Первая. «…во всей Французской Республике существует только один Кассационный суд» (статья L411-1 Кодекса судебной организации).
Вторая. Кассационный суд является судьей по отношению к решениям, принятым другими судьями, он не является судебным органом третьей инстанции и не призван рассматривать дело по существу. Роль его состоит в том, чтобы определить, правильно ли применен закон по отношению к установленным судьей (судом) фактическим обстоятельствам дела, и тем вопросам, которые были поставлены перед судом в кассационной жалобе, имеющей форму так называемого чрезвычайного обращения за помощью (voie de recours dite “extraordinaire”)16.
Осознание того, что «окончательные решения судебных мест, не подлежащие более обжалованию в апелляционном порядке, могут иметь такие погрешности, при которых невозможно оставлять эти решения в полной силе»17 и что «интерес всего государства в точном и неуклонном соблюдении установленных верховной властью законов вызывает безусловную необходимость создания таких способов уничтожения судебных решений, которые, не нарушая ни в чем принципа самостоятельности судебных мест и не увеличивая чрезмерно числа судебных инстанций, могли бы, однако, служить надежным средством для предупреждения случаев нарушения самими судами государственных законов, касающихся как материального, так и процессуального права»18, – возникло во Франции во времена королевской монархии, когда была допущена возможность обжалования постановлений Парламента в Совет короля (Королевский совет)19.
Совет короля представлял собой собрание коллегиальных органов, на которые была возложена задача подготовки королевских решений. Королевская формула «Таково наше удовольствие» применялась не произвольно, а после соответствующей консультации, обсуждения в Совете.
С деятельностью Совета короля, как правило, связывают распространение во Франции римского права, которое изучалось членами Совета (называемыми в связи с этим юристами) в Парижском университете (учрежден хартией короля Филиппа Августа в 1200 г. и признан папой Иннокентием III в 1215 г.). Именно юристы со временем становятся основой государственной службы, обеспечивают преемственность и стабильность деятельности Совета короля. Во времена правления Генриха III юристы получают наименование государственных советников.
Впервые разделение Совета на «специализации» было произведено королем Филиппом Красивым в 1302 г. Из трех советов один – Парламент по вопросам отправления правосудия (parlement pour l’administration de la justice) – был предназначен для осуществления судебных функций20. Совет короля в этот исторический период играет только консультативную роль. Окончательное решение (в том числе и судебное) остается за королем.
Указ Карла VIII от 1497 г., утвержденный Людовиком XII в 1498 г., закрепляет судебные полномочия за Большим советом21, который становится самостоятельным судом, имеющим собственный штат, принимающий решения, за законность которых несет ответственность перед королем.
В XVI в. Большой совет отделяется от личности короля и преобразуется в Совет сторон, возглавляемый канцлером, рассматривающий в кассационном порядке жалобы на решения судов. Жалобы на решения поступали в отделение (палату) жалоб (chamber des requetès), где они изучались членом палаты – докладчиком (maître des requetès), а затем докладывались на заседании по рассмотрению жалобы22.
В 1579 г. указом Генриха III (L’ordonance de Blois 1579 année – Блуанский ордонанс 1579 г.)23 было постановлено, что все судебные решения, противоречащие королевским указам, должны быть признаны ничтожными.
Ордонанс Людовика XIV «О гражданском производстве» от 1667 г. подтвердил данное установление24. В результате Совет сторон получил право кассирования тех решений, которые не соответствовали законам королевства, и возвращения таких дел для нового обсуждения в парламент.
Ордонанс 1667 г. прямо воспрещал Совету сторон рассматривать дела по существу: «Постановления и решения последней инстанции не могут быть отменены под предлогом неверного решения по существу, если нет повода к “почтительной жалобе25”»26.
Присутствие короля в Совете было исключительным случаем. Людовик XIV приезжал туда иногда в начале своего правления, а Людовик XV появлялся там только дважды, в 1762 и 1766 гг. Пустой стул короля символизировал его законное присутствие. Канцлер Совета сидел справа от королевского стула. Несмотря на присутствие или отсутствие короля в Совете, все принимаемые решения соответствовали правилу «Король в своем Совете» и таким образом выражали королевскую волю.
Деятельность Совета короля (Совета сторон) стала основой формирования и последующего развития французского кассационного суда и осуществляемой им деятельности по кассационной проверке законности судебных постановлений27.
Французская революция сохранила кассацию, преобразовав ее: судебные полномочия, принадлежавшие ранее монарху – главе государства, были полностью переданы судам.
Декретом об учреждении, составе и полномочиях кассационного трибунала 27 ноября 1790 г. был образован кассационный трибунал. Его обязанности состояли в следующем:
«в вынесении постановлений по всем прошениям о кассации решений, принятых в последней инстанции;
в рассмотрении прошений о передаче дела другому трибуналу по причине законно установленного недоверия;
в рассмотрении коллизий процессуальных норм и споров о подсудности или подследственности, требований о привлечении к судебной ответственности всего состава трибунала.
Кассационный трибунал должен был признавать недействительными процессы, в которых будут нарушены требуемые законом формы, и любое судебное постановление, в котором будет содержаться явное противоречие с текстом закона…
Ни под каким предлогом и ни в коем случае трибунал не имел права рассматривать существо дела: кассировав порядок производства по делу или судебное постановление, он должен был вернуть дело для рассмотрения по существу в трибуналы»28.
Такой подход к деятельности кассационного трибунала сохранился в нормах Конституции Франции 3 сентября 1791 г. (ст. 19–23 главы 5 «О судебной власти»)29, 24 июня 1793 г. (ст. 98–100)30, 5 фрюктидора III г. (22 августа 1795 г.) – ст. 254-26431, Конституции Французской республики 22 фримера VIII года (13 декабря 1799 г.) – ст. 65, 6632.
Конституционные хартии времен реставрации власти Бурбонов 1814 г., 1830 г. также оставили без изменений существующие суды, дополнительно определив, «что в них не может быть ничего изменено иначе как в силу закона»33.
