На выходе из катакомб вместо дверей зиял провал — расколовшиеся на куски резные каменные створы ворот лежали на ступенях портика. Зажмурившись в лучах тёплого солнышка, Гарри проморгался после сумрака коридоров и с удовольствием огляделся. Мир Кокона не поражал яркими красками, не было в нём волшебного очарования, как в новой отчизне Блэка — он был… обыкновенным. Путешественников встретил ясный денёк, похоже, конца весны или начала лета. Нежная сочная зелень, скромные цветки, птички поют… Каменная лестница выходила на мощённую дорогу, которая полого спускалась в низину между поросшими сосняком холмами. Вдали играла бликами поверхность воды: то ли озеро, то ли река. На берегу можно было разглядеть поросшие травой холмики руин с торчащими из них остатками стен. Вообще зданий здесь было много… когда-то. И вправду целый город. Вон на круче почти целая крепость топорщится обломками башен! А может, дворец или очень большой дом. Жаль, подробности не разглядеть.

Внизу, возле дороги, совсем близко от путников, тоже белели руины. Вот их-то можно было изучать во всех подробностях. Похоже, неведомые архитекторы были просто без ума от всевозможных ажурных башен, башенок и прочих дырчатых конструкций, арок там, воздушных мостиков... Особенно красиво в лучах солнца смотрелись многочисленные витые белые башни, отчётливо отливающие перламутром, а было их очень и очень много. Вполне возможно, что и руины — это остатки рухнувших башен. Гарри озадаченно почесал в затылке — как жить-то в подобных жилищах? И не сказать, чтобы здесь были жаркие тропики. Растения, вон, самые что ни на есть обычные для суровой Шотландии. Пальм точно нет. Лес с буреломом, упавшими на дорогу стволами и растущими в самых неожиданных местах деревьями. Иные лесные великаны раскинули крону прямо сквозь крыши домов, свешивались со стен, лезли из трещин кладки… Вообще лес давно превратился в дебри. А вот мощёная дорога ещё держалась.

* * *

Расстроенного Джеймса было жаль. А кто бы не загрустил, узнав, что метла отказывается ему повиноваться? Призрачное состояние, чтоб его! Снейп, конечно, не мог промолчать — наговорил гадостей. Зато потом сам скрипел зубами, когда выяснилось, что отпускать одного Гарри опасно и вообще…

Какое это счастье — вновь взмыть в небо! Гарри не смог сдержать ликующих воплей. Профессор к полётам не тяготел, но держался на древке своей потрёпанной «Победы» вполне уверено. «Конечно, ожидать от него финт Вронского не стоит, но и не свалится с перепугу на землю, увидев воробья, что уже хорошо», — великодушно решил Поттер, понаблюдав за навязанным попутчиком. Смешные эти взрослые всё-таки. Ну что может случиться с Гарри в небе?

С земли ему махали родичи, намекая, что он вообще-то по делу «Нимбус» оседлал, а не просто так взлетел вензеля в воздухе выписывать. И то — разведка дело ответственное. Много ли с земли, из леса, разглядишь окрестности? С высоты — другое дело. Собравшись, Поттер бдительно огляделся, подумав, взмыл ещё выше. Профессор делал угрожающие знаки, но поспеть за вёртким ловцом факультета Гриффиндор никак не мог.

С поднебесья открывался превосходный вид на местные просторы. Если бы не холодный ветер, мигом выдувший из одёжек всё тепло, можно было бы забраться к самым облакам. Благо, пушистые тучки так к себе и манили…

Виденный со ступеней храма водоём оказался излучиной довольно широкой реки. На берегу, в зарослях кустарника, белели остатки порта, или как это называется? Возле берега сквозь воду виднелись остатки… пирса?

Нитки дорог уходили за холмы, вились вокруг руин, исчезали в лесу. И везде, куда ни взглянешь, неприкаянно торчали в небо башни. Множество похожих на дырявые сосульки строений торчало отовсюду: в лесу, на лугах, на берегу реки… Редко какие башни выглядели совсем целыми, не тронутыми безжалостным временем.

