Мы посадили раненного друга на заднее сидение. Я сняла с шеи кулон и сунула в руку Бэрсу. Детектив, не ожидавший такого, уставился на меня, воскликнув:
- Ого, вот это мощь! - космическая энергия метеорита разлилась по телу Маруна и отразилась неоновым проблеском в его зрачках, от чего он напомнил мне какого-то героя комиксов Эгоцентриума.
- Постарайся подержать ее в узде, - попросила я его.
Тот опешил:
- Но как?!
- Думай о том, что больше всего хочешь, - посоветовала я, решив, что мысли о выздоровевшей сестре отвлекут его.
А сама сосредоточилась на исцеляющих формулах и прижала руки к разбитой голове друга. Через несколько мгновений кровь перестала заливать лицо Риса. Я достала из примвера бутылку с водой и, смочив платок, стала вытирать лоб и щеки Гэриса.
- Как ты? - спросила я, когда он пришел в себя.
- Спасибо, уже лучше, но голова еще болит, - прохрипел он.
- У тебя сотрясение мозга, поэтому может и тошнить. А еще ты потерял много крови. - Марун, - я обернулась к детективу, - надо отвести его домой, срочно!
Бэрс, словно не слышал, о чем я говорю, а зачарованно гипнотизировал меня взглядом. Потом неожиданно подскочил и, надев мне на шею кулон, быстро отошел в сторону.
- Я наоборот старался все это время не думать о... том, что хочу, а с этой штукой, - он посмотрел на кулон, - этому просто невозможно сопротивляться!
Мне даже стало немного совестно: заставила парня думать о выздоровлении сестры, зная, что помочь ей не может никто.
Горин, молча наблюдавший за нами, подошел к Бэрсу и протянул ему раскрытую пачку сигарет.
- Ну, одну-то можно, - сочувственно произнес он.
Шарахнувшись от него, Марун хмыкнул:
- Да я, вообще, не курю!
Пожав плечами, журналист убрал пачку в карман. Бэрс сел в примвер и оглянулся на нас.
- Отвезем сначала Риса.
Когда примвер оторвался от земли, Горин встревоженно посмотрел не меня и воскликнул:
- Что это, черт побери, такое?!
- Успокойся, все будет хорошо, - произнесла я.
А Бэрс хищно улыбнулся и рванул над деревней Таргери.
Спустя час вдалеке показались огни Хардирона. Возвращаться, почему-то, всегда кажется быстрее.
- Если не хочешь, можешь к нам не заходить, - загадочно произнес Рис, обращаясь к другу, - для тебя это, наверное, болезненно будет.
- Да брось, Рис, переживу, - ответил Марун, видимо, имея ввиду те события, которые произошли утром у Гэриса в доме. - Я столько раз бросал девчонок, кто-то же должен был бросить и меня. Закон бумеранга. Но я рад за Фэю, если у нее все сложиться хорошо.
Слушая молча этот диалог, я почувствовала, как внутри меня разлилось тепло, и в душе кто-то довольно замурлыкал. Я не смогла сдержать улыбки, которую, как мне показалось, заметил Гэрис, сидевший рядом.
Пока мы летели над вечереющим городом, Горин с любопытством разглядывал непривычную, даже ему, москвичу, архитектуру зданий, футуристические треймверы, странно одетых горожан, экзотическую растительность и сказочные картины мощеных улочек и разнообразных мостов и мостиков над змеящимися во все стороны каналами реки.
- Мне помочь тебе дойти, Рис? - предложила я свою помощь, когда мы приземлились перед парком Нордиков.
- Спасибо тебе, Солари, ты мне и так очень помогла. Не хочу тебя утруждать, - скромно произнес он.
- Я провожу его, - бросил Бэрс, выходя из примвера.
- Выздоравливай! - произнесла я вслед вылезающему Рису.
Тот неожиданно наклонился ко мне, поцеловал в щеку и ласково улыбнулся.
- Скоро увидимся!
Мы с Гориным остались одни.
- Все-таки, где мы? - снова задал, мучавший его вопрос журналист.
Я повернулась к нему и серьезно, глядя ему в глаза, ответила:
- Никита, я из другого мира. Это как раз он и есть, - я очертила рукой полукруг, - Логия. Но не переживай, мы отправим тебя домой, как только получим разрешение на переход в Эгоцентриум, так, кстати, твой мир называется.
