать темноволосых красавиц с белой кожей и буквально сжигать их своей яростью изнутри.

Особу, что стонала прямо сейчас, король Делира отвернул от себя, лишь бы не замечать резких отличий. Большая грудь раздражала, родимое пятно на плече просто выводило из себя.

«Съешь её!» — нашёптывал возбуждённый демон.

И он сильно, практически до хруста тонких рёбер сдавил талию, громко шлёпнул свои бёдра о молочные ягодицы, проникая членом максимально глубоко, и с рыком вцепился в пятно на плече, прокусывая плоть. По спальне пронёсся женский крик. Она начала извиваться в попытках вырваться из его объятий. Но он держал крепко. Её животный страх впитывался в кожу, заставляя огонь возбуждения разгораться всё сильнее.