Но потом, когда подъехали к поселку Разметелево, и часть машин отсеялась — свернули через очередную развязку на Всеволожск, только теперь дорога на другое шоссе шла не по верху, а под Мурманкой, и ехать стало свободнее, Анна заявила, что голодна, так как проспала и не успела позавтракать. Пришлось сворачивать к заправке, и заодно долить топлива, но на заправке Анна есть отказалась, заявив, что хочет пончиков и чего-то горячего, так что пришлось свернуть к стоящему рядом павильону под названием «Помпончик», и покормить капризную девицу.

Дамир, плотно позавтракавший приготовленным милой омлетом, бутербродами с ветчиной и сыром, запивший все кофе со свежайшими круассанами из пекарни в соседнем доме, есть не хотел, но решил взять за компанию два пончика и стаканчик кофе. Его до сих пор поражало, что такой дорогой напиток, как кофр в Данарии здесь совершенно обычен и его варят даже на бензоколонках и выпить стаканчик кофе может и шофер-дальнобойщик и вообще любой человек. Пончики ему не очень понравились — кольца жареного в масле теста, посыпанные сахарной пудрой показались тяжелыми и невкусными, так что съев один, ко второму он не притронулся. Сестра Влада ему не понравилась тоже. Разбитная, вульгарная девица, со слишком малым количеством одежды на теле, при довольно большом весе. К тому же выкрашенные в ярко-рыжий, ненатуральный цвет волосы совершенно не шли к ее довольно простецкому лицу с курносым носом и полными щеками. Кроме того, она обильно полилась какими-то едкими духами и явно забыла про дезодорант, который Дамир уже успел оценить. И ярко накрасилась. Встретил бы такую деваху в своем мире — принял бы за проститутку самого низкого пошиба. Ела она жадно и некрасиво. Нет, они с Милой тоже ели фаст-фуд, как здесь назывался быстрый перекус. Но Мила даже от куска пиццы, который держала кусочком бумаги, или от их знаменитого гамбургера, умела откусывать так, что это выглядело элегантно, а Анна жадно ела, не заботясь о том, какое впечатление она производит, иногда даже чавкая и причмокивая, так что смотреть было противно. Да и ее полный бюст, почти вываливающийся из сидевшего в обтяжку открытого топа, напоминал две рыхлые булки, так же, как и выпирающие из коротко обрезанных шортиков почти не прикрытые ягодицы. Выглядело все неприглядно и отвратно. Дамир быстро выпил кофе, и заметил, что Анна схватила оставленный им недоеденный пончик и запихнула в рот.

— Обожаю пончики! — Заявила она, еще не прожевав еду.

Дамир решил, что с него хватит зрелища, извинился, вышел, и сел на свое место, за руль.

— Дура, ты что творишь? — как только за ним закрылась дверь кафе рявкнул Влад, — я что тебя просил? Пококетничать с Дамиром, привлечь его внимание, что бы он тобой слегка увлекся! А ты! Оделась, как проститутка с Лиговки, жрешь, как свинья, сиськи наружу выпадают, жопа не прикрыта! Я тебя предупреждал, кого соблазнить надо, а ты!!

— Не понимаю, чем ты недоволен? Все мужики на грудь и попу западают! Не заметил, что ли, как он на них смотрел!

— Смотрел, с отвращением, как на противное животное! Ты что, не поняла, он ПРИНЦ! Не какой-то там мажор из нуворишей, отец бывший фарцовщик, а он разгильдяй! Он настоящий принц! Он наследником престола был!! Ему на шею все красотки королевства вешались! Герцогини там, графини! Он на такую дешевку и внимания бы не обратил! А что мать скажет, когда тебя в таком виде увидит? И тебе крапивой по голому заду достанется, и мне плешь проест! Ты что, ничего больше с собой не взяла?

— Да взяла, взяла, конечно, хотела перед самым Бабино переодеться.

— Давай, топай в туалет, переодевайся! Скажешь, опаздывала, и напялила первое попавшееся на себя! Но первое впечатление все равно насмарку! Все испортила!

К удивлению Дамира, из кафе Анна вышла уже в другом наряде. Юбка, хоть и короткая, но все же прикрывала ягодицы, а сверху была туника, почти такой же длины, но с большим вырезом, то и дело сползавшим то с одного, то с другого плеча, обнажая бретельки лифчика, несвежие и слегка перекрученные. Было приличнее, но все равно, противно. К тому же, она уселась на переднее сиденье, рядом с ним, и скомандовала, словно личному шоферу: — Ну что сидим? Поехали!

— Извините, Анна, но не могу, вам следует сесть на заднее сиденье, а ваш брат сядет рядом со мной.

