– Ты разочарована, что мы всё же пойдём? – лукаво сощурив глаза, осведомилась она.

Вопрос невесты вернул девушку к действительности.

– Нет, конечно. Чем скорее всё закончится, тем лучше.

Руна взяла мягкую кожаную сумочку – ещё одну вещь, дополнявшую туалет, – и подала суженой.

– Вполне согласна, но совсем по другим причинам.

Паола могла о них лишь догадываться, но сейчас предпочла ни о чём не расспрашивать.

***

У входа в отель полицейские сдерживали натиск толпы поклонников, пытавшихся получше рассмотреть музыкальных знаменитостей, вылезавших из шикарных лимузинов и важно поднимавшихся по ступенькам, застеленным красной дорожкой.

<<Ладно, что Элиот находится внутри, за кулисами, куда его уже должна была проводить Оливия, – подумала Паола, – и не видит творящегося тут безумия, готовясь к сольному выступлению>>.

Паоле нестерпимо захотелось улизнуть отсюда в тишину своей усадьбы, но Руна ясно дала понять, что её поддержка необходима Элиоту. Вот только не сказала, а необходима ли она самой Руне. Тем не менее у Паолы не оставалось другого выбора, кроме как пройти и через это испытание. Дверца лимузина открылась, и Паоле помогли выйти. Певица следовала за ней. Их прибытие сопровождалось огневой завесой вспышек фотоаппаратов. Паола почувствовала, как рука Руны обхватила её локоть, и с благодарностью опёрлась на неё.

– Всё идёт чудесно, – прошептала Руна на ухо спутнице.

Её внимание придало уверенности, и Паола даже улыбнулась в направленную на них телекамеру.

– Это Руна Рассел и её невеста, – доносились со всех сторон голоса, пока они поднимались по красной дорожке.

Паола ощутила прилив гордости, когда по просьбе фотографа посмотрела на красивое лицо своей спутницы. Вспышка! Волевой профиль Руны запечатлелся в её сознании. Почему она раньше не обращала внимания на ямочку на её подбородке, когда она улыбалась? Или изящный взлёт её тёмных бровей над маленькими, излучающими тёплый свет глазами, от которых невозможно отвести взгляд? Завершится премия – и уже в предрассветные часы они вдвоём удалятся в роскошный номер на верхнем этаже отеля. От этой мысли Паола ощутила, как волна невольного возбуждения прокатилась по её телу. Девушку так захватило это чувство, что она едва заметила, как они вошли в банкетный зал.

Каждый хотел поговорить с певицей, но она прижимала к себе суженую, будто ограждая от непрошеного вмешательства. Из присутствующих мало кто был знаком Паоле: несколько знакомых из рекламных агентств, Эмилио Фрошель, который одобрительно кивнул, увидев её в платье из своей коллекции, и Хельга Монтана с ничего не выражавшим лицом.

– Просто удивительно, как хорошо научились теперь подражать нарядам знаменитых модельеров, – пробубнила соперница, когда их пути пересеклись.

– Я тоже рада тебя видеть, Хельга, – иронично улыбнувшись, произнесла Паола.

Она была уверена, что Хельга видела, как Фрошель приветствовал её, и не было надобности в беседе о наряде.

– Как ты?

Хельга глотнула из бокала с шампанским.

– У меня всё супер! Я тут вместе с Патрисией Фитцджеральд из “Филадельфия Рекордс”. Она ждёт не дождётся, когда я стану её личной секретаршей. – Хельга усмехнулась. – А ещё больше ждёт, когда я стану…

Паола ощутила облегчение, когда Руна оторвала её от Хельги, чтобы представить музыкальным знаменитым персонам. Премия вручения наград транслировалась по телевидению, и презентация прерывалась для показа рекламы и выступлений молодых талантов. Элиот должен был выступать одним из последних, и к этому времени шум, сверкание огней и табачный дым стали сказываться на настроении Паолы. Но тем не менее она преисполнилась горделивого чувства радости, когда юный вокалист в лучах прожекторов появился на сцене. В белом смокинге мальчик имел вид ангела. В наступившей перед выступлением тишине Элиот стал выискивать бегающим по рядам взглядом тётю, как бы прося её поддержки. Незаметно для окружающих Паола приподняла руку, сделав маленькому дебютанту ободряющий знак. Элиот увидел его, кивнул и приступил к пению. Бравурный вокал “Депиш Мод” наполнил зал. Чего бы этот вечер ни стоил Паоле, она ни о чём не жалела, наблюдая за эффектом, который оказывало на слушателей исполнение талантливого певца. Артистка была права. Мальчик заслужил выступление перед столь авторитетной аудиторией и подтвердил, что его ждёт блестящее будущее. Под оглушительные аплодисменты Элиот раскраснелся и опустил микрофон. Подобно профессиональным исполнителям, он поклонился публике, после чего исчез за кулисами. Паола попыталась встать, однако почувствовала, как рука Руны остановила её.

