Когда зазвенел колокольчик над входом, обе девушки обернулись к двери, чтобы поприветствовать нового посетителя, но приветствие застряло у них в горле. На пороге появился Орэн с бледным осунувшимся лицом и с застывшим ужасом в глазах. Вся его одежда была в грязи, а коричневая куртка разорвана в нескольких местах.

Покачиваясь из стороны в сторону, будто пьяный, Орэн сделал несколько шагов внутрь магазина. Дверь за ним со звоном закрылась, и он, будто ожидая этого сигнала, рухнул на пол лицом вниз.

Первой до него добежала Марена и проверила пульс:

— Жив! — обернулась она к Лили и заметила, что сейчас от обморока придётся спасать ещё и подругу: та побледнела и прикрыла рот руками, еле сдерживая крик. Её трясло мелкой дрожью.

— Тихо-тихо, — Марена встала и медленно подошла к Лили. — Всё хорошо. Мы ему поможем. Дыши. Вдох-выдох. Вдох. Выдох…

Лили кивнула и начала медленно дышать.

— Всё хорошо, — тихо повторяла Марена, крепко обнимая подругу. — Но мне нужна твоя помощь. Нам надо поднять его на второй этаж. Ты мне поможешь?

Лили снова кивнула и, всё ещё продолжая дрожать, отстранилась от Марены.

— Только ты проверь, что он ещё жив, — дрожащим голосом попросила Лили, поглядывая на неподвижного Орэна на полу.

Марена кивнула и заспешила обратно. Но стоило ей подойти к Орэну, как его скрутило судорогой, и он забился в конвульсиях. Следующее, что она услышала, был грохот падающего на деревянный пол тела. Марена обернулась и вздохнула.

«Хоть не головой о прилавок, — подумала она и сама удивилась своей мысли. — Видимо, два месяца общения с Орэном и друзьями Лили не прошли для меня бесследно…Стала циничнее…»

Дверь в магазинчик пришлось закрыть во избежание новых сюрпризов. У тётушки есть свой ключ, а остальным возможным посетителям придётся дожидаться её возвращения снаружи.

Несмотря на всю свою бледность, Орэн был очень горячим на ощупь, и за пульс опасаться не приходилось — он просто зашкаливал. Проблема была скорее в том, чтобы сердце выдержало.

Марена присела на колени, поднырнула под руку Орэна и закинула её себе на плечо. Встать в обнимку с бессознательным телом было не так-то и просто, но вполне выполнимо. Ей не раз приходилось вытаскивать раненых соратников с поля боя, а многие из них были даже повыше ростом, чем Орэн.

Первые несколько шагов были самыми тяжелыми, но когда Марена смогла наконец правильно распределить вес и выпрямиться в полный рост, идти и тащить за собой Орэна стало немного проще. Спасало ещё и то, что Лили была в обмороке, и не надо было притворяться перед ней хрупкой девушкой.

Марена затащила Орэна на второй этаж и уложила на свою кровать, вернулась за Лили и уложила её на соседнюю.

Лили дышала ровно и спокойно. Казалось, она просто спит. Марена переключила внимание на Орэна.

И свитер, и рубашка под курткой тоже оказались разорванными и прорезанными в нескольких местах, а на теле виднелись глубокие раны с запёкшейся кровью. Пришлось его раздеть до пояса, промыть раны и перевязать. Пульс немного уменьшился, но жар всё не спадал.

Марена принесла таз с холодной водой и раз в несколько минут меняла Орэну холодные компрессы, невольно замечая про себя, что он… Красивый… Высокий… Сильный. Лишь теперь она стала припоминать его походку, ловкие и уверенные движения, удивляясь тому, как она могла не замечать всего этого раньше за его наигранной романтичностью и глупыми, на её вкус, шуточками.

«А ведь меня учили! Ведь я умею распознавать воинов с первого взгляда! А тут такой прокол… Странно это…» — Марена не могла поверить, что упускала это из виду раньше.

Марена не заметила, как мысли о странности происходящего перетекли в совершенно в другое русло, и теперь всё не могла отогнать другую навязчивую мысль: «А он красивый…»

Не заметила она и как погладила Орэна тыльной стороной ладони по щеке.

