– Отдыхайте! Я все тут приберу, – бросила ей вслед Ирина.

Паша протянул руку к графину, но она его резко осадила:

– Куда? Не вздумай больше пить, нам еще назад по ночи ехать. Не забыл?

Они еще немного посидели за столом, негромко переговариваясь и прислушиваясь к шорохам в хозяйской спальне. Когда наконец все стихло, Ирина проговорила:

– Иди проверь, как там наша спящая красавица.

– Да рано еще. Давай подождем, – проговорил Паша и сладко зевнул.

– Иди! – твердо сказала жена.

Паша с недовольным видом поднялся и тихо прошел в хозяйскую спальню.

Через пару минут он вышел, бледный как полотно, с выпученными глазами и трясущимися руками.

– Ирка, бабанька не дышит. Кажется, она мертва, – хриплым голосом проговорил он.

– Что?! – воскликнула Ирина, схватила свой телефон, включила на нем фонарик и быстро направилась в спальню хозяйки. Муж оказался прав. Евдокия Ильинична была мертва. Она лежала со спокойным выражением лица, словно спала. Лишь рот был неестественно широко открыт.

Выйдя из комнаты Ирина дрожащими руками набрала телефон Рожкова. В трубке долго слышались длинные гудки, но наконец раздался недовольный сонный голос.

– Слушаю, кто это?

– Иваныч, сука, ты что нам за таблетки дал? – заорала Ирина.

– Кто это? Ирка, ты что ли?

– Я что ли. Бабка умерла от твоих таблеток. Решил убийц из нас сделать? Хочешь вообще повязать по рукам и ногам? Этот номер у тебя не пройдет, я….

– Да заткнись, ты, дура, хоть на минуту! Дай подумать, – рявкнул Рожков. – Послушай, это обычное снотворное из аптечек спецподразделений. Предназначено для быстрого короткого сна в условиях стрессовой ситуации. Они абсолютно безвредны. Действуют в течение двух часов. Потом человек просыпается выспавшимся и отдохнувшим как после десятичасового сна.

– Да? То есть они рассчитаны на здоровенных мужиков! А что насчет старухи, которую ветром сдувает? Ты об этом не подумал?

–Так, Петрова, кончай истерику и возьми себя в руки. Что сделано, то сделано. Точка. Лучше ответь мне. Вас кто-нибудь видел?

– Нет.

– Картина у вас?

– Да

– Отлично. Тогда давай без паники! Ей девяносто с лишним лет. Никто не удивится, что она умерла. Вскрытие делать тоже никому в голову не придет. Но на всякий случай приберись в доме. Отпечатки, следы и так далее. Потом быстро валите из города. По ночи лучше долго не мотайтесь, чтобы вас гаишники со скуки не тормознули. Остановитесь где-нибудь в укромном месте и дождитесь утра. Только потом двигайте домой. Как приедете, позвони мне. Я во всем разберусь. Все понятно?

Ирина в ярости нажала кнопку отбоя и сунула телефон в карман брюк.

Пока она разговаривала по телефону, Паша уже успел снять со стены «Адские врата» и повесил на освободившееся место «настоящий шедевр» с накренившейся на волне яхтой.

Руководитель «Подразделения Специальных Технических Мероприятий», генерал-майор Василий Федорович Мирошкин сидел за широким столом и внимательно читал докладную записку, предоставленную его замом, полковником Валентином Юрьевичем Мирадзе. В какой-то момент генерал крякнул, поправил очки, покачал головой, бросил короткий взгляд на зама и продолжил чтение. Валентин Юрьевич, несмотря на тучное телосложение, уже десять минут неподвижно сидел перед начальником с прямой спиной, втянутым животом и непроницаемым выражением лица. Он в сотый раз невозмутимо разглядывал своего начальника. Высокий, поджарый, седая копна волос, вечно строгое, словно вырезанное из дерева, лицо и большие волосатые кисти рук, в которых он сейчас с остервенением сжимал два листа докладной записки. Поговаривали, что большую часть службы Василий Федорович провел на западе, в качестве резидента Советской, а потом и Российской разведки. Доподлинно этого, разумеется, никто не знал, но такие слухи упорно ходили среди его нынешних коллег. Так же поговаривали, что он, будучи уже пенсионером, солил на даче огурчики, когда был вновь призван на службу по личной просьбе министра внутренних дел. Ему было поручено возглавить при МВД новую структуру – «Подразделение Специальных Технических Мероприятий» или сокращенно «ПСТМ». По замыслу создателей подразделение должно было стать «непреодолимым барьером на пути расползающейся криминальной коррозии в области современных технологий».

