Время шло, и его нервозность с каждым мигом возрастала. Другие гости выставки, высокопрофильные личности, известные художники, арт-критики и коллекционеры обсуждали картины, шутили, обменивались множеством слов, но Мирон ощущал себя будто в вакууме. Его взгляд, как магнит, постоянно скользил по всему залу, выискивая её. Стеша. А может, это был просто бред? Может, она так и не придёт? Может, она не захочет приходить, или, наоборот, всё это просто игра, в которой Мирон стал фигурой, забытой на поле? Все эти мысли, эти сомнения не оставляли его, как чёрные тучи, что сжимаются вокруг головы.

Он вдруг почувствовал, как сердце забилось сильнее, и в этот момент его взгляд остановился. На входе в галерею появилась женщина, и Мирон интуитивно понял, что это она. Стеша.

Она появилась на фоне стеклянных дверей, и хотя она не заметила его сразу, его мир на мгновение остановился. Она была в красном платье, не слишком ярком, но притягивающем взгляд, с длинным разрезом на бедре и открытой спиной. Её походка была лёгкой и уверенной, и, несмотря на то, что её лицо ещё не было видно, Мирон уже знал — это она.

Как только она переступила порог, Мирон почувствовал, как его дыхание сбилось. Нервозность сменилось настоятельным желанием подойти к ней. Он почти забывал, где находится, кто вокруг и почему он здесь. Он никак не мог представить, что будет говорить, но всё равно шагал в её сторону, чувствуя, как её приближение наполняет воздух какой-то магией.

Стеша тем временем осмотрела зал, несколько раз окинула взглядом картины, на которые обратили внимание другие гости. Она не сразу заметила его среди толпы. Когда её взгляд пересёк его фигуру, Мирон в этот момент уже стоял почти прямо перед ней.

— Привет, — сказал он, тихо и спокойно, несмотря на все внутренние волнения.

Стеша удивлённо приподняла бровь, оглядывая его с головой до ног, не сразу узнав. Но когда её взгляд остановился на его лице, она, очевидно, поняла, кто это. Мгновение молчания, и она чуть приподняла уголки губ, делая небольшой шаг назад.

— О, вы… Вы тут? — её голос прозвучал неожиданно ровно, не выдавая эмоций.

Он сделал шаг навстречу, стараясь не выдать своей тревоги. Сердце сильно билось, но он решил всё же продолжить разговор.

— Да, я тут. Услышал от коллег, что в Питере намечается интересное мероприятие и решил посетить. Вы тоже интересуетесь искусством?

Стеша покачала головой, снова улыбнувшись, но её взгляд был немного настороженным. Как будто она не совсем уверена, что этот разговор был таким уж случайным.

— Чисто как любитель, — ответила она с лёгкой иронией, но, несмотря на это, в её глазах было что-то такое, что привлекло его. Возможно, это был её спокойный, немного настороженный интерес.

— Я, правда, не ожидал вас здесь увидеть, — сказал Мирон, пытаясь придать разговору лёгкости.

Стеша внимательно посмотрела на него, как будто изучая. Мирон заметил, как её глаза меняются, как она немного расслабляется, но остаётся настороженной, словно чувствует некую скрытую угрозу. Всё это делало её ещё более привлекательной.

— Я просто подумала, что такая выставка — это шанс увидеть что-то новое, — сказала она. — Не часто бывает такая возможность, не так ли?

Мирон кивнул. Он ощущал, что это было не просто о картине. Это был какой-то тонкий намёк. Стеша как будто вела игру. Он был рад её вызову.

— Вы правы. Это действительно редкость. — Он взглянул на неё, давая понять, что и сам рад этой встрече. — А вам нравится стиль этих художников?

Она на секунду задумалась, взглянув на работы вокруг, как будто пытаясь ответить честно.

— Да, это интересно, — сказала она, в её голосе звучала скрытая оценка. — А вам?

Он внимательно посмотрел на неё, а потом ответил с легким оттенком улыбки:

— Мне тут нравится всё. В том числе и вы.

Она снова удивлённо взглянула на него, но теперь она уже не пыталась скрывать своего интереса. Было ощущение, что они стояли друг против друга, но на одной волне, играя в свою небольшую скрытую дуэль.