— Не знала, что он тебе нравится, — хихикнула подруга.

Марена чуть не вскрикнула от неожиданности и обернулась на звук.

Лили сидела на кровати как ни в чём не бывало, болтала ногами и поглаживала ушибленный при падении локоть.

— Ладно, не буду вам мешать, — Лили спрыгнула с кровати и, продолжая улыбаться, скрылась за дверью.

— Я буду в лавке, — донеслось с лестницы.

Теперь в жар бросило Марену, и не успела она подумать, что не хватало бы ещё, чтобы Орэн увидел её всю раскрасневшуюся, как он открыл глаза и тихо прохрипел:

— Где я?

Марена закрыла лицо руками, всё удивляясь тому, что ведёт себя как маленькая девочка, но всё же выдавила из себя:

— У Лили.

— Кто здесь? — послышалось в ответ, и Марена поняла, что Орэн не мигая смотрит в потолок, будто ничего перед собой не видит.

И только сейчас ей стало действительно за него страшно. Вдруг все маленькие кусочки событий сложились воедино в её голове, и она с ужасом подумала: «Что же такое могло произойти с хорошо натренированным воином, чтобы он оказался в беспамятстве на пороге у малознакомых людей, да ещё и пришёл за помощью не к кому-нибудь, а к двум девушкам! Пришёл сам, на последних крупицах сознания⁈»

В том, что он целенаправленно пришёл к ним, Марена уже не сомневалась.

— М… Рена. Здесь Рена, — ответила Марена и взяла Орэна за руку. — Ты меня видишь?

Орэн слегка повернул голову в её сторону, но его взгляд так и остался немигающим.

— Смутно… Но я тебя слышу, красавица.

Часть 4

Глава 2. Молния

Орэн

За три дня до того, как раненый Орэн появился на пороге «Северного Клевера»

Центральная площадь Караты находилась на небольшом возвышении, отчего казалось, что три главные улицы городка «стекают» с нее ручьями.

Орэн снимал небольшую комнату с видом на площадь на втором этаже постоялого двора. Это был отличный пост для наблюдения за происходящим на рынке. Если встать с рассветом и расположиться на подоконнике, то всегда можно узнать самые свежие новости городка, а заодно и заметить, прогуливаются ли сегодня Лили с Реной между рядов центрального рынка или судачат ли с подружками в одной из беседок у края площади. Что ни говори, а место было отличное во всех отношениях, да ещё и недорогое, если широко улыбнуться хозяйке за стойкой.

Сегодня утром что-то пошло не так. Орэн проснулся ещё до рассвета от жуткой головной боли. Казалось, что его голову сжимают тисками, вплоть до того, что сейчас вылезет из головы правый глаз. Боль была нестерпимой.

Орэн попытался сесть на кровати. Это ему удалось, но в голове будто покатился металлический шар, постучался о стенки черепа изнутри, укатился куда-то в середину и замер. В то же мгновение тело пронзило тысячами невидимых иголок.

Орэн не мог понять, что происходит, ведь у него никогда в жизни не болела голова. Даже после десятка кружек горячительного, а вчера он и не пил.

Вчера ему надо было быть предельно осторожным, ведь он был в одном шаге от того, чтобы спровоцировать Рену отправиться с ним в Рейнвест. Его пребывание в Карате уже давно затянулось дольше любых планируемых пределов, но уходить без Рены он не хотел. Чутьё ему подсказывало, что Рена очень пригодится графу, а значит, не стоило терять контакт.

Орэн качнулся немного вперёд — металлический шар в голове снова пришёл в движение, а тиски всё не отпускали глаз.

Не придумав ничего лучше, Орэн встал, с трудом добрёл до окна и отворил одну створку настежь. Лицо обожгло сырым холодным воздухом. Однако справиться с головной болью это ничуть не помогло.

Орэн по привычке окинул взглядом безлюдный спящий городок и собрался было обратно закрыть окно, как замер от неожиданности. На горизонте, там, где в предрассветных сумерках должны были проступать пики Серых гор, от земли до облаков возвышался огромный тёмный полупрозрачный столб.

Орэн медленно качнул головой из стороны в сторону. Столб остался на месте.