— Да ты, никак, очнулся? Привет, мелкий! Ну и напугал же ты нас! Три дня лежишь тут бревно-бревном. Если бы не профессор Снейп, так и…

Гарри было не до разговоров, однако высказать свою просьбу вслух не получалось — губы не слушались.

— Ты, должно быть, пить хочешь? — проявил смекалку Победитель Волдеморта. — Это я мигом организую. Тут тебе профессор целый графин специального питья принёс.

Генрих ещё что-то говорил, но Гарри уже не слушал. Он жадно выхлебал полный стакан прохладной жидкости и только потом разобрал, чем его напоили. Слабо разведённым Восстанавливающим зельем! Фу-у! Эту гадость не спутаешь ни с чем! Эффект наступил незамедлительно. Задумчиво поворочав во рту слегка одеревеневший от лекарства язык, Гарри спросил:

— А что со мной? — голос оказался тихим и словно шуршащим, но Генрих его понял.

— Сильное магическое истощение, — с умным видом просветил тот, возвращаясь в своё скрипучее кресло. — Ты ещё от приключений в Тайной комнате не до конца оправился, и вот — снова выложился. И вообще, спи, мелкий. Утром Джеймс тебе сам всё объяснит. Занят он сейчас — зелье на огне караулит, пока профессор на кушетке отдыхает. Знаешь, сколько они в тебя всякой бурды влили? И ещё столько же вольют.

Гарри притих, переваривая новость. Значит, Снейп никого не убил, не выдал и даже помогает незваным гостям. С чего бы это? А, наверное, это из-за Сайлина! Он же профессору сын!

— Сай с отцом поладил? — спросил он, не утерпев. И добавил с лёгкой завистью. — Вот Снейп-то обрадовался, да?

— Ага, как же! — насмешливо фыркнул Генрих, потирая пальцами глаза. — Тут такое было! Война Снейпов, не иначе! Ор и шипение на всю Британию! Я думал, они друг дружку прибьют. И между нами: кому нужен этот Снейпёныш? Уж не профессору! Тот сразу заявил, что, мол, ты никто и звать тебя никак. И точно не мой сын! Пойди откуда пришёл — знать тебя не желаю.

— Почему? — поразился Поттер и даже попытался приподняться на локте, чтобы лучше видеть собеседника.

— Ну это же Снейп, — исчерпывающе ответил Герой, и Гарри понятливо кивнул. Других объяснений не требовалось. Действительно, что со Снейпа взять?

— Сай всё равно возле профессора трётся — ни на шаг не отходит. Упрямый, — Генрих передёрнул плечами, вздохнул. — Знаешь, мне Снейпёныша даже жаль немного. Так к отцу ломился, страдал тут… Не, профессор, конечно, герой и всё такое, но сволочь он первостатейная! С родным сыном так…

Помолчали.

На улице свистел в проводах ветер. Похоже, ночь была тёплой, потому что входную дверь шатра оставили открытой. Гарри отчётливо слышал, как шумел и скрёбся в матерчатые стенки кустарник, самозабвенно пиликали сверчки, вдали лаяла собака. Поттер вздохнул, заворочался.

— Ну чего тебе ещё? — Генрих душераздирающе зевнул, закутываясь в плед.

— Мне бы в туалет…

— Так бы сразу и сказал. Вот горшок малышей, — тут же проявил заботу Победитель Волдеморта. — Чего кривишься? Давай, делай свои дела. Чего я там не видел, спрашивается? Тоже мне, скромник.

* * *

На «чудесном шёлковом домике сэра Абрахаса Малфоя» водоотталкивающие чары оказались решетом. Это выяснилось, когда зарядил нудный и холодный, истинно английский дождь. Теперь призраки жили под аккомпанемент звонкого перестука капель в донца многочисленных котлов, тазиков и кастрюль, подставленных под протечки.

Взбив кулаком подушку, Поттер натянул одеяло до ушей и зажмурился, вслушиваясь в своеобразную капель. Если неожиданно нагрянет профессор и увидит, что Гарри посмел бодрствовать после обеда… Нет уж, лучше попритворяться пару часиков!

И почему Джеймс сам его не лечит? Кто поверит, что господин аврор смыслит в медицине меньше Снейпа? Уж точно не Гарри! Да от одного вида профессора может поплохеть! Вечно злой, желчный, на всех ругается, аж слюни брызгают. От его мантии воняет зельями, голова словно жиром смазана, а руки холоднее ледышек: прикоснётся ко лбу, так прямо мороз по коже! А на костлявых пальцах подозрительного вида пятна. Не моет он руки что ли?

