– Нет, я точно не передумаю. Иду до конца. Если что, ты меня прикроешь.
– Куда я денусь, – обречённо вздохнула подруга. – Я всегда тебя прикрываю.
– За это я тебя и обожаю.
Алёна обняла её на прощание. Почему-то ей казалось, что увидятся они ещё не скоро, хотя в дом зайти она собиралась всего лишь на несколько минут.
Алёна набралась храбрости и шагнула в дом, полный тайн, загадок и… пыли. Для начала отчихавшись и откашлявшись, девушка осмотрелась.
Здесь было довольно мило и, если бы не репутация плохого дома, тут вполне можно было бы поселиться. Ну, и ремонт конечно же требовался капитальный. Не до сноса, но кое-что пришлось бы сильно обновить.
Хотя о чём это она? Этот дом еще не скоро увидит хозяев. Если и есть какие-то сроки, по истечении которых дом может быть признан ничейным, да наступят они очень не скоро. А предыдущие хозяева навряд ли объявятся.
Остаётся только вариант с наследниками, но и он безнадёжен. За столько-то лет до сих пор никто так и не нарисовался. Да и вообще, её это не касается. Алёна пришла сюда убедиться, что здесь нет призраков. Она не собиралась строить дальновидные планы на этот дом, хотя ей очень хотелось иметь такой же.
Тем временем Алёна продолжала осматривать дом изнутри. К счастью, пыль улеглась и сделать это стало проще.
Некоторое время она разочарованно осматривала большую прихожую, в которой оказалась. Ничего необычного, кроме, разве что, огромной лестницы, нетипичной для такого строения. Подняться она всегда успеет, а пока можно и первый этаж осмотреть.
Ничем примечательным этаж не выделялся. Обычная обстановка, старинная мебель, предметы интерьера, даже украшения были нетронутыми. Будто дом чем-то отпугивал воров или же просто он был им не интересен.
Еще более удивительным было то, что этих вещей время как будто бы не касалось. Выглядели они старинными, даже древними, но были в очень хорошем состоянии. Как будто кто-то, вроде пропавших хозяев изредка наведывался и ухаживал за ними. Но ведь уже много лет здесь никто не живет. С тех пор как…
Алёна вспомнила этого весёлого старичка. Сколько ей тогда было? Лет семь? Восемь?
Точно, семь с половиной. Как раз примерно полгода не хватало до восьми, когда деда Лёва одним прекрасным днём просто растворился в воздухе. Они тогда с Настюхой очень сильно перепугались. К детской фантазии примешивались ещё и разговоры взрослых. Разве можно было не доверять рассказам взрослых? Особенно тем, которые в подробностях описывали всевозможные мистические варианты. Вплоть до того, что его могли забрать самые настоящие черти.
Как раз рассказам про чертей Алёна с Настей верили меньше всего. Какую бы затворническую жизнь не вёл деда Лёва, чертей он точно не заслужил. Старичок всегда был к девочкам добр и ласков. Каждый раз у него были приготовлены конфетки для девочек и каждый день он был готов угощать малышек чаем и сказкой. Каждый день разной. Сказкой.
Возвращаясь домой, сытые и довольные, девочки не уставали удивляться, откуда он знает столько сказок. Иногда им казалось, что он их всё время придумывает сам. Причём на ходу. Хотя разве это было так важно?
Первое время родители девочек скептически относились к их походам к странному соседу, подозревая, что старик мог их склонять к чему-нибудь неприличному, но девочки даже намёков слушать не хотели. Деда Лёва только поил их чаем, кормил конфетами и рассказывал сказки.
Сейчас, спустя двенадцать лет, Алёна начинала вспоминать некоторые подробности. Вот здесь, по-прежнему стояло огромное в пол зеркало. На вешалке до сих пор висело пальто старика, которое всё же пострадало от набегов моли. На верхней полке всё ещё лежала фетровая шляпа, в которой изредка Лев появлялся на улице. Даже обувь стояла нетронутой. Неужели черти утянули его без обуви? Или он был в домашних тапочках?
Ничего особенного действительно здесь не было. Никаких таинственных звуков, скрипов, завываний. Не было здесь привидений. Или же привидения днём спят? Может, лучше будет вернуться сюда ночью? В самый пик магической активности.
