Бастила остановилась рядом древом.

– Меня сделают мастером-джедаем, – сказала она, когда я подошёл ближе.

Это была хорошая новость, как мне казалось, но для Бастилы это была очередная ответственность.

– Не уверена, что достойна этого, – добавила Бастила.

Я взял её за плечи и развернул к себе.

– Ты достойнее многих! Запомни это, – сказал я, глядя ей прямо в глаза. – Не кори себя никогда. Твои поступки уже означают то, что ты что-то делаешь – ты борешься за лучший мир, Бастила. А это всяко лучше, чем бездействие, – я отпустил ей, а она тяжело вздохнула.

– Возможно, ты прав, Джейкоб, – она подняла взгляд, над нами раскинулись ветви блба. Корявые когти держали на себе немногочисленные зелёные листочки.

– Болук стал членом Совета, – произнесла она, сменив тему. – Думаю, что он будет на посвящении…

– Не удивительно, – пожал плечами я. – Вандар давно сказал мне, что Совет желает назначить его.

– Вот как? – она удивилась. – Со мной Вандар не говорил о таких вещах.

– Магистр… Необычный джедай. Вандар мягкий. Добрый… Наверное, такими должны быть все в Ордене.

– Жаль, что в нынешних условиях ценятся совсем другие качества, – Бастила поморщилась и снова вздохнула.

– Что станет с голокроном ситхов? – поинтересовался я.

– Его должны увезти. Обычно такие артефакты передаются магистру Эйтрис, она же прячет их в специальных хранилищах, месторасположение которых остается скрыто для большинства. Но в нынешних условиях, наверное, его временно поместили в Архив, и там голокрон пролежит какое-то время запечатанный. Пока его не удастся передать на Корусант или пока война не закончится… Случится ли это когда-нибудь?

– Война обязательно закончится, Бастила, – заверил я. – Обещаю, мы вернёмся к спокойной жизни…

Я попытался её приобнять, но она выскочила из моих объятий.

– Идём, – сказала он, – церемония скоро начнётся…

Оглядевшись, я увидел, что большинство джедаев стали постепенно покидать рощу.

⠀

Мы вошли в овальный зал под открытым небом, в котором обычно принимал гостей Совет. Яркие лучи Дин рисовали блики на алой краске светового меча, изображенного на полу. Символ ордена сиял будто новый. В оконечности острия ждали магистры. Помимо них здесь собралось множество джедаев, кто хотел посмотреть церемонию, а также тех, кто должен был пройти посвящение, среди них был и хранитель знаний Диисра.

Жар Лестин выступил вперед, на его плечи был накинут бежевый плащ поверх белой робы. Остальные магистры были также в светлых одеждах, кроме Врука, его плащ был тёмно-бурым. Даже своим внешним видом он выделялся среди всех своей серьёзность и непривычной для джедаев суровостью. Врук иногда походил скорее на офицера Республики, чем на джедая. На нём, наверное, отлично смотрелась бы военная форма.

– Вы явились в Совет по нашему приказу, – вышел вперёд магистр Жар. – Джейкоб, – он поглядел на меня и поклонился. – Бастила, – затем перевёл взгляд на неё, а после стал называть остальных поименно. Кроме меня, Бастилы и Диисра, здесь было около двух десятков падаванов.

Каждый по очереди склонял голову, когда называли его имя, и опускался на одно колено перед магистрами. Я почувствовал волнение Бастилы.

Жар Лестин закончил перечислять. Он подошёл ближе к одному из падаванов и зажёг свой световой меч. Клинок его пылал ярким жёлтым светом.

Остальные мастера-джедаи Анклава, - их было примерно столько же, сколько и падаванов, - обступили нас всех полукругом. Прямо передо мной оказалась Тар'иилок.

– По праву Совета, – стал говорить Жар. Лезвие его застыло над плечом падавана. – По воли Силы, – он перевёл лезвие и остановил над другим плечом. – Встань, – он убрал клинок, – Гаррум, рыцарь-джедай.

Я заметил странное выражение лица Тар'иилок. Видимо, она всё ещё думала, что её падаван не готов.

Магистр подошёл к следующему, которым оказался хранитель знаний Диисра. Жар Лестин улыбнулся и добавил от себя:

– Давно пора… – дальше была точно такая же речь, а в конце Диисру посвятили в мастера.

