– Ну… неприятно. Но если мне что-то от него надо, то можно и потерпеть.

Можно даже пойти в дом к сумасшедшей, которая похитила твоего брата непонятно зачем. Потому что больше невыносимо в одиночку болтаться по подворотням. Да и будто есть что-то лучше.

– Можно. А если ничего не надо? Если это просто случайный человек на улице. И он видит в тебе какого-нибудь своего родственника и идёт за тобой до самого дома.

– Эй! – Рисна краснеет и порывается встать, но вскочить так быстро и эффектно, как хотелось бы, не получается.

Есто как будто даже и не замечает.

– И ещё один, и ещё, – продолжает, глядя перед собой. – Сразу с десяток прохожих. И один думает, что ты его брат, другой – что жена, третий – любовь десятилетней давности.

Он принимается тереть запястье смутно знакомым жестом – щемяще знакомым, – будто прокручивает несуществующий браслет.

Кейто носил красную фенечку.

Есто отдёргивает руку так резко, что проливает воду на светлые холщовые штаны. Поджимает губы и отставляет стаканчик, а с мокрым пятном на коленке ничего не делает.

– Ты можешь им всем нравиться, – заканчивает. – То есть… Ты не можешь им не нравиться. Ты должна. Но ты – это кто?

Рисна молчит.

– Давай тряпку принесу? – говорит наконец.

Есто мотает головой.

– Высохнет.

– А с пола?

– Тоже высохнет.

Поднявшись, Есто выбрасывает стаканчик в мусорку рядом, так и не допив остатки воды. Интересно, притрагивался он к ней вообще?

– Не хочу идти к Лейбу, – вдруг жалуется Есто, встряхнув головой.

– Почему?

– Он уверен, что я – Рури. Но сам не знает, чего от неё хочет. Голова болит от него.

Рисна тоже встаёт с пола – и вполовину не так ловко, как Есто, – отходит подальше от лужи, будто и вовсе не при делах. Вспоминает, что хотела набрать воды в кувшин, и суёт его под кран.

– Тогда другого пошли? А хочешь, я схожу? Заодно поучу меканский.

Лейб этот, вроде как, разбирается в технике и всяких штуках. Может, поправил бы ей браслет.

– Нет. Не надо. Я не знаю, что творится у Лейба в голове. Хочу освободить его от сделки и оказаться подальше.

Рисна разочарованно вздыхает и пожимает плечами.

– Тогда, может, сначала у нас пойдёшь посидишь? – спрашивает с тенью надежды.

Может, так Мабья не вспомнит про треклятый параграф.

Кажется, Есто тихо фыркает.

– Хорошо. У вас лучше, чем на полу.

***

Есто тянет время, слушая, как препираются между собой Мабья и Рисна. Глядя, как под узловатыми, но всё ещё сноровистыми пальцами Мабьи рождается нехитрый узор. В очередной раз невольно сравнивая, насколько легче рядом с людьми, которые, по крайней мере, признают, что Есто – не тот, кого они хотят видеть. Которые готовы увидеть кем-то ещё. Конечно, Мабья и Рисна всё равно накладывают свои образы. Как с этим плетёным браслетом в коридоре. Но насколько же свободнее. Хотя поначалу, когда Мабья только решила оставить Рисну в доме, хотелось лезть на стену и сбегать через окна. Тогда вообще не очень понятно было, зачем это всё, но что скажешь? Это не Есто дом. А потом потихоньку Рисна успокоилась. И стала привычной.

Есто безрадостно смотрит на экран браслета и всё-таки берёт себя в руки. Надо идти к Лейбу.

В одном из коридоров Есто замечает Сейгу и позволяет себе отвлечься ещё и на неё.

С Сейгой с самого начала вышло странно: они никогда не говорили о том, что представляет из себя Есто, и никогда при том не казалось, будто бы она знает о безымянных и разбирается. По крайней мере, ни единого раза со дня их знакомства Сейга не сказала ритуальных фраз и не воспользовалась шансом так, как пользовались люди в Альх-Атахе. Но ещё ни единого раза она не назвала Есто по имени. Только этим прозвищем – «Кайва». Впрочем, с другими она тоже часто вела себя так.

А ещё никогда Сейга не заговаривала о том, кого Есто ей напоминает. За это Есто вправду чувствует благодарность. Поджарая тайчанка примерно лет Сейги так и остаётся зыбкой, почти не стесняет.

