Я отметил три момента. Третий состоял в наличии аж четырёх жриц вместе с нами в помещении, две из которых принялись очень ловко избавлять меня от одежды, не вызывая моих возражений. А другие две помогали снять накидку с Алимэитэ.

Ещё Агнес научила меня, что почти обнажённые женщины привлекательны в гораздо большей степени, чем совсем без облачения. Конечно, это не относится к событию, когда в порывах страсти ты избавляешь свою избранницу от ставшей ненужной одежды, но между этими двумя моментами может пролегать огромная временная пропасть. С Алимэитэ размер этой пропасти был к тому же осязаем, но практически не скрытая нагота подтверждала мои вкусы.

Таких тканей не было в нашем мире. Да я и не мог представить оправданность их существования, до тех пор пока не увидел воочию на таком до дрожи впечатляющем примере. Жрицы Родственной Богам избавили свою Госпожу от верхней накидки, оставили только бельё. Как я понял, таким образом было соблюдено одно из многочисленных правил этого места - Матерь Аэльвэ не появилась перед посторонним обнажённой.

- Ты выполняешь важное дело для нашего народа, при этом испытываешь значительное напряжение. Моя обязанность как Хозяйки помочь тебе.

В сопровождении своих служанок она проследовала к воде. Так и хотелось поинтересоваться у неё, не слишком ли она припозднилась с помощью. Только это было бесполезно, как уже заметил, моё недовольство будет проигнорировано. Лучше я сконцентрируюсь на самой Сиятельной.

Чтобы мне не терять из вида матриарха, мои помощницы повернулись вслед за ней, не забыв и меня направить. Когда Алимэитэ уже была в воде, меня тоже аккуратно подтолкнули к купальне. Не знаю, зачем с бытовой точки зрения мыть ту, даже пыль к которой вряд ли может пристать, но с эстетической стороны - делать это непременно надо. Особенно делать это нужно таким умелым мастерицам как жрицы.

То, как они обтирали тело своей хозяйки, не позволяло мне отвести взгляд. Глазами я впитывал каждое малое действие ловких изящных ручек. Жаль, я не могу видеть сейчас лица самой купаемой, чтобы понять, что она чувствует в данный момент. Сам я уже испытываю приятную негу во всём теле. Две моих помощницы незаметно для меня самого занялись моим телом с не меньшим энтузиазмом.

Я даже не успел толком понять, что под руки был перемещён и водружён на ложе, удачно повёрнутое к купальне боком. Сумел поймать тот момент, когда Алимэитэ повернулась ко мне лицом.

Взглянула на меня лишь мельком, но по телу прошла волна жара. До невозможного сильные руки хрупких женщин передавали мне касания, повторяющие такие же другой пары, продолжавшей поглаживание тела Госпожи. Это уже были не обычные касания, это была ласка, направленная на получения удовольствия. Ощущал это всем телом и дрожал от наслаждения.

Уже не мог сдерживаться! Истома переполняла меня, желание жгло чресла. Хотелось самому потянуться вниз, но жрицы, в моменте близкие к Богине Любви, стояли так некстати для меня с двух сторон, занимаясь моими грудью и руками. Точно, как и истязательницы рядом с обнажённой Полубогиней.

Они ласкали Её грудь! Изгибы форм, светлые ореолы и аккуратные слегка заострённые сосцы.

Взять! Вот что кричало у меня в голове. И только охлаждающее чувство со стороны Лины и мимолётный страх удержали меня от поспешных действий. Зрение само собой перешло на восприятие Силы, и я увидел нечто.

Сиятельная блистала буйством потоков. Мана жгутами закручивалась вокруг неё, разбегаясь волнами в стороны. От Алимэитэ, представленной энергетической формой точно такой же прекрасной девой, отходили жгуты Силы, продолжающие её развевающиеся словно на ветру волосы. Часть из них соединялась со жрицами, заполняя их ауры точно таким же цветом Силы, а часть свободно колебалось на нитях маны.

Большая их часть была направлена ко мне, словно призывая. Именно это меня напугало, и это же послужило для Алимэитэ поводом оттянуть этих своевольных змей, спрятать. Но мне хватило мига, чтобы осознать опасность слияния с этой женщиной.