После ещё нескольких падаванов очередь наконец-то дошла до меня. Жар поглядел на меня, немного скривившись, но затем всё же удостоил меня своей ровной спокойной улыбкой. Меч опустился над моим плечом, тепло пробежало по телу.

– По праву Совета…

Мне показалось, что я почувствовал Бастилу. Она была рядом, словно счастлива видеть это.

– Встань, Джейкоб, рыцарь-джедай.

Жар погасил меч, а я поднялся и оглядел собравшихся вокруг меня. Кое-кто из магистров смотрел на меня с недоверием. Совет не часто посвящал падаванов в рыцари-джедаи столь быстро. Хотя условия войны и накладывали своим поправки в устоявшиеся традициях, тем не менее это было слишком поспешно.

Почему в итоге Совет согласился с мной? Сложно сказать, я так понимаю по той причине, что им было некуда деваться. Перед ними был Реван, магистрам нужно было меня использовать. И всё же Вандар будто был на моей стороне, а Врук, вероятно, всегда против.

– Бастила Шан, – Жар подошёл к ней и вознёс над ней меч. – По праву Совета, – он подвёл свой жёлтый световой клинок к её плечу. – По воли Силы, – Жар перенёс лезвие к другому плечу. – Встань, Бастила, мастер-джедай.

Я почувствовал сквозь Узы Силы, как трепет пробежал по телу Бастилы. Наверное, в этот момент она была по-настоящему счастлива.

– Убийца не может быть в Совете! – раздался голос из толпы собравшихся.

Все обернулись. Это сказала Белайя, и мне показалось, что она была пьяна.

Девушка вышла вперёд, в руке её был световой меч, но пока что он был ещё выключен.

– Болук! Презренный трус и убийца! – закричала она. – Как можно брать в Совет джедаев столь низкое и мерзкое существо? – Она громко рыгнула. – Таким стал Орден джедаев?

– Белайя! – выступил вперёд Немо, нарушив полукруг. – Остановись! Ты не ведаешь, что творишь!

– Я лучше тебя знаю, что следует делать, старик! – резко ответила она. – Твой мозг только и забит желанием поиграть в пазаак! Таким стал наш Орден: мастерами джедаев становятся недоучки и заядлые игроки, а в Совете сидят убийцы! Глупая Джухани, она до последнего верила в достоинства Ордена!

– Наша подруга умерла, Белайя! – стал говорить Гаррум.

– Тише, Гаррум, – попыталась остановить его Тар'иилок.

Не обращая внимания на слова учителя, новоиспеченный рыцарь продолжил:

– Твои воспоминания лишь усугубляют боль! Её не вернуть!

– Это тебе пропела твоя зеленокожая бестия? – Белайя ткнула в Тар'иилок пальцем. – Удивительно, Гаррум, мы ведь дружили все вместе. Неужели ты смог так легко всё забыть? Неужели для тебя ничего не значило всё, что ты мне говорил?

На несколько секунд они замерли, глядя друг другу в глаза.

– Я презираю тебя, Гаррум, – высказалась Белайя. – Презираю за то, что ты выбрал этот проеденный червями Орден, а не светлую дружбу…

Затем Белайя закричала:

– Вы все! Неужели вы не видите, что Ордена джедаев больше нет?! Вы думаете, что наша проблема – это ситхи? Нет! Наша проблема – это они, – Белайя указала рукой с мечом на членов Совета джедаев. – Они нарушают собственный заветы также легко, как восходит день! Принимают в Орден и посвящают всех без разбору! Именно их бездействие позволило ситхам явиться вновь…

– Прекрати этот фарс! – громко произнёс Жар Лестин.

– Иначе что? – отреагировала Белайя. – Убьешь меня? Как это любит делать твой друг Болук?

Я заметил, что Врук Ламар произнёс шёпотом какие-то слова. Мне показалось, что это были ругательства.

– Болку не убивал Джухани, она сама пронзила себя мечом, – ответил Жар.

Сам Болук побледнел, его лицо стало таким же, каким я видел его в день смерти Джухани. Белайя ухмыльнулась, глядя на него. Похоже, его реакция лишь укрепляла её уверенность.

– Посмотрите на него, – указала она на Болука, – это червь, а вы выбрали его в Совет джедаев.

– Прекрати это! – закричал Немо и спешно направился к ней.

– Не трогай меня старик! – в истерике закричала она. – Не подходи ко мне!