Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Итак, мы имеем дело с всеиндийской концепцией, которую можно было бы сформулировать следующим образом: чистое бытие, или, иначе говоря, высшая реальность, доступно познанию более всего посредством опыта чистого Света; процесс проявления космоса состоит, при ближайшем рассмотрении, в серии световых эпифаний, а космическая резорбция повторяет эти эпифании различно окрашенного света. Согласно традиции, сохраняемой в Дигханикайе [I,2,2],[31] когда Мир был разрушен, уцелели только лучезарные существа, которые звались Аббассара: у них были эфирные тела, они летали в воздухе, излучали свой собственный свет и жили беспредельно долго. Резорбция в микрокосмическом масштабе имеет место также в момент смерти — и, как мы скоро увидим, процесс смерти состоит, собственно говоря, в серии опытов света.

Из этой всеиндийской метафизики света вытекает несколько следствий, а именно: 1) что наиболее адекватное проявление божества происходит посредством света; 2) что те, кто поднялся на высокую ступень духовности, — то есть, по индийской терминологии, достигли или хотя бы приблизились к положению «освобожденного» или Будды, — сами тоже способны испускать свет; 3) и наконец, что космогония может быть уподоблена явлению светоиспускания. Проиллюстрируем каждый из этих выводов несколькими примерами.

6. СВЕТОВЫЕ ТЕОФАНИИ

О том, что образцовая теофания представляет собой ослепительный поток света, известно каждому читателю Бхагавад-гиты. Вспомните знаменитую XI главу, в которой Кришна является Арджуне в своем истинном обличии, суть которого — огненная масса.

Если бы тысячи солнц распространяли все разом в небесах свое сияние,
Это было бы тогда как свет благородства [XI, 12].
Таким я тебя вижу — кто и когда тебя видел? — вокруг
Сверкающим, как ясность огня и солнца, огромным [XI, 17].
Без начала, без середины, без конца, бесконечно могущественный,
Бесконечно сильный! Луна и Солнце — твои глаза,
Таким я тебя вижу, лицо, пылающее огнем,
Твой блеск озаряет мир [XI, 19].
Ты достигаешь небес, ты сверкаешь тысячею красок,
Рот твой разверст, большие твои глаза пылают!
Твои рты с торчащими зубами —
Словно огонь уничтожения [XI, 24–25].

Но этот пример — лишь самый знаменитый среди бесчисленных световых эпифаний в Махабхарате и в пуранах.[32] Харивамша[33] рассказывает о путешествии Кришны, Арджуны и одного брахмана к северному океану. Кришна приказывает волнам отступить, и все трое пересекают океан, идя словно между двух водяных стен. Они приходят к величественным горам, и по приказу Кришны горы отступают. Наконец они проникают в область тумана, и лошади останавливаются. Кришна бьет туман своей чакрой[34] и рассеивает его — и тогда Арджуна и брахман видят необычайно сверкающий свет, в котором в конце концов растворяется Кришна. Позже Кришна открывает Арджуне, что этот свет был его истинным "Я".[35]

В XII книге Махабхараты Вишну является окруженный сиянием, сравнимым с излучением тысячи солнц. И текст добавляет: "Проникая в этот свет, смертные, изучившие йогу, достигают окончательного освобождения".[36] В той же XII книге Махабхараты рассказывается история о трех мудрецах, которые тысячу лет проходили аскезу в стране к Северу от горы Меру,[37] чтобы обрести способность созерцать истинный облик Нараяны.[38] Голос с неба повелевает им идти на север Молочного Океана, на Шветадвипа, таинственный "белый остров" индийской мифологии, символика которого связана одновременно с метафизикой света и сотериологическим знанием. Мудрецы прибывают на Шветадвипа, но едва они там оказываются, их ослепляет свет, исходящий от Нараяны. Тогда они еще сто лет предаются аскезе и начинают различать каких-то людей, белых, как луна. "Сияние, исходившее от каждого из этих людей, — уточняет текст, — было похоже на блеск Солнца в миг, когда близится миг распада Вселенной". Внезапно три мудреца замечают свет, сравнимый с сиянием тысячи солнц. Это эпифания Нараяны — и весь народ Шветадвипы бежит на свет и приветствует его коленопреклонением и молитвами.[39]

Этот последний пример иллюстрирует два факта: что свет — это самая суть божества, но также и то, что существа, совершенные в мистическом смысле, испускают сияние. Образ Шветадвипы[40] подтверждает тождество света духовному совершенству: эта страна «белая», потому что населена совершенными людьми. И достаточно простой аллюзии на другие "белые острова" индоевропейской традиции — Левке, Аваллон, — чтобы мы осознали, что миф о трансцендентных областях, о краях, не принадлежащих профанной географии, связан с мистической ценностью, присущей белому цвету, символизирующему трансцендентное, совершенство и святость.