— Мне приятно это слышать, — наконец, сказала она, и её голос стал мягче. Она отошла чуть в сторону, осматривая картину на стене, оставляя Мирона с неясной загадкой в глазах.

Мирон наблюдал за ней, чувствуя, что её присутствие, её лёгкость и одновременно скрытая напряжённость только подогревают его интерес. Это была не просто встреча, это был момент, который он ощущал всем телом, всем своим существом.

Пока Стеша продолжала осматривать картины, Мирон не мог отвести от неё взгляда. Это была та женщина, которую он искал, к которой он стремился. И теперь, казалось, настал момент, когда их пути пересеклись.

Он подошёл ближе, не в силах устоять перед притяжением.

— Я рад, что встретил вас здесь, Стефания. — Мирон наконец решился на более личный подход, готовясь к следующему шагу в их неясной и напряженной встрече.

Когда Стеша увидела Мирона вживую, внутри её буквально перевернулось всё. Она почувствовала, как сердце учащенно забилось, а дыхание стало немного прерывистым.

Мирон был потрясающим, и это сразу бросалось в глаза. Всё, что она видела на экранах и в публикациях, было лишь поверхностью. В реальности он был ещё более харизматичным, с таким сильным и уверенным взглядом, что Стеша даже слегка растерялась. Он был не просто красивым — он был «поглощающе» красивым. Всё в нём, от его уверенной осанки до того, как он двигался, как он разговаривал — создавали ощущение, что этот мужчина привык быть в центре внимания и всегда получал то, что хотел.

Не поддаваться эмоциям было сложно, но она постаралась скрыть это. В конце концов, она была здесь не для того, чтобы позволить себе быть пойманной в сети искушений. Она собиралась оставаться наблюдателем.

Когда Мирон заговорил с ней, она не сразу ответила, давая себе пару секунд, чтобы осознать происходящее и не выдать себя. Этот момент, когда они стояли рядом, на фоне чужих разговоров, картина, которую все обсуждали, казался ей таким хрупким и важным. Она не могла позволить ему увидеть свою слабость, своё восхищение. И уж точно считала неуместным вести себя как обезумевшая фанатка и восторженно отвечать что-то вроде «О, Боже! Я так счастлива,не верю своим глазам!» — хотя очень хотелось сделать именно так.

— Я рад, что встретил вас здесь, Стеша, — сказал он с лёгкой улыбкой, и его голос был уверенным, но с каким-то тоном, который пробудил в ней любопытство.

Она подняла бровь, немного наклонив голову, и оценивающе взглянула на него. Он был одним из тех мужчин, которых сложно не заметить — высокий, с уверенным шагом, что-то дикое в его глазах, неуловимая смесь силы и некоего лёгкого замешательства. А глаза… Когда он смотрел своими темно-голубыми глазами, казалось, что он смотрит прямо в душу.

— О, ну ты явно не ожидал, что тут встречаешь женщину, которая не побоится тебя осудить за фальшивую скромность, — сказала Стеша с искоркой в голосе. Она не собиралась позволить ему спокойно скользить по её восприятию, поэтому перешла в наступление. Лучшая защита — это нападение.

Мирон рассмеялся, и в его взгляде мелькнула искренняя признательность за её прямоту.

— Не думаю, что могу скрывать свою симпатию, даже если бы попытался, — сказал он, не отходя от темы. — Но ты меня как-то озадачила. Вижу, что ты не так проста, как кажешься.

Стеша покачала головой и усмехнулась.

— Ты прав. Простые ответы — это не моя стихия.

Мирон не отступил. Он не был тем мужчиной, который легко сдаётся. Он выглядел уверенным, как всегда, но сейчас что-то в его глазах изменилось. Он заметил её сдержанность, понял, что она не будет сразу открываться. И это его только подогрело. Он, похоже, знал, как развеять этот барьер.

— Вы знаете, мне всегда было интересно, как по-разному воспринимают искусство. Я часто сталкиваюсь с людьми, которые просто приходят на такие выставки, чтобы быть «в тренде». Но у вас, похоже, взгляд более глубокий, — сказал он, подходя чуть ближе. Его интонация была лёгкой, не давящей, но Стеша почувствовала, как его слова будто скользят по ней, оставляя лёгкий след.