Но Немо приблизился к ней, он хотел было взять её за руку, чтобы увести… Но Белайя включила световой меч и рубанула его по руке. Немо закричал от боли.

Его рука упала на пол. Разом зажглись порядка сотни мечей. Белайя встала в боевую стойку.

– Вы заставите меня замолчать лишь тем же способом, каким заставили замолчать Джухани! – с ненавистью произнесла она.

– Не делай этого! – закричал Гаррум.

– Остановись! – Жар Лестин сделал шаг вперёд, его рука сжимала рукоять зажженного меча.

– Не раньше, чем заберу одного из вас! – она высоко прыгнула и, перелетев через толпу, побежала к Болуку, вознесся меч в атаке. – Мы должны отомстить, Гаррум! – на бегу прокричала она, но её голос утонул в суматохе.

Джедаи ринулись к ней, но ближе всех оказался Врук Ламар, он отбил первый её удар и отбросил её в сторону Силой. Белайя влетела в стену, но устояла на ногах. Она устремилась в новой атаке.

– Хватит! – закричал Врук и вновь отбросил её Силой.

Вандар Токар всё это время стоял молча и наблюдал. На лице его читалось смирение с неизбежным. Бастила застыла на месте, шокированная происходящим.

Белайя опустилась на одно колено, после очередного удара Силы. Волосы её растрепались и упали на лицо.

– Я не безумна, – произнесла она тихо.

Джедаи подходили к ней ближе и стали окружать её, отгораживая от Болука.

– Неужели вы готовы биться со мной, – шептала девушка, – и защитить этого убийцу?

Кто-то из джедаев будто услышал её и стал отступать.

Белайя в отчаянии закричала. Крик её был такой силы, что оглушил всех присутствующих. Он был наполнен разочарованием, яростью и горем. Затем она совершила Прыжок Силы и вспорхнув над остолбеневшими джедаями, переместилась к Болуку.

– Я не трону тебя! – закричал твилек.

– Ты будешь биться или умрешь! – прошипела девушка.

Удар её обрушился на Болука, тот вовремя включил свой меч и отбил его. Остальные мастера не решались вступить в бой, так как могли лишь помешать и спровоцировать на фатальную ошибку одного из фехтовальщиков.

– Ты убийца! Признай это! – нападала Белайя. – Ты преследовал её перед тем, как убил! Ты зверь!

– Я исполнял свой долг! Защищал джедаев и Орден! – боль и гнев постепенно стали брать верх над Болуком, его удары стали агрессивнее и сильнее.

В глазах девушки возник страх, она не ожидала, что мастер окажется гораздо сильнее её. Один за другим она стала пропускать удары и отступать.

– Ты не сможешь победить меня! – добавил Болук. – Ты не сможешь очернить свет! Ааа… – закричал он от боли.

Другой меч пронзил его в бок, но рана была не смертельна. Он развернулся и одним махом отбросил нападавшего, им оказался Гаррум. Джедаи набросились на новоиспеченного рыцаря и Силой прибили его к земле. Болук в ярости нанёс удар по Белайе, она отступила, но тут же попыталась снова атаковать.

– Пусть все увидят твоё истинное лицо, – произнесла она, одновременно пытаясь обрушить на него поток Силы и атакуя мечом. Но твилек подавил волну, одним махом он ловко пробил защиту и сбил её с ног. Девушка упала на землю. Болук приставил к её горлу меч.

– Сдавайся, – прокричал он.

– Ты сделал то, что я и хотела, – прошептала она, а затем резким порывом Силы вырвала меч из его руки. Клинок не успел потухнуть и пронзил ей горло.

– Я… Я… – застыл Болук.

Меч упал и покатился по земле. Магистры Жар и Врук выступили вперед и обступили Болука. К трупу Белайи упал оставшийся без руки Немо, он заикался и не мог выговорить ни слова.

– В этот раз ты показал, кто ты есть! – выкрикнул лежащий на земле Гаррум. Юноша тяжело дышал, глаза его горели огнем. Тар'иилок попыталась прикоснуться к нему, но он оттолкнул её.

Среди джедаев застыло молчание. Затем послышался шёпот: кто-то осуждал действия Болука, кто-то выражал общую печаль.

– Здесь не на что больше смотреть! – громко произнёс Врук. – Всем немедленно разойтись! Так требует Совет!

