– Пять… Да, пять минут назад, – неуверенно ответила Мэри. – Разве что-то не так?

Горден тянул с ответом. Он задумчиво ощупывал холодный капот Ауди. И это обстоятельство могло означать только одно. Машина не заводилась минимум час, и двигатель давно успел остыть. Чтобы окончательно оправдать свои подозрения, Горден подошел к водительской двери и сел за руль.

– Ты хочешь сказать, что выезжала именно на этой машине? – поинтересовался он, рассматривая приборную панель. Датчик температуры охлаждающей жидкости выводил на дисплей вполне ожидаемый результат.

– Да, Горден. Именно на этой… – подтвердила Мэри.

Она с невинным видом заглянула в салон, и у Гордена возникло непреодолимое желание отправить ее в нокаут, но в этот момент к ним приблизился Джон:

– Мистер Харрисон? Все в порядке? – неизменно спокойным тоном поинтересовался он.

– Дорогой мой Джон!.. – разочарованно выдохнул Горден. – Все в порядке могло быть только в том случае, если бы ты подтвердил, что собственноручно докатил эту машину до гаража, – он недоумевающе развел руками в стороны, – ведь она не заводилась чертову уйму времени!

– Я лично видел, как ваша жена пять минут назад заезжала в гараж, – продолжил гнуть свою линию Джон. – А вам, мистер Харрисон, как мне кажется, следует немного отдохнуть.

– Да, Горден! – тут же поддержала его Мэри. -Тебе точно не помешает хорошенько выспаться!

– То есть, меня ты укладываешь спать, а сама продолжишь ласкать этого ублюдка своим лживым ртом? – не без яда в голосе спросил Горден.

Мэри в изумлении приоткрыла рот и уже хотела сказать в ответ что-нибудь не менее едкое, но Горден не дал ей произнести и слова.

– Помолчи и послушай меня, дорогая… – угрожающе продолжил он. – Если вы решили делать из меня полного идиота, вернемся в дом. У меня найдется, чем вас удивить!

Он вышел из машины и побрел к выходу из гаража. По пути окинув Мэри презрительным взглядом, он мельком взглянул на Джона, на лице которого наконец отразилась легкая неуверенность, и безразлично сказал:

– Кстати, я нечаянно разбил твой планшет, Левинс. Так что, для продолжения своих шпионских игр тебе придется зарабатывать на новый. Правда, сперва тебе предстоит хорошенько потрудиться, чтобы найти в этом городе подходящую работу. Я тебе это обещаю.

Непринужденно насвистывая, Горден поднялся в гостиную, подошел к мини-бару и наполнил три стакана виски.

– Угощайтесь! – непринужденно бросил он вошедшим следом Мэри и Джону. – На вас совсем лица нет.

Не дожидаясь повторного приглашения, Мэри схватила и осушила стакан. Ее и без того жалкое самообладание окончательно сошло на нет.

– Джон? – Горден пригласительно кивнул на второй стакан.

– Я на работе, сэр, – учтиво отказался тот.

– На какой? – искренне удивился Горден. – Подрабатываешь любовником моей жены? Что-то я не припоминаю такой пункт в нашем контракте.

Но Джон не поддался на очередную провокацию и спокойно произнес:

– Я не собираюсь это комментировать, мистер Харрисон.

Потеряв к нему всякий интерес, Горден переключился на Мэри, лицо которой после стакана виски приобрело более-менее живой оттенок.

– Вот что ты за мать? – с досадой спросил он и, махом опустошив свой, схватил стакан Джона. – Неужели тебя вообще не интересует судьба дочери?

– Велл? – напряженно спросила Мэри. – Где она? Что ты с ней сделал?!

– Я ее не нашел, – пожал плечами Горден. – А наш ненаглядный Дейви решил провести этот вечер в компании Мишель.

– Какая, к черту, Мишель?! – повысила голос Мэри. – Горден! Ты себя слышишь?!

– Обычная Мишель, – вновь пожал плечами тот. – Странно, что вы не знакомы. Не думал, что у Дейвва есть от тебя секреты. Ты же всегда была с ним так любезна!