«Поттер, показывая язык целителю, совсем не обязательно вываливать его как пёс».

«Поттер, если ещё раз выплюнете Триединый бальзам, весь сентябрь будете мыть полы в гостиной Слизерина».

«Поттер, если только попробуете встать, я свяжу вас Инканцеро. Лучше б вы похвальную прыть на зельеварении проявляли. Но где там! Большей бездарности я в жизни не встречал!»

А Джеймс привалится плечом к дверному косяку, руки на груди скрестит, наблюдает и улыбается. Вот где справедливость?

Хотя Джеймс на Гарри, наверное, обиделся. Пусть и говорит, что теперь, когда он стал почти настоящим призраком, жить стало гораздо удобнее.

Тот выплеск магии многое изменил в жизни Джеймса и Сая: они стали видимыми. Снейп их точно видел. И они даже слегка серебрились. Разве что не летали. Аврору даже необязательно теперь было прикасаться к Гарри, чтобы ощутить себя живым. Уже в паре метров от Поттера он мог брать предметы в руки и даже есть на противоположном конце стола, рядом с профессором. Наверное, это было хорошо, вот только радости Гарри почему-то не ощущал.

Из коридора послышался шум яростного спора. По голосам Гарри безошибочно опознал Дебору и Генриха. Это было интересно. Обычно мисс Поттер с Героем не грызлась: то ли побаивалась она его, то ли все-таки уважала. Но сегодня она с утра была не в духе и уже успела надоесть Гарри со своим извечным нытьём.

Нашарив под кроватью тапки, Гарри осторожно встал на ноги и прислушался к себе. И почему Снейп не разрешает ему подниматься? Подумаешь, голова немножко кружится и коленки дрожат… Ерунда! Можно ведь и за стенку подержаться. Он выскользнул в коридор. За соседней дверью обосновался Снейп со своими котлами. Тихонько расширив дверной зазор, Поттер прислушался к звукам, доносящимся из импровизированной лаборатории.

— Опять ты за своё! И мистером Снейпом я тебя всё равно звать не буду. И на «Вы» не буду. И профессором тоже. Я вообще тебя на три года старше. Се-ве-рус. Но ты, можно сказать, часть моей семьи. Я даже сына в твою честь назвал.

— Надо же, какая честь! Я сейчас зарыдаю! С какой стати я должен терпеть…

Прикрыв дверь, Гарри облегчённо улыбнулся — Джеймс и профессор заняты.

А ведь без Снейпа в палатке было так хорошо! Теперь здесь как в ночном Хогвартсе — приходится ходить с оглядкой. Разве что миссис Норрис с Филчем нет. И чего профессору в своём доме не сиделось?

Аккуратно выглянув из-за угла в гостиную, Поттер уяснил диспозицию.

— Это просто немыслимо! Не знать о себе элементарнейших вещей в восемнадцать лет! — уперев руки в боки, как сердитая тётя Петунья, кричала Дебора. — Я-то думала, что только Гарри такой наивный!

— Чего это я не знаю, малявка? — не остался в долгу рассерженный Генрих. — Доживи сначала до моих лет, вздорная ты девчонка! Тоже мне! С чего это вдруг никто из приличных ведьм за меня замуж не…

— Да потому, что ты обыкновенный бастард из младшей ветви благородного рода, дорогой братец! — отчеканила она. — Как говорится, брошенное на ветер семя. И виноват в этом наш милый папенька, который не удосужился жениться на маме по всем правилам! Ты видел их свадебные фотографии? Мама там в белом платье и фате! Это было маггловское венчание!!! — последнюю фразу она почти провизжала и тут же горько всхлипнув, закрыла лицо ладонями.

— Какой ещё баст… — Генрих растерянно умолк, не закончив фразу. Тем временем Дебора взяла себя в руки. Было видно, что тема для неё очень важная и болезненная.

— О да, по современным реалиям Волшебного Мира маггловский брак наших родителей вполне законный, — трагическим тоном заявила она. — Мы имеем право на фамилию отца и небольшое подъемное пособие, которого хватит на время учёбы и при должной экономии — и на несколько лет безработной жизни. Так называемый школьный сейф. И это притом, что наш отец был отнюдь не беден! Но после его гибели всё его состояние вернулось в семью Поттеров. Нам не досталось и лишнего кната!