Собравшиеся стали расходиться, но кто-то продолжал стоять. Я обратил внимание на одного их них, это был джедай расы тогрут, он смотрел на меня как-то странно. А раньше я его будто не замечал.

– Идём, – сказал я Бастиле, взяв её за руку. Она была сама не своя и вся дрожала. – Болук защищался. Здесь не на что смотреть...

– Он убил! – вырвалось у Бастилы.

– Идём, – повторил я.

⠀

Я вывел её к древу блба, а затем крепко обнял. Она разрыдалась.

– Не так я представляла этот день, – произнесла она сквозь слезы.

– Всё будет хорошо, – шептал я и гладил её по спине.

Мне и самому виделось всё случившееся чем-то невероятно жутким. Хуже, чем кошмарный сон. Болук только что убил падавана у всех на глазах. Теперь никто не поверит ему, что он не убивал Джухани. Что это за безумие? Две девушки решили одновременно пожертвовать собой? Было ли это совпадением? Я стал вспоминать всё, что знал о Белайя и Джухани. Они были близки, возможно, даже слишком… Гораздо ближе, чем было положено в Ордене. Была ли между ними любовь? Этого я не знал, но мне известно, что Джухани отвергла Дака, признавшегося ей в чувствах, ответив, что Кодекс и идеалы джедаев ей важнее. Значит ли это, что она действительно так думала? Или она просто так сказала, чтобы он оставил её в покое, потому как сердце катарки уже было занято?

Белайя часто придавалась воспоминаниям. Я видел, когда блуждал по Анклаву в медитациях, и в её чувствах я ощущал вовсе не дружескую теплоту к Джухани. Было ли это сексуальным влечением? Тогда о какой дружбе она говорила Гарруму?

Тар'иилок говорила, что Гаррум был влюблён в неё, но скрывал это, потому что боялся быть отвергнутым как Дак. Возможно ли, что Белайя просто решила повторить то, что сделала Джухани, и пожертвовала собой?

Бастила всхлипнула. Она отстранилась от меня и стала вытирать слёзы.

– Нужно быть сильной, – произнесла она. – Нет эмоций – есть лишь покой.

В очередной раз я подумал, что запирать чувства под замок – это неправильно, и тому примером были Джухани и Белайя.

– Ты живой человек, Бастила, – ответил я, – и чувства тоже тебе свойственны.

– Я мастер-джедай, – резко оборвала она. – Прежде всего, у меня есть долг.

Я же видел перед собой слабую девушку, которая изо всех сил пыталась стать сильной. Наверное, в душе она хотела остаться слабым ребёнком, но вся взвалившаяся на неё ответственность не позволяла ей быть таковой.

– Встретимся позже, Джейкоб, – добавила она и, развернувшись, ушла. Я заметил, что она отправилась не к себе в комнату, а к Совету джедаев.

⠀

Постояв недолго у древа блба, я отправился к «Чёрному ястребу» в надежде, что Кандерус сможет как-то развеять мои мысли. Он и другие не были на моем посвящении, так как Совет не допускал никого, кроме членов Ордена.

Пока я шёл, обратил внимание на странные перешёптывания, которые были слышны по всему Анклаву. Многие осуждали действия Совета и Болука. Кто-то высказывался даже слишком радикально. Перед выходом на посадочную площадку я и вовсе встретил группу собравшихся, и речи их были более чем не свойственны джедаям.

– Ты был там, – остановил меня один из них, это был тот тогрут, который смотрел на меня, – когда Болук убил Джухани! Расскажи нам правду…

– Скажи, что ты видел, – добавил другой.

Все присутствующие уставились на меня. За их спинами я заметил Диисра.

– Обрадует или разочарует вас мой ответ, но скажу только то, что видел, – стал говорить я, – Болук убил Джухани с технической точки зрения…

Не успел я договорить, как поднялся вой. Лицо Диисра исказилось от моих слов, а тогрута, напротив, расплылось в улыбке.

– Но она опустила меч добровольно! – поспешил я исправить ситуацию.

– Сегодня мы видели, как происходит это «добровольно»! – сказал тогрут.

– Белайя была гораздо слабее его, – подхватил другой, – она всего лишь падаван! А он член Совета!

– Безусловно, он должен был проявить мудрость, – сказал третий.

– Обещаю, что смерть Белайя и Джухани не будут забыты, – прошипел тихо тогрут, его не все услышали, каждый говорил что-то своё.