Эмир вздохнул и согласно кивнул, он из последних сил сдерживался, чтобы не рассмеяться и тем самым не разрушить тот хлипкий мостик со своим внуком.

— Теперь твоя мама не сможет тебе запретить лететь со мной.

— А чего ей запрещать? — не понимая, пожал плечами мальчик. — Она же полетит с нами.

Покачав головой, эмир согласился, уже улыбаясь:

— Да, твою маму никак не оставишь.

— Мы же команда. И мама тоже будет писать.

— Ратмир, — возмутилась Нис.

Но Асман не дал ей высказаться до конца:

— Вот сама и попалась.

Уже вечером, когда, встав из-за стола, все провожали высоких и важных гостей, проходя мимо Нис, эмир тихо шепнул:

— Прекращай сочинять моему внуку байки. Ты конечно занятная выдумщица, но он мужчина.

— Он вырастет и всё изменится, зато он будет смотреть на мир любопытными глазами, будет замечать то, на что другие даже не обращают внимание.

Асман не сводил с Нис глаз, кто бы только знал, как он не хотел уезжать, но и остаться не мог. Нис весь вечер продолжала игнорировать его, а душа Асмана разрывалась от предстоящей разлуки.

— А может быть папа останется? — неожиданно спросил Ратмир.

Он смотрел то на Нис, то на Асмана. И через секунду, когда до всех дошло, о чём попросил ребёнок, все уставились на Нис, ожидая её решения.

— Мама, — позвал её сын. — Ты говорила, что папа далеко, а теперь он здесь.

Нис не хотела ничего решать, Асман молчал весь вечер и это ещё больше выводило Нис из себя. Словно поняв, что сейчас или никогда, Асман шагнул к Нис, обнял за плечи и прошептал:

— Я хочу остаться, Нис. Я хочу остаться с вами. Дай мне возможность всё объяснить.

Нис пряча слёзы отвернулась и отрицательно покачала головой. Сжав кулаки, Асман всё ещё надеясь, что девушка передумает смотрел на её макушку. Неожиданно в тишине, которая повисла тяжёлым покрывалом, в гостиной раздался голос Ибрагима, который до этого не произнёс ни слова:

— Нис, девочка. Ты помнишь обещание, которое дала мне?

— Какое обещание? — нахмурилась Нис.

— То, что выполнишь любое моё желание, — Ибрагим серьёзно смотрел на девушку.

У такого сдержанного в проявлении чувств Ахмада брови непроизвольно поползли вверх. Он заметил, как напрягся Асман, но при этом замер в ожидании.

— А-а-а. Да, помню, — растерянно ответила Нис, ещё мысленно не переключившись с разговора с Асманом.

— Тогда пришло время.

Повернувшись, Нис посмотрела на довольного мужчину. Видела, как удивлённо вытянулись лица всех присутствующих. Если Асман не сводил взгляда с Нис, то эмир хмуро смотрел на своего друга и помощника.

— Хорошо. Говорите. Я всегда выполняю обещания.

— Выполни просьбу Асмана. Пусть останется с тобой и сыном. А сегодняшнюю ночь вы проведёте вдвоём, в спальне.

— Ибрагим!!! — возмутилась Нис. — Я не буду с ним спать!

— Это вы решите сами. Будете ли вы спать, разговаривать или просто молча сидеть рядом друг с другом, но вы должны быть вместе до самого утра. И раздетые, — с хитрой усмешкой, добавил Ибрагим, чем поверг Нис в шок.

— А это зачем? — Нис явно была недовольна услышанным.

— Чтобы вы оба осознали, какие чувства испытываете друг к другу.

Довольный Ибрагим улыбался, глядя на насупившуюся девушку. Все остальные, затаив дыхание, ждали её ответа. Нис помолчав, вздохнула и, понимая, что спорить и что-то доказывать сейчас бесполезно, кивнула:

— Пусть остаётся. Хорошо, что у вас только одно желание. Эту ночь я как-нибудь переживу.

— Ура. Я буду спать с папой.

— Нет, Ратмир, — остановил ребёнка Виталий Сергеевич. — Маме и папе нужно поговорить.

— Голыми? — толи удивился, толи возмутился ребёнок, но Алия подняла его на руки и поцеловала:

— Раздетыми, чтобы не было жарко.

— Ну ладно, — согласился ребёнок, переключившись на дорогое колье у неё на груди, которое сверкало драгоценными камнями, впаенными в изящный золотой узор.

