Марчел сегодня призналась, что брак Грегори трещит по швам. Его жена на прошлой неделе уехала к родителям. Ей надоели его постоянные отлучки. Ещё и Филипп, муж Марты, присоединился к кузену.
— Да какие у нас проблемы, — усмехается, — всё от скуки и от делать нечего. Было б чем заняться, глупость всякая не лезла б в голову. Я давно говорила Апрель, ребёнок нужен. А она всё "я молода, успеется". Пусть звучу, как наша бабушка, но где это видано, чтоб ребёнка не хотеть в супружестве. Если только проблема есть. В противном случае нечего замуж торопиться. Знаешь, как Грег смотрит на Роджера? Ой, ну их, — замолкает.
Смотрю, как ползёт какая-то букашка по пирожку, торопится куда-то, потом сползает аккуратно с пирожка на тарелку, потом на стол. И далее двигается вдоль щелки в столешнице в направлении, известном только этому жучку. Ему отчего-то не спится тоже.
— Марка я знаю лет с десяти, — врывается в мои мысли голос Марты, — ты же гораздо позже сюда приехала. Накануне сезона. Он всегда производил впечатление несколько отстранённого человека. Со всеми держался ровно. Я бы даже сказала прохладно. Про него много в своё время ходило слухов. Даже то, что он причастен к смерти жены. Но Грег ему доверяет. Он редко ошибается в людях. И Марк его пока ни разу не поводил.
— Каким образом это соотносится с нашими отношениями? — хмыкаю.
Про слухи я наслышана весьма. Как только свет узнал, что я выхожу за него замуж, каждый хотел чем-то поделиться о нем. Люди падки до сплетен и любят пикантные подробности. Одни говорили, что Марк столкнул жену с лестницы. Вспылил из-за какой-то ерунды и столкнул. Или просто толкнул, она упала, и из-за этого начались роды. Слуги слышали, как они ссорились, кричали в кабинете. А слуг не проведешь. Но обширные связи Сторенджей замяли данное дело.
Другие рассказывали, что Маркус души не чаял в своей жене. И когда та умерла, в результате так несвоевременно начавшихся родов, то чуть не сошёл с ума. Сразу после похорон подался на службу к королю и отправился в свой первый военный поход. Там, вероятно, и познакомился с Грегом. Впоследствии служение королю на боевом поприще он сделал своей основной профессией.
Но все слухи сходились в одном. Жена Марка, Марго, умерла родами.
— Я про то, что твой муж не любит проявлять эмоции, — продолжает Марта, — но то, что я видела, когда вы были вместе… То, как он вел себя при тебе, смотрел на тебя… Я бы определённо не назвала это безразличием. Может, он действительно думает, что так тебе будет лучше? Поэтому гонит.
— Может. А будет ли?
— Никогда не узнаешь, не попробовав.
— То есть ты мне советуешь уехать?
— В любом случае, если не получится жить отдельно, можно вернуться.
— Не знаю, — вздыхаю. Смотрю на свою чашку с остывшем чаем, держа её двумя руками и медленно поглаживая краешек большим пальцем левой руки, — особенно насчёт вернуться. К тому же я заварила кашу с его восстановлением и как теперь уезжать?
— Ну и что? Ты сама сказала, что ни в чем не принимаешь участия. Даже массаж ему делает обученная донна. Сварт не нуждается в опеке и контроле. В конце-концов, у Маркуса рядом мать. Поль, — накрывает мою руку своей, — Что с ним, что без него тебе плохо. Так ты думаешь? — киваю, — Так. С ним это уже проверено. Сейчас тебе плохо. Проверь без него.
— И куда мне податься? — вскидываю взгляд на сестру, — Уж лучше так с Марком, чем вернуться к отцу.
— Переезжай к нам, — наклоняется вперёд, воодушевляясь, — правда. Отвлечешься от Марка. Приведешь, может, мысли в порядок. Вдали от него. Можешь, в конце концов, не рвать отношения окончательно. Скажи ему прямо, что хочешь попробовать пожить без него.
— Он будет несказанно рад, — выдаю с кислой миной, — и предложит больше не возвращаться.
— Да что угодно пусть предлагает. Он же сам говорит, что хочет, как лучше для тебя? Вот так и делай!
Может и правда так поступить?
Вдруг он изменит своё отношение ко мне, если действительно любит. Или я изменюсь. Избавлюсь от страха и зависимости. Или всё вернётся на круги своя.