– Подожди… – в недоумении проговорила Мэри. – То есть, ты хочешь сказать, что сейчас он развлекается с какой-то девкой? – ее губы вытянулись в нервной улыбке. – Ты точно сошел с ума, Харрисон…

– Что бы ты об этом не думала, это ничего не меняет, – спокойно сказал Горден. – Сегодня вечером Велл у него не появлялась. Но не стоит беспокоиться. Я уже связался с мистером Бельмоном, и скоро она будет найдена. А мы пока займемся кое-чем другим

С этими словами он ссутулил плечи и подошел к камину, на стеллаже которого, как и в кабинете, стояли в ряд несколько антикварных статуэток. Горден взял одну из них, внимательно осмотрел, и поднял глаза на Мэри и Джона.

– Как вы относитесь к просмотру пикантного видео? – без всяких эмоций спросил он, крутанув статуэтку в руках. Та послушно распалась на две части. В одной из них размещалась миниатюрная видеокамера, во второй гнездо для карты памяти. И, к огромному удивлению Гордена, оно безнадежно пустовало. Заметив его замешательство, Мэри покосилась на Джона, уловила на его лице слабую ухмылку и решительно перешла в наступление.

– Горден! Ты не хочешь объяснить, что здесь происходит?..

Но Горден, почувствовав, что начинает сдавать позиции, перешел в наступление сам.

– Ты хочешь объяснений? – переспросил он, не скрывая сильное раздражение. – Это я должен был задать тебе этот вопрос! Но, раз уж ты спросила…

Он небрежно швырнул бесполезные половинки в камин, подошел к окну, отодвинул штору и, под переполненным ужасом взглядом Мэри, протянул руку к еще одной статуэтке.

– Вот это, – продолжил Горден, показательно покрутив статуэтку в руке, – понадобится мне в суде, чтобы оставить тебя, моя дорогая, без ржавого цента в кармане!

Мэри не могла вымолвить и слова, в то время как Джон нахмурился и ледяным тоном сказал:

– Мистер Харрисон, сэр… Я попрошу немедленно предоставить мне видеозапись.

– С чего бы это вдруг? – искренне удивился Горден. -

– На этой видеозаписи содержаться элементы моей личной жизни, – тем же тоном произнес Джон, делая шаг вперед, – раскрывать которые я не имею ни малейшего желания. И, поверьте, к вашей жене это не имеет никакого отношения.

– Суд разберется, – сказал Горден, на что Джон распахнул смокинг, выхватил из кобуры пистолет и, под изумленным взглядом Мэри, направил его на Гордена.

– Нет, не разберется, – сухо сказал он. – Немедленно отдайте мне видеозапись и потом делайте со своей женой все, что взбредет в вашу больную голову. Я уволен, если вы не забыли. И с этой минуты я не намерен принимать участие в ваших семейных разборках. Отдайте мне видеозапись, Горден. Не заставляйте меня заходить слишком далеко. Вы же знаете, на что я способен.

Напряженно глядя в черное дуло пистолета, Горден вытащил из статуэтки карту памяти и бросил ее на протянутую ладонь Джона. Тот опустил пистолет, скупо улыбнулся Мэри, резко развернулся и молча вышел из гостиной. Несколько секунд спустя послышался гулкий хлопок массивной входной двери. И только теперь Горден понял, что только что произошло. Джон Левинс взял всю вину на себя, и теперь Мэри полностью владела ситуацией. Заметив на ее лице живой румянец, быстро сменивший недавнюю бледность, Горден обреченно прикрыл глаза и бесцветным тоном сказал:

– Пошла вон…

– Да пожалуйста! – презрительно фыркнула Мэри. – Меня и так тошнит от одного твоего вида!

Горден даже не взглянул в ее сторону, не проводил ее ненавидящим взглядом. Едва шаги Мэри затихли в глубине дома, он обессиленно опустился в кресло и уставился в камин неподвижным взглядом. С Джоном он разберется позже, а с Мэри и так все было предельно ясно. Отсутствие прямых доказательств лишь на самую малость усложняло дальнейшие действия. Опытные адвокаты справятся с предстоящим разводом и без помощи видеозаписей. Горден мрачно осмотрел гостиную, и его взгляд замер на двери кабинета. В памяти промелькнул обнаженный женский силуэт, и внезапно его осенило. Мгновенно забыв про всякую усталость, Горден вскочил на ноги, зашел в кабинет и осмотрел старинный комод, на котором стояли несколько статуэток. Отсутствовала всего одна. И именно в ней была установлена видеокамера.

– Сволочи!.. – в бессильной злобе прохрипел он, резким движением руки сбрасывая оставшиеся статуэтки на пол.