– Подожди.

Подумать только, как подействовала на неё эта песня!

– Мне надо к Элиоту, – умоляюще проговорила она. – Я должна пойти за кулисы и его поздравить.

– У тебя будет время потом, за обедом, – процедила Руна сквозь зубы. – Жаль, если ты пропустишь остальную программу.

<<Какое мне дело до всего остального>>, – в расстроенных чувствах думала Паола.

Переживания за племянника вызвали даже головную боль. Все обязательства перед Руной она выполнила. Тогда почему она настаивает на её присутствии до самого конца? Причина её настойчивости вскоре стала понятна. Руну Рассел два раза просили выйти на сцену. Первый раз она вручала награды, потом сама получала премию за вклад в развитие музыкальной индустрии. Ей надо, чтобы Паола увидела её триумф? Конечно, она опять хотела напомнить Паоле о том, каков её авторитет. И ведь добилась своего. Наблюдая, как красавица женщина приближается к сцене, Паола испытывала острое желание быть с ней, владеть ей. Она ощутила, как к её головной боли прибавилась боль душевная; ей становилось всё труднее дышать, и, конечно, виной тому была отнюдь не духота в зале. Не отдавая себе отчёта, она поддалась вдохновённому порыву присутствующих, которые стоя приветствовали свою любимицу, и начала, как и они, с жаром аплодировать ей. Что же с ней такое? На Руну упал луч прожектора, высвечивая её мужественное лицо, и сердце Паолы затрепетало от неудержимого чувства любви. В золотистом свете рампы певица выглядела великолепно: прекрасно скроенное платье подчёркивало узкие плечи, чёрный цвет оттенял здоровый румянец на холёном лице. Когда кумирша меломанов подошла к микрофону, в зале наступила тишина, и влюблённая затаила дыхание. Её речь отличалась простотой, но была полна достоинства: она поблагодарила коллег и поклонников за оказанную ей честь, вновь поздравила награждённых и коротко коснулась творческих планов и проектов возглавляемой ею корпорацией. Потом ведущая наклонилась к ней и что-то прошептала. Руна отрицательно покачала головой. Последовали дальнейшие уговоры, и наконец на сцене появился красивый молодой мужчина со стойкой для микрофона в руке. В знак признания за усилия ведущей и согласие артистки спеть, аплодисменты публики превратились в овацию.

Руна благодарно поклонилась и подошла к стойке микрофона.

Последовала небольшая пауза, пока исполнительница готовилась к песне, потом она шагнула к микрофону. Её глаза остановились на суженой, их взгляды встретились.

– Я хотела бы посвятить эту песню прекрасной даме, которая согласилась стать моей супругой. Итак, для всех вас, но в первую очередь для Паолы – несколько песен из моего студийного альбома “Прелюдии любви”.

Зал затих, и Руна начала петь. Слова запоминающейся песни накатывались одна на другую, подобно волнам моря. Паоле казалось, что настала ночь и темнота окрасила песню, сделав её протяжной и задумчивой; волны продолжали плескаться вдали. В этой песне отражались её переживания, и Паола испытывала смешанное чувство боли и наслаждения. Её глаза наполнились слезами. Почему из всех музыкальных композиций Руна выбрала именно “Прелюдию”? Эта грустная и одновременно сладостная песня проникала в самое сердце. Возможно, она исполняла песни в знак памяти о несостоявшейся любви. Эта музыка в очередной раз напомнила Паоле о пропасти, разделявшей их. Под громовые аплодисменты Руна вернулась на место. Глаза Паолы наполнились слезами, когда исполнительница поднесла её руку к губам.