Думаю, стоит посмотреть, что из этого выйдет.
Глава 9
2 года назад. Вилинт-парк
— Представляете, сеньор Пурье в скором времени женится на Миледи Ронсон, — щебечет привычно Миранда, — они объявили о своём решении вчера на балу у Хьюветов. Нет, вы представляете? — хихикает, прикрываясь веером, — это над! Более смехотворной пары я не видела. Он же ниже её ровно на голову!
— Счастье не в красоте, Ми, — возражает Марчел.
— Извините, конечно, тётушка. Но я бы к вашим словам отнеслась скептически, — Миранда намекает о внешности Марчел и её мужа. Оба были не дурны собой, особенно в молодости, — К тому же, говорят, её прельстило его большое состояние, а не рост. А люди не будут говорить попусту.
Мы идём по главной аллее парка. На мой взгляд его легендарность слишком преувеличена, либо она заключена не во внешнем виде, а во что-то другом. Обычные аллеи, ни чем не примечательные деревья, зелёная, как и везде трава. Много людей. Многие из которых мне не знакомы. Я бы даже сказала основная их масса. Тётушка без устали кивает встречным, приветствуя. С кем-то останавливается на непродолжительный разговор.
Но мне хорошо и спокойно. Здесь много зелени. Как в деревне. Лишь дорожки затянуты в камень.
Погода благоприятствует нашей неспешной прогулке. Мягко светит солнце, проникая сквозь пушистую листву над нашими головами и ласково касаясь лица. Под его теплом и светом хочется блаженно зажмуриться. Моя шляпка в руке. Изредка моей оголенной кожи касается лёгкий ветерок, играет в волосах и затем уносится ввысь, запутываясь в кронах деревьев. Только здесь и сейчас я понимаю, насколько устала от каменного города, от его духоты и палящего солнца. Понимаю, как тут хорошо.
— О, синьор Маркус, какая встреча! — врывается в мои мысли визгливый возглас Миранды, выдергивая из блаженного оцепенения. Перед нами стоит граф Сторендж с моим недавним знакомым Вертеном.
— Миледи, — короткий поклон в нашу сторону, стало быть в знак приветствия нас, молодых, — Приятно видеть Вас в добром здравии, леди Свифгард, — целует протянутую руку тётушки.
— Взаимно, Маркус, — расплывается в улыбке Марчел и обращается к его спутнику: — Вертен, ты заметно подрос и возмужал с нашей последней встречи.
— Вы как всегда вгоняете меня в краску, леди Свифгард, — отвечает улыбкой на улыбку Вертен. Смущенным он точно не выглядит.
— У Грега, надеюсь, всё разрешилось благополучно? — интересуется Сторендж, беря тетушку под предусмотрительно подставленный локоть, и мы всей честной компанией продолжаем прогулку. Миранда придвигается ближе к старшим. Вертен же оказывается подле меня.
— Да, всё в полном порядке. Он вчера прислал посыльного, Апрель значительно лучше. Вы мне лучше расскажите, как Вас занесло в парк. Вы, насколько мне помнится, не любите пешие прогулки.
— Отчего же не люблю? Просто времени как-то всё не было.
— Ох, сколько я раз вам с Грегом говорила, заканчивайте эти ваши походы с делами, — ступает Марчел на своего любимого конька, — наследством, деньгами не обделены, слава Храму. До старости хватит. И потомкам достанется. Что ещё вам нужно?
— Вы предлагаете поселиться в имении, коротая время наездами в город ради балов во время ежегодных сезонов и наживая приличные округлости в талии?
— Маркус, вы неисправимы. Пора уже обрести наконец-то семью, обрасти детьми и не страдать всякой глупостью.
— Ну, положим, сын и семья в его лице у меня есть, поэтому имею право.
— С ним бесполезно спорить, леди Свифгард, — произносит Вертен, — если граф Сторендж что-то решил, то хоть танцуй, хоть пляши, то так и будет.
При этом юноша странно посматривает на графа. Такое ощущение, что он говорит это с каким-то подтекстом.
— Приведи мне хоть один разумный довод и тогда поговорим, — жёстко парирует Маркус.
— Представляете, он вчера заявил, что мне категорически рано жениться, — восклицает Вертен, — но кому сейчас нужна военная карьера? Кому образование? Я всю жизнь учусь. Грамоте, этикету, истории, военному искусству. Может я мечтаю стать земледелом, а не мореходом или военноначальником?!