Она с истинным удовольствием откроет себя для меня. В этом её суть, её призвание. Но в то же время, таким образом Сила этой женщины может заполнить меня так, что я уже не смогу сделать шаг назад.

Стоит только взять её Силу, и я рискую потерять своих женщин.

Это остановило меня, но не охладило. Алимэитэ очень хотела продолжить, но опять на своих условиях. Своим странным путём. Она развернулась ко мне спиной, и одна её рука вдруг скрылась за покатым бедром. Её локоток начал двигаться, а я вздрогнул от ловкого прикосновения к самому горячему месту моего тела.

Дальше всё слилось в короткий миг наслаждения, окончившегося ощущением того, что мой живот очищают от горячего семени. Я ещё отходил от произошедшего, когда Алимэитэ молча покинула зал для омовения.

“У тебя был очень насыщенный впечатления опыт. Я жажду подробностей, дорогой мой”.

Голос Ангелины напомнил мне, какая у меня понимающая жена, и как близко я был к возможности её потерять. Ради чего?

“Теперь я точно уверен, что нас не просто так подвергают испытаниям. Алимэитэ точно в игре, хотя я до этого сомневался”, - начал посвящать супругу.

“Сомневаюсь, что без её ведома что-то происходит в этих стенах. Но давай подробнее, я тебя внимательно слушаю.”

После подобной встряски, что печально, я не чувствовал снятия эмоционального напряжения. Хоть бы общение с супругой как-то помогло.

Не мог в достаточной степени порадоваться тому факту, что с Цэлиэнель вышло в итоге договориться. Жёстким способом, случайно и через одно место, но что-то иначе достигать значимых результатов с женщинами у меня до сих пор не получалось. Может, я не правильно ставлю для себя конечные цели общения? Да, пусть его!

Наша остроухая помощница сумела справиться с задачей выяснения информации о Тэали и её хозяине, формально им не являющимся, а номинально имеющим полное право распоряжаться всеми своими слугами, как личным имуществом лишь с малым рядом ограничений. Например, если Кэндиэл решит просто убить свою служанку, его могут спросить: «За что?». Ответ должен быть веский, если он не понравится надзирающим, то эла Мэитэ ждёт большой штраф. Не более.

Что-то подобное я и подозревал. Чего не знал, так это уровень охраны — о наличии я подозревал — которая бережёт мой покой на специально выделенной мне территории. То, где я обитаю, это даже не мужская половина, а моя личная. Цэлиэнель очень хотела ко мне пробраться, не только для отчёта, но особенно из-за моей деликатной проблемы в отсутствии нормального женского внимания. Выполнить она свою задумку не могла, так как даже чудесная невидимость не могла укрыть её от наблюдателей.

Отдельно Цэлиэнель отметила чудом добытые слухи о том, что Тэали слывёт среди мужчин неотразимой. Красивых женщин вокруг много, в том числе и человеческих. У альвов нет проблем, чтобы найти себе подобную пару на ночь, хотя и проводят они так досуг куда реже людей, но даже среди ценителей отмечают особую притягательность этой особы. Как-то она действует и на меня, и это точно не магия. В присутствии Алимэитэ, кстати, это влияние пропадает.

Не просто так Тэали оказалась недавно в нужное время в нужном месте: передо мной в столь притягательном виде. А потом появилась Алимэитэ. Можно было бы подумать, что это её работа, когда бы не разговор с Кэндиэлом, который он начал после завершения сегодняшнего сеанса лечения.

— Должен признать, что твой метод лечения работает, — начал фразу мужчина, уже ощущающий изменения в своём Даре, — Мне приходится многое на себе испытывать, но твой уровень контроля во время оперирования вызывает уважение.

Я кивнул, признавая очевидное. Это явно не было обычной раздачей похвалы, поэтому ждал, пока исцеляемый перейдёт к сути. Тем временем баловался приятным напитком, который распробовал за время пребывания в этих стенах: какая-то смесь выжимки местных фруктов с добавлением специй. Недурно.