Определенного порядка проверки и пересмотра окончательных решений судебных мест в Своде законов не было115.
Всякая отмена окончательных решений допускалась «не иначе как по испрошении на сие особого Высочайшего соизволения»116.
Судебная реформа 1864 г., признавая, что «все почти европейские законодательства вполне сознают необходимость такого верховного судилища, которое, не составляя само судебной инстанции и не рассматривая само судебных дел по существу, сосредоточивало бы в себе надзор за порядком судопроизводства и правильным толкованием законов»117 закрепила за Правительствующим Сенатом полномочия высшего судебного надзора, осуществляемые в особом порядке кассации.
В соответствии со ст. 114 Устава судебных установлений 1864 г. в составе Правительствующего сената образовывались, для заведования судебной частью в качестве верховного кассационного суда, два кассационных департамента, один для уголовных, другой для гражданских дел. Постановления кассационных департаментов обжалованию не подлежали.
Установление общего правила о производстве дел в двух судебных инстанциях (ст. 11 Устава гражданского судопроизводства – УГС) превратило Правительствующий Сенат из ревизионного суда, составлявшего судебную инстанцию, решавшую дела по существу, в суд кассационный, не решающий дел по существу, а ограничивающийся отменой судебного решения по основаниям, предусмотренным законом118. В связи с этим Сенат не мог быть назван судебной инстанцией для разрешения гражданских дел. Его задачей стало обеспечение единообразного применения законов всеми судами империи119.
Отмена решения допускалась в случаях120:
1) явного нарушения прямого смысла закона или неправильного его толкования (т.е. нарушения или неправильного применения норм материального права);
2) нарушения обрядов и форм судопроизводства столь существенных, что вследствие этого судебное решение нельзя признать законным. «Существенными формами и обрядами, нарушение которых может служить поводом к кассации окончательного решения, надлежит признать те, которые имеют существенное влияние на обнаружение истины и на ограждение преподанного порядка для достижения правосудия в решениях»121. В данном случае речь идет о существенных нарушениях норм процессуального права;
3) нарушения пределов ведомства или власти, предоставленных законом (т. е. нарушения правил о подведомственности и подсудности) (ст. 793 УГС)122.
Гражданский кассационный департамент Сената в своих решениях указывал, что он «судит не сор между тяжущимися о каком-либо праве гражданском, а вопрос об истинном смысле закона и правильном применении его к фактам, установленным судебной инстанцией, и лишь настолько входит в рассмотрение существа кассации» (решение Гражд. Касс. Департамента Сената. 1873. № 719)123.
Кассационные жалобы подавались в том же порядке, что и апелляционные, с той лишь разницей, что вносились не судебные пошлины, а введенный с 1 июля 1868 г. залог правой кассации по жалобам на решения судебных палат в размере 100 руб., по жалобам на решения мировых судей – 10 руб.124
Кассационная жалоба подавалась в Гражданский Кассационный департамент Правительствующего Сената.
В назначенный день в публичном заседании одним из сенаторов производился доклад дела. Формально заседания кассационного суда должны были проходить публично, но стороны и публика являлись довольно редко.
Как правило, стороны не допускались к состязанию в форме дачи объяснений по делу125.
При решении дела суд, в который оно было возвращено для нового рассмотрения, должен был подчиняться толкованию закона Сенатом и кассационные жалобы на второе решение ни в коем случае не принимались.
Сенат высказывал мнение о том, что его кассационные определения обязательны не только для того суда, которому дело передано на новое рассмотрение, но и впредь для всех иных судов. В юридической литературе это мнение было воспринято критически126.
В ходе работ по пересмотру законоположений по судебной части (1894–1899) комиссией по подготовке новой редакции УГС было обращено внимание на руководящее значение определений для дальнейшей судебной практики.
Указывалось, что «высказанные в определениях Сената разъяснения смысла закона имеют обязательную силу только для того судебного места, в который передано дело для вторичного рассмотрения; для всех прочих судебных установлений решения эти могут иметь значение лишь руководства, основанного на высоком авторитете верховного кассационного судилища»127.
Устав гражданского судопроизводства 1864 г. предписывал обязательное опубликование всех кассационных решений. Решения за каждый год составляли отдельный том с особой нумерацией. С 1877 г. печатались только решения, которые содержали толкование закона. Эти решения печатались под заглавием «Решения Гражданского Кассационного Департамента Правительствующего Сената».
Наряду с официальными изданиями обобщений сенатской практики сборники кассационных решений издавались частными лицами, например, А.Л. Боровиковским, К.П. Победоносцевым, В.Л. Исаченко и др.
Таким образом, новые нормы о российском судоустройстве и судопроизводстве преобразовали Правительствующий сенат в «действительно верховное место для управления правосудием в Империи и охранения силы законов», и смогли отразить «мысль великого преобразователя России о сенате»128.
Ко времени подготовки новой редакцией УГС в российском кассационном производстве обнаружились проблемы теоретико-практического свойства.
Идея единства кассационного суда (единого кассационного судебного учреждения) в Российской империи просуществовала недолго: через два года (в 1866 г.) после введения Судебных Уставов в Закавказье кассационные функции для проверки решений мировых и окружных судов Закавказского края были возложены на Тифлисскую судебную палату (ст. 1470 УГС).
Распространение судебной реформы на новые местности имело неизбежным последствием значительный прилив дел в кассационные департаменты Сената и чрезмерную загруженность работой сенаторов этих департаментов, что приводило к затягиванию окончательного разрешения споров.
Для устранения дальнейшего накопления поступающих на рассмотрение Сената дел министр юстиции К.И. Пален предложил учредить в губернских городах особые присутствия для предварительного рассмотрения поданных на имя Сената просьб об отмене решений мировых съездов. По проекту Министерства юстиции присутствиям предполагалось предоставить только право отказа в жалобах, признанных неосновательными. Если жалоба признавалась заслуживающей уважения, то ее следовало передавать в Сенат для рассмотрения и разрешения129.
Главноуправляющий Вторым Отделением Собственной Его Императорского Величества канцелярии князь С.Д. Урусов, соглашаясь с идеей разделения кассационного производства между двумя инстанциями – предварительной и окончательной, предлагал свой проект. По его мнению, необходимо взамен предлагаемых графом Паленом присутствий организовать одну предварительную кассационную инстанцию в Санкт-Петербурге в составе 30–40 лиц, служивших в мировых судах и общих судебных установлениях, для того чтобы они заседали в нескольких отделениях под председательством сенаторов, которые и направляли бы деятельность этой инстанции согласно с началами, установленными практикой Правительствующего Сената.