Он посмотрел на меня, не зная верить услышанному или нет. Я видела, что он колеблется. Тогда, коснувшись его щеки, на которой был небольшой порез от выбитого в "Соленом ветре" стекла, произнесла исцеляющий парадокс. Горин вздрогнул от неожиданного жжения и отшатнулся. А потрогав здоровую щеку, вытаращил на меня глаза.
- Значит мне не показалось, что вы… - он не знал, какое слово будет в точности передавать его впечатления, - использовали вовсе не оружие против тех двоих, что напали на нас в твоей квартире.
Было понятно, что ему трудно осознать происходящее, хотя в глубине души он понял все уже тогда. Хотя и не озвучил вслух свои догадки. Наверное, был в шоке от того, что чуть не погиб. Для человека, пишущего новостные сводки с места событий, он довольно быстро сообразил, что к чему.
- Так вы… кхм… колдуны, что ли? – наконец, сделал он вывод.
Я не стала над ним смеяться, просто поправила:
- Скорее, маги.
- А что же ты делала в моем мире? - прищурившись, он ожидал чистосердечного признания, - шпионила?
Я отрицательно покачала головой.
- Это очень длинная история. Но скажу одно, я не шпионка, а скорее жертва обстоятельств. А тебя украли, - опередила я его новый вопрос, - для того, чтобы меня шантажировать. Бандиты решили, что ты мой бойфренд, ну и взяли тебя в заложники.
- Жаль, - выдохнул он.
- Что тебе жаль? – не поняла я.
- Что на самом деле я не твой бойфренд. А то, если уж страдать, так хотя бы не напрасно.
Я засмеялась.
- Горин, твой сарказм остался при тебе.
В примвер сел Бэрс и сразу нахмурился, услышав, что мы весело болтаем.
- Ну, что? Отвезем его в гостиницу? - проворчал он, указывая на Горина.
Я даже подскочила от негодования.
- Да ты что?! Он же здесь совсем один! Не знает законов и денег у него нет, - я оттолкнула рукой протянутый мне Бэрсом мешочек с золотом. - И, вообще, он пострадал из-за меня, так что будет справедливо, если мы полетим ко мне домой. У меня больше места, чем у тебя.
- Вот так я и знал, - пробубнил детектив, поднимая и разворачивая примвер.
А я добавила:
- Давай заедем по дороге в магазин, я куплю продукты, а то у меня дома пусто.
Бэрс обреченно вздохнул.
Я быстро приготовила ужин. На столе уже стояли жареные оладьи с джемом, отварной картофель, свежий овощной салат со сладким перцем, томатами и сыром. Разложив на тарелке нарезанную колбасу, я позвала парней.
Бэрс, успевший "сходить" к себе переодеться и принести Никите что-нибудь из своих вещей, сейчас сидел за столом и сверлил меня взглядом, пока я резала хлеб с отрубями. Когда в кухню вошел Горин, только что вышедший из душа, Марун возвел глаза к небу.
- Лариса, я не понял у тебя нет электричества? - с интересом осматривая стены, спросил журналист.
Видеть Горина в неформальной обстановке было непривычно. Хоть и похудевший, он выглядел очень мило. Не удивительно, что весь женский коллектив редакции писал кипятком от белобрысого красавчика. За столом туча-тучей сидел Бэрс, стараясь не замечать журналиста. Я мельком скользнула по нему взглядом. Да, как ни крути, а Горин не дотягивал до его уровня: ни внешне, ни по деловой хватке. Может, только по вредности они могли потягаться. Я захихикала и над своими мыслями, и над вопросом Никиты:
- Не только у меня. Его вообще нет в нашем мире. А потому нет интернета, телевидения, мобильников, электричек и тому подобных изобретений.
Журналист схватился за голову и в ужасе воскликнул:
- Как же тут жить?! Может перейдешь в мой мир? Вернешься в редакцию вместе со мной.
Бэрс злобно зыркнул на него.
- Никуда она не пойдет!.. Потому что не имеет на это права! И, вообще, отношения между людьми из разных миров запрещены законом! - грозно предупредил он.
Горин, не очень веря в то, что ему только что сообщил Бэрс, повернулся к детективу:
- А ты, значит, опер? Расследуешь это дело? А это у вас такой метод работы: жить у пострадавшей?
