Гарри шёл домой и чувствовал себя так, будто скинул грязную провонявшую одежду, вымылся начисто, оделся в новое и при этом стал лёгким, как воздушный шарик. Ещё немного, и мог бы взлететь.

На следующий день в школе только об этом и говорили. А профессор истории сказала:

— Нам очень повезло, ребята, — у нас невероятно сильный и умелый Лорд, сумевший обуздать и направить в единое русло потенциалы сотен волшебников, проведя общий обряд Очищения. Теперь мы знаем, что в случае нужды он может объединить и направить нас. Говорят, таким образом Основатели Хогвартса создали щиты над школой, которые держатся до сих пор — объединили всех обитателей замка, а потом установили и укрепили защиту. Только их было четверо, а наш Лорд управился с объединением в одиночку, но не стал делать что-то нужное ему — он позаботился о нас.

Дома, выслушав пересказ, Джеймс хмыкнул и смущённо потёр шею:

— Да какое там Объединение потенциалов! Сам не понял, как и что получилось. Лишку винца хлебнул, а настроение весёлое — ярмарочное. Похулиганить захотелось. Ну и… прорву магии собрал. А куда её девать-то? Вот и скинул по площади. Сильно умелый Лорд, хе!

Когда повеяло весной, Гарри влюбился.

У Нэнси были карие глаза с жёлтыми крапинками, милая улыбка и пушистые светлые волосы. Месяц жизни выпал из памяти. Вроде бы что-то делал, учил, ходил… Однажды, как обычно собираясь проводить Нэнси до дому после занятий, зашёл в гардероб за верхней одеждой и нечаянно услышал, как его волшебная Нэнси говорит подружкам:

— Гарри, конечно, дурак, как и все мальчишки, мне он совсем не нравится, но мама говорит, что брак с ним будет очень полезен семье. Всё-таки Наследник. А я стану Леди.

Кажется, кто-то из девчонок его увидел и вскрикнул, но ему было уже всё равно. Мир поблёк и выцвел. В груди сдавило, а в животе образовался горячий булыжник.

«Будет Выброс», — отстранённо мелькнула мысль. Предпринять ничего не успел — в руку вцепилась Дебора и выволокла на улицу. А там, вообще-то, зима. Снег и мороз, а пальто осталось в гардеробе. Какие уж тут выплески, когда уши на колючем ветру звенят. Убедившись, что братец хорошенько охладился, юная леди Поттер попросила кого-то из пробегавших мимо мальчишек принести вещи Гарри. Пока он одевался в ещё сохранившие школьное тепло одёжки, пошепталась по переговорному зеркалу. Потом снова ухватила за руку и куда-то повела, умудряясь невнятно шипеть сквозь зубы на парселтанге нечто вроде:

— Глупая курица… вознеслась, крылышки как у крылатых отрастила… приземлю с брызгами, только пух полетит!

Правда, поняв, что Гарри уже достаточно пришёл в себя, начала трещать как обычно: о розовых чулках на кривоватых тощих ножках учительницы рисования, о совершенно безвкусном и вообще ужасном серебряном браслете Мэри Бакер, о новой девчачьей школьной моде на атласные воротнички…

Безмерно уставший, словно отлетал полную квиддичную тренировку у Оливера Вуда, Гарри шёл и пытался сообразить, где Дебора могла увидеть ноги училки? Все профессора носили официальные мантии до пола, а дамы — под ними ещё и длинные платья. Вообще старая мода на мантии потихоньку отмирала, уступая место более практичной одежде.

Тем временем горячий «булыжник» в животе остыл.

По дороге встретили Джеймса, хотя рабочий день у него ещё не кончился. Он пригласил их в открывшуюся недавно кофейню. За кофе с вкусными пироженками сообщил сыну о предстоящей поездке дней на пять-шесть. Нужно, мол, проинспектировать дальние кордоны. Ходят слухи о стаях хищного зверья, которое повадилось пугать фермерских коров прямо в хлеву и уже якобы кого-то съело. Нужно разобраться.

Вернувшись в школу через неделю, полный новых впечатлений, Гарри без интереса посмотрел на задравшую нос обиженную Нэнси. С чего она решила, что он в чём-то перед ней виноват, он так и не понял. Первая любовь прошла.