Не утерпев, Гарри направил метлу к ближайшему строению. Красиво! Белоснежная перламутровая «сосулька» упиралась косо срезанной вершиной в самые облака. Ну, это если немного приврать. Так-то она действительно была высокой — с Астрономическую башню, не меньше. А вот в толщину значительно её превосходила. Поттер подлетел к овальному окну с балконом без ограждения. Хотелось посмотреть, как там внутри. Увы, башня представляла собой полую трубу — вся начинка обвалилась. Отлетев подальше, Гарри ещё раз обернулся. Благодаря многочисленным дырам башня казалась не только воздушной, но ещё и полупрозрачной.

С сожалением направив метлу вниз, он с грацией бывалого квиддичиста ловко спрыгнул на траву. Сбившиеся толпой родичи ждали подробного отчёта.

* * *

Расположить палатку в лесу возле храмовой горы было прекрасной идеей! Сначала Джеймс упирался, боялся всего: хищников, воинственных дикарей, ядовитых змей, ядовитых растений, просто боялся… Но Снейп его приструнил. Мол, хозяина лесных угодий он обезвредил, территория пока условно безопасна, а истерику господин аврор пусть прибережёт для другого случая.

Признаться, Гарри здорово устал от всяких подземелий. Было невыразимо приятно посидеть под соснами, даже если муравьи кусают.

Поттеры и Снейпы непринуждённо резвились на поляне у родника. Границы территории профессор огородил чарами. Наверное, на Хогвартсе щитов меньше, чем на лесной полянке. Снейп точно параноик! Носились малыши. Дебора, ворча, призрачной щёткой пыталась почистить внешнюю сторону палатки от наслоений грязи. Генрих играл в шахматы сам с собой.

Гарри тихонько подобрался к валяющему на травке Джеймсу, пристроился рядышком. Закинув руки за голову, старший Поттер грыз былинку и любовался плывущими в вышине облаками. Подражая аврору, Гарри улёгся, тоже сунул в рот травинку. Язык обожгло горечью. Гадство!

Мимо с озабоченным видом пробежал Снейп. За ним хвостом следовал Снейпёныш. Охранял. Вдруг папу кто-нибудь схарчит?

Профессор был в своей стихии. Он постоянно что-то срезал, выкапывал, ощипывал листочки… Наблюдать за ним было забавно, иногда противно, если он решал что-нибудь попробовать на вкус или распотрошить отловленную в кустах живность, но всегда интересно. Снейп на свободном выпасе разительно отличался от содержащегося в неволе хогвартских подземелий.

Вечером слушали итоги дневных снейповских изысканий:

— …многие растения знакомы, но предостаточно неизвестных. Вон на лугу при беглом осмотре приметил пару редких видов, в том числе Сонника запашистого, считающегося утраченным в дикой природе. — Тёмные глаза Снейпа блестели, словно в их глубине прятался колдовской огонёк.

— К примеру, обычная с виду кровохлёбка лекарственная, коя произрастает едва ли не на всех пустырях Туманного Альбиона. Понюхай! — профессор протянул руку к ближайшему кустику травы и размял пальцами невзрачную вытянутую шишечку цвета запёкшейся крови, по-видимому, цветок. — Чувствуешь?

Джеймс опасливо принюхался к сунутым под нос запачканным растительным соком пальцам, недоумённо пожал плечами.

— А-а, неуч! — привычно психанул профессор. — Любой, у кого не отбито сигаретным дымом обоняние, уловит отчётливые кисловатые нотки. У кровохлёбки!

Гарри с иронией покосился на старательно обоняющих несчастное растение Дебору с Сайлином. Они даже важно переглядывались с видом знатоков! Рядом весело хрюкнул наслаждающийся представлением Генрих.

— И так с большинством местных видов — внешнее сходство и непредсказуемое внутреннее содержание. Мутации просто исключительные! Это я ещё про эндемиков не говорю. А сколько новых видов! Просто рай для герболога.

— И для зельевара? — добродушно подколол аврор.

— Можешь не сомневаться. Да здесь поле не паханное для любых исследований! Эх, сюда бы парочку опытных гербологов… да даже подмастерья бы сгодились! — размечтался профессор.

— И магозоологов парочку, — улыбнулся Джеймс, закинув в рот печенье.

— И геомагов для картографирования, — блеснул познаниями Генрих, дожёвывая бутерброд.

— И археологов бы штук десять-двадцать, — согласилась Дебора.

— И боевых магов для охраны, — поддакнул Сайлин.