В ожидании, когда шеф наконец закончит читать, Мирадзе обвел взглядом знакомый кабинет. За три года после прихода Мирошкина в нем ничего не изменилось. Строго, безвкусно, но с соблюдением всех атрибутов, положенных большому начальнику. Массивная старая мебель, стены облицованы светлыми деревянными панелями, под высоким потолком громоздкая пыльная люстра. За спиной генерала – знамя Российской Федерации и большой портрет президента.

Наконец Василий Федорович закончил чтение, с брезгливым видом отшвырнул в сторону листки и пророкотал:

– Ошибки быть не может? Уверен?

– Все тщательно и многократно проверено. Ошибка исключена, товарищ генерал-майор, – бойко ответил Мирадзе. – Я с полной ответственностью утверждаю, что в адрес компании «Мир на Связи» в ближайшее время поступит крупная партия контрабандных телефонов в количестве трехсот тысяч штук. Общая стоимость партии – четырнадцать миллионов долларов.

– Что известно об этой компании? – задал вопрос Мирошкин.

Валентин Юрьевич взял листок, лежащий перед ним на столе, и не спеша начал читать вслух хорошо поставленным голосом:

– На сегодняшний день компания «Мир на Связи» является в России самым крупным ретэйлером на рынке сотовой связи. Пять тысяч точек продаж, шесть тысяч сотрудников и восемь филиалов в ближнем зарубежье. Оборот за 2008 год составил шесть миллиардов долларов. Президентом и владельцем компании является Егор Сергеевич Сотин. Тридцать шесть лет, москвич. Четыре года назад компания приобрела под Подольском складские помещения, превратив их в крупный логистический узел. Шестнадцать тысяч квадратных метров, удобные подъездные пути, современное складское оборудование. Вся продукция, поступающая из-за рубежа, после таможенной очистки первоначально попадает на склад, а потом развозится по торговым точкам, – закончил Мирадзе и отложил в сторону листок.

– Не дурно. С размахом ребята работают, – хмыкнув, проговорил генерал. – А кто занимался сбором оперативной информации?

– Мой зам по оперативной работе, майор Рожков. Я знаком с ним достаточно давно, и у меня нет оснований сомневаться в достоверности его данных.

Василий Федорович резко встал, громыхнув креслом, заложил руки за спину и с задумчивым видом прошелся по кабинету. Затем вновь опустился в кресло, постучал указательным пальцем по докладной записке и спросил:

– Что значит фраза «Дата прибытия и количество партии косвенно подтверждаются внутренними источниками»? У вас что, есть информаторы в «Мире на Связи»?

– Так точно, товарищ генерал-майор. Думаю, они будут особенно полезны в момент проведения операции.

– Мы им платим?

– Нет. В свое время они погорели на мелких махинациях и теперь своей свободой обязаны майору Рожкову.

– Шантаж, как и деньги, при вербовке – вещь не очень надежная. Самые лучшие агенты – это идейные, – с грустью, непонятно к чему адресуя, произнес генерал.

Валентин Юрьевич прокашлялся и продолжил:

– Наши источники сообщают, что все работы на складе контролирует служба безопасности, которую возглавляет некто Брюсов Леонид Владимирович. Скорее всего, организацией контрабандных поставок телефонов тоже занимается именно он. Удобно. Как говорится, кто что охраняет, тот то и имеет, – Мирадзе позволил себе улыбнуться.

– А что мы знаем об этом Брюсове? – поднял на него холодные глаза генерал.

– Пока не много. Окончил с отличием физмат МГУ, потом ушел в армию, дослужился до командира части ракетных войск. Уволился, какое-то время работал генеральным директором сотовой компании «Телефорвард». А потом возглавил службу безопасности «Мира на Связи», где и продолжает работать по сегодняшний день.