Господи, да какая магия? Опять влияние рассказов взрослых. Пора взрослеть и понять уже, наконец, что старшие всего лишь запугали девочек, которые чрезмерно привязались к соседу. Конечно, а как ещё можно было отпугнуть малявок, которые никак не хотели верить в то, что человек мог просто исчезнуть. И не будет больше ни сказок, ни чая с конфетами.
Убедившись, что все эти басни были действительно просто баснями, Алёна развернулась и направилась на выход. Но она даже не успела дотронуться до ручки двери. Так и застыла на месте, скованная ужасом.
Её напугал не странный звук на втором этаже, похожий на скрип настенного шкафа и даже не шорох половиц, напоминающий шарканье старика в столовой. Это всё Алёна могла бы списать на воображение, которое могло пробудить её старые воспоминания. Её испугал запах. Ещё секунду назад здесь не пахло ничем, кроме пыли и сырости, а сейчас…
Это не могло ей почудиться. Пахло свежей выпечкой. Кажется, булочками. И чаем. Чёрным чаем с нотками апельсина. Любимый чай Алёны. Для Насти всегда был заготовлен отдельный чай, с бергамотом. А этот пах именно апельсином. И булочками. Не конфетами, а булочками. А деда Лёва всегда кормил их конфетами.
Нет, это точно не призрак. Это просто какой-нибудь бродяга. Наверняка бродяга. Решил перекусить. А Алёнку он просто не заметил. Наверное, глуховат на оба уха, раз не услышал скрип входной двери. Конечно, этот вариант лучше, чем привидение.
Но мурашки не хотели уходить и оцепенение никак не спадало, до того момента, как её обдало сквозняком.
Сквозняком? Откуда, если дверь она так и не открыла?
Бежать. Нужно срочно бежать, пока бродяга её не заметил. Или пока черти не утащили ещё и Алёну. Но она не могла сдвинуться с места.
Запах только усилился, к нему прибавился и запах конфет и Алёна почувствовала голод. Старые привычки вернулись, заставляя по традиции подняться наверх и отведать чай с конфетами, которые были заготовлены явно для неё.
Алёна подумала, что можно хотя бы убедиться в том, что это действительно не призрак играет с ней. Если даже в этот раз она обойдётся без конфет, то хотя бы убедится, что это не игра её воображения. Она ведь всегда может закричать и Настёна её услышит и придёт на помощь. Или приведёт кого-нибудь из соседей.
Медленно обернувшись, Алёна взялась за пыльный поручень и осторожно принялась подниматься по ветхим ступенькам, которые всё же оказались прочнее, чем она ожидала.
Глава 3
Запах только усилился, хотя шарканья больше не было слышно. Алёна осторожно сделала ещё один шаг и заметила, что деревянные ступеньки не издают ни единого звука, хотя по идее должны были скрипнуть. Хотя бы один раз, но скрипнуть.
Ладно, пусть этому было какое-нибудь объяснение. Например, что их периодически смазывали, хотя при этом даже не думали протереть с них пыль или ещё какая-нибудь причина, пусть даже самая нелепая. Но как объяснить то, что наверху, в столовой, совмещённой с кухонкой, не было никого? Стол был накрыт, но ни возле стола, ни вообще в помещении не было ни единой души.
Алёна случайно бросила взгляд на пол и почувствовала, как усиливается её страх. Пол был по-прежнему усеян пылью. Она покрывала его сплошным одеялом. Плотным, сплошным одеялом. Где следы?
Тот, кто накрыл на стол, вскипятил чайник, залил кружки кипятком, не говоря уже о пакетиках чая, которые лежали в самом дальнем шкафу… он не мог не оставить следов. Но их не было.
Зато на столе стояли с детства любимые сладости. Они ведь не могли быть галлюцинацией. И кружка чая, с поднимающимся вверх паром тоже не могла ей показаться.
Весь этот антураж напоминал о сказке, которую Алёна знала наизусть. Только на этой кружке не было нарисовано фразы “выпей меня”. Зато Алёна знала, что именно нарисовано на ней. Кружку с Дедом Морозом и Снегуркой из какого-то советского мультфильма всегда ставили именно для неё. Для Настёны была заготовлена иллюстрация из Красной шапочки. Алёна бросила взгляд на полку – перевёрнутый улыбающийся волк смотрел прямо на неё. Ждали именно её. Но кто? Кто ещё спустя более десяти лет мог знать привычки и повадки предыдущего хозяина? И уж тем более, такие подробности о его постоянных гостьях, о которых они сами помнили смутно.