Есто становится в отдалении, ожидая, когда Сейга обратит внимание. Она негромко разговаривает с кем-то по браслету. Недовольно морщится. До Есто долетают обрывки фраз. «Вайно», «претензии», «пошёл он к тайвам, но вежливо», «конечно, обсудим», «чокнутый ублюдок», «передай ему моё глубочайшее уважение».

Окончив разговор, Сейга упирает руки в бока и нечитаемым взглядом смотрит куда-то в дырочки вентиляции под потолком.

– Какие-то сложности? – поколебавшись, осторожно спрашивает Есто.

Сейга не вздрагивает, но слишком резкий поворот головы выдаёт: она не знала о присутствии.

– Кайва, – спокойно и как будто равнодушно говорит наконец Сейга. – Слушала?

– Некоторые куски, – честно признаёт Есто. – Я не специально.

Сейга хмыкает.

– Да, есть сложности. Кто-то слил Вайно инфу про Лейба и его проект. Вайно, как обычно, негодует и требует делиться. Шумный кретин.

Есто сцепляет пальцы в замок. Сейга могла бы попросить помощи. Если действительно знает, что из себя представляет Есто – или что она тогда имела в виду? Сейга могла бы дать имя. Заключить сделку. Может, даже подчинить Есто по всем правилам, смотря как много ей удалось накопать. И Есто удалось бы увидеть для неё наилучший выход из положения.

Почему-то Сейга не просит.

– Думаешь, с ним связался Герзе? – зачем-то уточняет Есто, хотя лучше было б уйти поскорее.

Завершить сделку с Лейбом, забрать Мабью с Рисной и уйти куда-нибудь далеко.

– Не думаю. На него Вайно вроде как тоже собирается катить бочку. В общем, Герзе невыгодно делиться такими вещами, тем более с кем-то вроде Вайно.

– Лейба тоже запугал не Герзе.

– Думаешь, специально подтолкнули бежать, да он пришёл не туда? Очень может быть.

Есто кивает, хотя Сейга не смотрит. Она ерошит чуть отросшую аккуратную стрижку. Волосы – перец и соль, а в остальном Сейга выглядит молодо. И песочного цвета форма, похожая на военную, ей к лицу.

Если Есто – кайва, то Сейга похожа на ящерицу.

– Вот что, заканчивай скорее со своим генератором. Мало ли, до чего мы с Вайно договоримся.

Есто снова коротко кивает.

Возможно, было бы лучше, если б они с Лейбом вовсе не встретились. От всего этого сейчас люди рядом с Есто могут выиграть – а могут проиграть.

– А вообще-то могла бы просто обратиться ко мне за помощью, – словно в ответ ворчит Сейга. – Как будто у меня нет мастеров. Но Кайва ведь – такая Кайва. Тебе упрямством имя компенсировали.

Есто вздрагивает, как от удара. Против воли напрягается всем телом.

– Ну, что ты? Выдохни. – Голос у Сейги устало-насмешливый и беззлобный. – Обойдусь я без твоих штучек, как всегда обходилась. Можешь не бежать на край света.

Есто хочет спросить, откуда она знает и…

– Шеф! – окликают с другого конца коридора, и Сейга тут же собранно шагает туда.

– Решай свои дела поскорее, Кайва! – бросает на ходу, не оборачиваясь.

Даже когда Сейга скрывается за дверью, Есто ещё смотрит вслед какое-то время. А потом идёт решать свои дела.

***

– Что, наконец пришла? Сейчас, погоди. Или охота подёргать за поводок? – судя по голосу, Лейб усмехается.

Он сидит за столом, усыпанным листами бумаги и чертёжными инструментами. Несколько эскизов упали на пол, но Лейба это, похоже, не слишком заботит. Схемы на них перечёркнуты, видимо, в порыве чувств.

Есто примеряется к ответу. Не может сказать, что «дёргать за поводок» совсем не хочется. Смотреть, как люди чувствуют на себе то, что движет безымянными, довольно… интересно. Может, Есто даже злоупотребляет этим.

– Я подожду, Лейб.

Он не отвечает, продолжая строчить что-то. Хочется держаться от Лейба подальше, но всё-таки Есто тихо подходит и заглядывает через плечо. Чертежи смутно знакомы – в них есть что-то общее с виденными Есто схемами, но вспомнить, с какими конкретно, так сразу не получается. И короткие пометки непонятны.

– Контролируешь? Хоть умеешь читать такие чертежи? – Лейб как будто угадывает.