А вот дополнительные уроки по контролю над магией неумолимо добавились к ежедневным вечерним занятиям.

Вообще в новой школе Гарри нравилось. Хотя школа — она и есть школа, учиться надо. На него всё так же привычно глазели. Правда, никто не обзывался. Друзьями обзавестись пока не получилось. Приятелей много, недоброжелатели помалкивали, а враги и вовсе повывелись. Вот кружки и факультативы после занятий были интересные. Жалко, квиддичную команду пока не организовали — он бы поиграл. Скучновато.

* * *

Весна пригрела солнышком, зажурчала ручейками, загомонила птичьим щебетом. С наступлением тепла затихший поток переселенцев возобновился вновь. Но Джеймс решил, что Мир примет ещё немного новых жителей, и на этом пока всё. Слишком опасно стало Снейпу появляться на Земле. Уже неоднократно его пытались отловить.

С возобновлением посещения Земли вылезла неожиданная проблема: появились те, кто упорно искал путь обратно на покинутый Альбион. Как правило, это были шпионы всех мастей, засланные разными группировками «вынюхать и разузнать». Слухи о переселении большого количества волшебников разошлись широко и заинтересовали многих власть имущих. А как не заметить, если чуть ли не половина Лютного и прочих неблагополучных мест куда-то испарилась?

Шпионам жить непросто! Заставить Снейпа вывести их из Кокона они не могли — надёжная Клятва мешала. Но обходные пути никто не запрещал. Профессору приходилось полностью переодеваться, прочёсывать волосы специальным гребнем и увешиваться щитовыми чарами, прежде чем аппарировать сразу из дому в укромный закуток Храма рядом с Дверью.

У Джеймса в картонной коробке хранилась куча разнообразных изъятых «жучков»: полосок бумаги, липнущих к подошвам обуви, неприметных штуковин, похожих на мелкую гальку, записок-журавликов, которые сами прятались в карман, а потом выпархивали и летели к адресату. Даже прозрачная и почти неощутимая сеточка на волосы содержала шпионское письмо. Сеточку явно невыразимцы придумали, не иначе.

Джеймс весело ржал. Снейп психовал, особенно когда Владетельный Лорд советовал канцлеру перед переходом проверить на теле все тёмные и глубокие места, в которые злоумышленники могли тайком засунуть несанкционированную почту.

Вопрос назрел, и его решили.

На плоской вершине холма, где высоченные сосны вершинами царапали облака, разместилась Сторожка Переселенцев. В ярком полуденном свете строение казалось отлитым из зелёного бутылочного стекла с традиционной для крылатых вытянутой вверх кровлей, оно не имело овальных дыр, обязательных для жилья погибшей расы. Нет, отверстие было — огромная дырища с закруглёнными углами, в которую новые хозяева вставили панорамное окно. А в самом домике был всего один зал, который помпезно именовался Залом Прибытия, и два тесных помещения. В одном организовали туалет, а в другом… Собственно, ради этой своеобразной комнатки всё и затевалось.

Правильно Джеймс сказал: шпионов надо ловить на приманку. Хотя и добавлял, что, мол, пустяшная это суета, так как никакого вреда утечка информации не принесёт. И так уже народу почти восемь тысяч вместо ожидаемых двух-трёх. Пора сворачивать «балаган» хотя бы лет на пять, а там можно будет втихомолку повторить. Специалистов не хватает? Своих обучим.

От Сторожки не просматривался Храм — он находился в горе за лесом. Никаких лишних тропинок к Сторожке не натоптали. За этим особо следили. Единственная дорога вела в строящийся город. Профессор Снейп, нагруженный переносками со спящими волшебниками и их имуществом, попросту аппарировал от двери на Землю прямо в нишу Портала, пуская по стенам голубоватый отсвет.

Потом почтенный Канцлер выходил в Зал Прибытия сквозь туманную завесу.

В зале его встречали стражники, чиновники Министерства и колдомедики. Принесённых переселенцев рассаживали на специальные кресла-кушетки, выводили из сна и отпаивали зельями тех, кто в этом нуждался. В основном, капризных и мнительных дам, которых «укачало».

Вскоре очухавшиеся маги заворожённо глазели в панорамное окно на витые сосульки башен вдали и новостройки городка, у которого всё ещё не было официального названия, но все звали его просто Город — других-то не было, не спутаешь.