Эмир за всё это время так и не отвёл взгляда от Ибрагима.

— Господин, — склонил голову его подданный. Ибрагим, зная эмира, прекрасно понимал, что тот по-настоящему зол. — Теперь я всё могу рассказать вам.

— Наконец-то, — очень холодно, произнёс Мухамед.

— Самое главное, что вы должны знать — Нис, дочь Николая. Помните того самого русского офицера, который спас вам жизнь.

Когда на этот раз глаза эмира и Нис встретились, жёсткий хозяин эмирата совсем по-другому смотрел на девушку.

— Какими запутанными бывают нити судьбы, — задумчиво проговорил эмир. — Но Всевышний благосклонен ко мне, я могу отдать долг тому, кто не пожалел своей жизни. Теперь наши с тобой жизни Нис связаны навечно.

Все, а в особенности Асман, были поражены услышанным. Нис оглянулась на крёстного, тот стоял, как каменный. Воспоминания о брате приносили ему боль.

— Крёстный, пожалуйста, не расстраивайся, — подошла к нему Нис и погладила по плечу.

— Всё в порядке, девочка. Я не расстроен, ты мне и так об этом уже рассказала. Я рад, что через столько лет я узнал, что случилось с моим братом. Я искал его, предпринял всё что только было в моих силах, но так и не нашёл концов. Он никогда, чтобы не мешать моей карьере не говорил о том, куда уезжает на несколько месяцев. Я был против его ухода из армии, но Наталья требовала денег, напоминая, что он должен обеспечивать семью. Сама же тратила его деньги на своего любовника. Теперь я знаю, что брат не пропал в песках или в тюрьме, он погиб, как настоящий солдат, оставшись до конца верным данному слову. Спасибо вам Ибрагим, что сберегли память о дорогом нам человеке.

Асман до конца не мог поверить, что таким невероятным образом, благодаря Ибрагиму, исполнилось его жгучее желание остаться с Нис. Теперь у него был шанс поговорить с женой и получить прощение. Подойдя к Ибрагиму, Асман протянул мужчине руку, и они поняли друг друга без слов, обнявшись после крепкого рукопожатия. Мужчина похлопал Асмана по спине и тихо проговорил:

— Давай, снова завоюй свою женщину.

Оторвавшись от Ибрагима, Асман увидел одобрение в глазах всех, кто стоял в гостиной. Только встретившись глазами с Нис понял, что ему придётся ой как постараться, чтобы увидеть в её глазах прежние чувства, пусть не любовь, но хотя бы тепло, вместо холодного отчуждения.

Выйдя на середину и завладев вниманием всех гостей, Нис обратилась к Ибрагиму:

— Моя благодарность вам безгранична. В мире нет слов, которыми я бы могла выразить свою признательность, за то, что сберегли память о моём отце, за то, что сохранили и преумножили деньги, которые он оставил мне, за то что помогли мне выжить. В знак благодарности от всего сердца, я хочу подарить вам вот это.

Нис протянула на вытянутых руках красивый длинный футляр, отделанный синим бархатом и украшенный драгоценными камнями. Камни были выложены удивительным образом в форме красивого ножа. Мгновенно поняв, что держит в руках Нис, Ибрагим замер не в силах отвести глаз от футляра.

— Не может быть, девочка. Это безумно дорогой подарок. Это же клинок аль Маснура. Один из трёх самых знаменитых клинков.

Ибрагим посмотрел на Нис огромными глазами.

— Я рада, что смогла вас удивить, — рассмеялась девушка. — И вы правы, это один из трёх. Теперь этот клинок ваш.

— Как он оказался у тебя?

— Я его украла, — спокойно заявила Нис и тут же пояснила, — когда мы были на приёме в резиденции шаха.

— Что-о-о-о-о-о? — зарычал эмир, напугав Алию, которая для надёжности вцепилась в его рукав, забыв обо всех правилах.

Крёстный поджал губы и посмотрел в окно, решив не вмешиваться в игру Нис, а Асман, увидев, как в глазах Нис плещется бескрайнее море удовольствия, которое он не спутал бы ни с чем в мире, весело хмыкнул, стараясь не рассмеяться:

— Узнаю свою Нис, маленькая лгунья. Отец, мне кажется, я впервые увидел, как кто-то тремя словами вывел тебя — великого эмира из себя.

Алия и Анастасия одновременно укоризненно посмотрели на Нис, а Мухамед, поняв, что всё же попался на удочку хитрой девчонки, громко выдохнул, снова превращаясь в строгого эмира.