7. БУДДИЗМ

Сходные идеи обнаруживаются и в буддизме. Сам Будда говорит в Дигханикайе, что знак, предвещающий явление Брахмы, есть "Свет, который поднимается, и слава, которая блистает".[41] В одной китайской сутре утверждается, что "в Рупалоке,[42] благодаря практике созерцания и отсутствию всякого нечистого желания, боги (Девы) достигают вида самадхи,[43] известного под именем "вспышки огня" (agnidhatu-samadhi), и их тела становятся более блистательными, чем Солнце и Луна. Этот изумительный блеск — результат совершенной доброты их сердец".[44] Согласно Абхидхармакоше, боги ранга Брахмы белы как серебро, тогда как принадлежащие к Рупадхату[45] — желтые и белые.[46] Согласно другим буддийским текстам, восемнадцать разрядов богов все имеют тела, которые блистают, как серебро, и живут во дворцах, желтых, как золото.[47]

Будда тем более изображается излучающим свет. В Амаравати[48] он изображается в форме огненного столпа. Окончив проповедь, он говорит: "Я стал огнем и поднялся в воздух до высоты семи пальм" [Дигханикайя, III, 27]. Два образа преодоления рамок человеческого удела — огненная светоносность ("самовоспламенение") и вознесение — используются здесь вместе. Сияние Будды превращается чуть ли не в клише в текстах [ср. Дивьявадана, 46–47,75; Дхаммапада, XXVI, 51 и т. д.]. Статуи гандхарской школы изображают пламя, выходящее из тела Будды, в частности, из его плеч.[49] На настенных фресках Центральной Азии не только Будды, но и архаты[50] изображены с языками пламени разных цветов, вырывающимися из их плеч. Многие Будды изображены летающими в воздухе, что дало повод принять языки пламени за крылья.[51]

вернуться

31

Дигханикая (пали) — Свод Долгих Сутр; состоит из проповедей Будды на языке пали; одна из основных частей буддийского канона южной школы (Прим. научн. ред.)

вернуться

32

Пураны (санскр.) — букв. «старины», священные книги индуизма, содержание их настолько разнообразно, что их правдиво называют энциклопедиями жизни древних индийцев (Прим. научн. ред.)

вернуться

33

Харивамша — "Род Хари", один из священных текстов индуизма, в котором излагается родословная Кришны (Прим. научн. ред.)

вернуться

34

Чакра (санскр.) — букв. диск, колесо; часто один из атрибутов (оружие) Кришны и других божеств (Прим. научи. ред.)

вернуться

35

Харивамша, 169 (2,186–188); ср.: Махабхарата, XII, 333,10; XIII, 14,382–383. Ср.: W.E. Clark, Sakadvipa and Svetadvipa. — Journal of American Oriental Society, vol. 39, 1919 (202–242), p. 226 sq.

вернуться

36

Махабхарата, XII, 336,39–40.

вернуться

37

Меру — священная гора индийцев, находящаяся в Гималаях, центр и вершина мира, обитель богов (Прим. научн. ред.)

вернуться

38

Нараяна — одно из распространенных имен Вишну-Кришны (Прим. научн. ред.)

вернуться

39

Там же; Clark, op. cit., p. 233 sq.

вернуться

40

Об этой проблеме см. наши кн.: Le Chamanisme, p. 367 sq.; Le Yoga, p. 397.

вернуться

41

Dighanikaya, XIX, 15. — Dialogues of the Buddha, II, p. 264.

вернуться

42

Рупалока (санскр.) — мир образного или мир чистых образов, второй из трех миров в буддийской космологии-психологии наряду с миром желаний (кама-лока) и миром без образов (арупа-лока) или сферой чистого сознания (Прим. научн. ред.)

вернуться

43

Самадхи (санскр.) — состояние просветления, достигаемое медитацией (Прим. научн. ред.)

вернуться

44

S. Beal, A Catena of Buddhist Scriptures from the Chinese (London, 1871), p. 87.

вернуться

45

Рупадхату (санскр.) — в буддийской психологии, при классификации дхарм по классам-дхату, в данный класс попадает все материальное, но здесь Элиаде, вероятно, имеет в виду Рупалоку, то есть мир чистых образов (Прим. научн. ред.)

вернуться

46

Ibid., p. 88.

вернуться

47

Ibid., p. 97.

вернуться

48

Амаравати — место вблизи Мадраса (Индия), где сохранились образцы буддийского изобразительного искусства II в. до н. э. (Прим. научн. ред.)

вернуться

49

Ср.: В. Rowland, Jr., The Iconography of the Flame Halo. — The Bulletin of the Fogg Museum of Art, XI, 1949 (10–16). См. другую статую Будды, воспроизведенную в каталоге выставки: L'Arte del Gandhara in Pakistan (Roma, 1958), pl. III.

вернуться

50

Архат(санскр.) — букв. «достойный», при Будде архатами называли тех, кто полностью осуществил путь Будды, то есть достиг святости (Прим. научн. ред.)

вернуться

51

В иконографии ирано-эллинистического синкретизма языки пламени, исходящие из плеч, были характеристикой определенных богов и властителей Кушана. Ср.: Ugo Monneret de Villard, Le monete del Kushana e l'Impero romano. — Orientalia, XVII, 1948, p. 217; A.C. Soper, Aspects of Light Symbolism in Gandharan Sculpture. — Artibus Asiae, XII, 1949, p. 269. Вероятно, к этой символике прибегали художники Гандхары при изображении Будды, чтобы передать его сияние. Но "огненная светозарность" тех, кто превзошел земной удел, — всеиндийская идея.

4
{"b":"92871","o":1}