— Почему это? Вы меня боитесь, Дамир? Я не кусаюсь! И ваша жена ничего не узнает, не бойтесь!

Что спасло Дамира от оборота, он сам не понял. Наверное, брезгливость и жалость к деревенской дурочке, вздумавшей соблазнить его. Но разозлился он знатно.

— Влад, почему ты не садишься! Поехали уже!

— Анна, ты заняла мое место. Дамир не может ехать, если меня нет рядом!

— Но я хочу ехать на переднем сиденье! На заднем у меня ноги не помещаются, слишком длинные!

Дамир подавился смешком. Вот самомнение!

— Анна, — он постарался прекратить пререкания, — вы на юридическом учитесь? Значит, должны с уважением относиться к закону! Я не имею удостоверения на право управления автотранспортом, и без Влада, который является моим инструктором, выезжать на дорогу не могу. Поэтому мы будем стоять, пока вы не пересядете!

Анна, наконец, с оскорбленным видом, пересела на заднее сидение.

— Влад, подвинь сидение назад! Мне тесно! — капризным тоном заявила девушка.

— Не могу, Аня. Дамир еще неопытный водитель. Мне нужно пространство, что бы была возможность перехватить управление. У тебя целое сидение, так что располагайся там, как хочешь!

Наконец, тронулись.

— Никогда бы не подумала, что вы неопытный водитель, Дамир — изрекла Анна, когда они пересекали Неву по большому мосту. — Вы ведете машину очень уверенно. А этот автомобиль ваш?

— Нет, он принадлежит Александре Филипповне.

— А вы тоже у нее работаете?

— Да, я ее секретарь.

— Анна, не отвлекай Дамира, впереди пост ГБДД! Правильно, Дамир, надо сбросить скорость!

Анна на время притихла, но когда проехали Синявино вновь оживилась.

— Дамир, а это правда, что вы не из этого мира?

Дамир зло глянул на Влада и процедил: — Правда.

Вмешался Влад: — Анна, я просил не болтать о некоторых вещах!

— Ну не знаю, твой Серж мне рассказывал, что у твоей Александры внучка вышла замуж за иномирянина!

— Где он тебе это наболтал?

— Ну, пригласил на свидание, и рассказал! Что из другого мира, и дракон! Дамир, вы и вправду дракон? И обернуться можете?

— Вот, прямо сейчас! — рявкнул Дамир, — на дороге! И от машины и от вас мокрое место останется!

Влад понял, что пора заканчивать болтовню, в то его сестра, оказавшаяся полной дурой наболтает слишком много!

— Анна — строго сказал он — я предупреждал, что о моей работе болтать не следует, особенно в деревне, с соседками. Доболтаешься, что меня из-за ваших сплетней уволят, кто за обучение твое платить будет? Бесплатно-то ты не потянешь!

— Все-все, Влад, молчу, как рыба! А на Сержа не сердись, он посчитал, что я своя, вот и сказал!

Дорога была довольно утомительна, почти все время прямая, с несколькими сложными поворотами. И вскоре ехать стало труднее, так как шоссе сузилось до двух полос. Иногда впереди оказывался какой-то тихоход, и приходилось обгонять, иногда по три-четыре машины сразу. Дамир устал. Влад это почувствовал. И в деревне Кисельня предложил свернуть к магазину фирмы «Лента», стоящему прямо на дороге. Надо было съехать в небольшой карман и припарковаться. Дамир с удовольствием вылез из машины и размял затекшее тело. Влад с Аней пошли в магазин, купить матери продукты. Влад спросил, что взять ему, Дамир попросил бутылку негазированной воды. Вернувшись с подозрительно брякнувшими мешками, Влад категорически не разрешил Дамиру продолжать путь.

— Ты устал. А это опасно. Так что до деревни доеду я сам, ты отдохнешь, а обратно попробуешь проехать весь путь до города! В субботу вечером движение не такое интенсивное. Хорошо?

Пришлось согласиться. С учителем не поспоришь. Деревня Бабино располагалась на высоком берегу Волхова, недалеко от городка Волхов. Деревней в классическом понимании ее назвать было трудно. Много больших домов, больше напоминавших коттеджи в Комарово, может, чуть менее помпезные, привычных огородов с капустой, картошкой и морковью сохранилось мало. Только у некоторых домиков больше напоминавших крестьянские избы, чем окружающие дома. У тех были не поля картошки, а газоны, альпийские горки, декоративные прудики и цветы. У некоторых теплицы, у особо склонных к земледелию были и грядки, но больше напоминавшие клумбы, в аккуратных окантовках из брусков, бревен, железа, или пластика. Большей частью там росла земляника, которая буйно цвела, радуясь необычным в северном крае теплым дням..